As one former adviser put it, he was “irresistibly drawn to Big Ideas like bringing democracy to the Middle East, Big Ideas that stood in sharp contrast to the prudent small ball played by his father.”
Как выразился один его бывший советник, его «непреодолимо притягивали большие идеи: например, установление демократии на Ближнем Востоке, – большие идеи, резко контрастировавшие с осторожными действиями его отца».