The most unattractive versions of 1930’s regionalism came from Germany and Japan, and represented nothing less than a practical extension of their power over vulnerable neighbors, which were forced into trade and financial dependence on the basis of Germany’s Grosswirtschaftsraum or its Japanese equivalent, the Greater East Asia Co-Prosperity Sphere.
Самые непривлекательные версии регионализма 1930-х годов зародились в Германии и Японии, и представляли собой не что иное, как практическое распространение мощи этих стран на уязвимых соседей, которые были вовлечены в вынужденную торговлю и финансовую зависимость на базе «расширенного экономического пространства» ( Grosswirtschaftsraum ), или его японского эквивалента, «Сферы взаимного процветания великой Восточной Азии».