European fixed-income markets rallied strongly as a result, only to reverse course days later when Trichet and his colleagues made it clear that the markets had “misread” him.
Результатом этого заявления стал быстрый рост европейских рынков ценных бумаг с фиксированной доходностью, но только чтобы снова пойти на спад всего несколько дней спустя, когда Трише и его коллеги пояснили, что рынки "неправильно его поняли".