Huxley argued that all goodness could be traced to blood kinship, while Kropotkin argued that goodness and blood kinship were completely divorced from one another - one had nothing to do with the each other.
Хаксли утверждал, что все великодушие можно отнести на счет кровного родства, тогда как Кропоткин считал, что между великодушием и кровным родством не было никакой связи.