Instead, it wrought for France – and much of Europe – Jacobin terror, right-wing counter-terror, decades of war, and eventually Napoleonic tyranny.
Вместо этого, она выковала для Франции – и большинства стран Европы – якобинский террор, контр-террор правых, десятилетие войн, и в итоге все закончилось наполеоновской тиранией.