The fact that national governments referred three of the Court’s four active cases – and that in each of those cases only armed rebels or government opponents have been charged so far – has contributed to this perception.
Такие подозрения возникли, потому что три из четырёх текущих расследований МУС были инициированы национальными правительствами и потому что все данные расследования проводятся по факту обвинения вооружённых повстанцев или оппонентов власти.