For years, Schäuble has played a long game to realize his vision of the optimal architecture Europe can achieve within the political and cultural constraints that he takes as given.
Годами Шойбле разыгрывал длинную партию для того, чтобы воплотить в жизнь своё видение оптимальной архитектуры для Европы, возможной в рамках тех политических и культурных ограничений, которые он воспринимает как данность.