When I next spoke at length with McNamara, in 1998, it was not about Vietnam but about nuclear arms, on which we agreed as much as we had disagreed about Vietnam.
Когда я, наконец, снова поговорил с Макнамарой в 1998 году, то речь уже шла не о Вьетнаме, а о ядерном оружии, в отношении которого мы достигли такого же согласия, насколько были не согласны относительно Вьетнама.