But what happened in the winter of 2004/2005 was not only about the Ukrainian people’s democratic right to self-determination and their national independence, but also about the future of the European order as it had emerged from the Cold War’s end.
Однако то, что произошло зимой 2004/2005 годов, касалось не только демократического права украинцев на самоопределение и их национальной независимости, но также будущего европейского порядка по мере его появления после окончания холодной войны.