The thinking (or, more accurately, the hope) was that Iran’s leadership, if forced to choose between regime survival and nuclear weapons, would choose the former.
Суждения (или, точнее, надежды) сводились к тому, что, если иранских лидеров поставить перед выбором между выживанием режима и ядерным оружием, они бы выбрали первый вариант.