Ahmadinejad himself, however, has generally ignored the post-election crisis in his public statements, and evidently believed that Khamenei’s post-election support meant that the Supreme Leader would remain passive in the face of encroachments on his traditional powers and prerogatives.
Тем не менее, сам Ахмадинежад обычно игнорировал наступивший после выборов кризис в своих публичных выступлениях и, очевидно, считал, что поддержка Хаменеи после выборов означала, что Верховный лидер будет оставаться пассивным перед лицом посягательств на его традиционные полномочия и прерогативы.