It may not yet be ready to embark on a full-fledged policy of “containment,” but in the wake of the dismemberment of Georgia – and with Russia claiming a zone of “privileged influence” throughout the former Soviet world – China clearly views Russia as an emerging strategic threat.
Он, возможно, еще не готов предпринять политику "сдерживания" в полном объеме, но после расчленения Грузии – и учитывая, что Россия претендует на зону “привилегированного влияния” на территории всего бывшего Советского мира – Китай явно считает Россию новой стратегической угрозой.