The hope was that states’ failure to protect their inhabitants would no longer be seen as nobody else’s business, as had been the case for centuries, but as the entire world’s concern.
Расчет был сделан на то, что неспособность государств защитить своих жителей больше не будет рассматриваться как проблема, которая больше никого не касается, как это происходило на протяжении веков, а будет заботой всего мира.