If the state bowed before the challenge it faced, “France would be no more than a poor, broken toy floating on an ocean of uncertainty,” he warned.
Если государство склонится перед стоящими трудностями, «Франция будет ничем иным, как бедной сломанной игрушкой, плавающей в океане неопределенности», ‑ предупредил он.