Sultan had already been dead – politically, that is – for the last three years; indeed, since June 2011, when he left for New York for medical treatment, young Saudis speculated on numerous Web sites that this was also literally the case.
Султан был уже мертв ‑ в политическом смысле – на протяжении последних трех лет; в действительности, когда он уехал в Нью-Йорк на лечение в июне 2011 года, молодые саудовцы спекулировали на многочисленных веб-сайтах, что буквальном понимании смерть уже наступила.