At the top of the steps stood General Kiszczak, the same man who, as Minister of Internal Affairs, held me in jail only a little more than two years earlier, and against whom I had written a series of articles, smuggled from jail and published in the West, in which I did not mince words to express what I thought about him.
На вершине лестницы стоял генерал Кищак, тот самый человек, который в бытность министром внутренних дел, держал меня в тюрьме чуть более двух лет назад, и против которого я написал ряд статей, контрабандно вынесенных из тюрьмы и опубликованных на Западе (в этих статьях я не жалел слов для того, чтобы высказать все, что о нем думал).