Although I felt that I, an exile in the land of exiles, belonged ever more to a world to which no one can really be said to belong, on September 11, 2001, I was finally able to proclaim, “I am a New Yorker,” just as President Kennedy had declared himself a Berliner when that former National Socialist capital was in danger of becoming a Communist capital.
Хотя я чувствовал, что я, изгнанник в стране изгнанников, принадлежал в большей степени миру, к которому на самом деле никто по-настоящему не принадлежит, 11 сентября 2001 года я, наконец, смог заявить: “Я – житель Нью-Йорка», – точно так же, как президент Кеннеди объявил себя берлинцем, когда этот город, прежде столица национал-социализма, рисковал стать коммунистической столицей.