Given the long-standing relationship between Pakistan’s Islamic militants and the military, it became clear there were limits to how far Musharraf was prepared to go in the “war on terrorism.”
Учитывая старые связи между исламистскими бандитами Пакистана и его военными, стало очевидно, что существовали пределы тому, как далеко Мушарраф был готов зайти в «войне с терроризмом».