Devoid of sentimental attachment to Israel’s cause and deeply disturbed by its policies in the occupied territories, Obama represents the specter of a White House where neither love nor interests are shared with the Jewish state.
Лишенный сентиментальной привязанности к идее Израиля и глубоко возмущенный его политикой на оккупированных территориях, Обама представляет собой фантом Белого дома, где с еврейским государством не разделяют ни любовь, ни интересы.