Ironically, it is China’s rulers who are now scrambling to resurrect Confucius as a moral anchor in a culture dominated by the pursuit of money.
Чэнь должен был гордо и громко праздновать "Китайскость" Тайваня, тем самым проводя различие между островом и варварским наследием Китайской Коммунистической Партии.