Each crisis-hit economy had increased its financial leverage – the ratio of domestic credit to GDP – by 30 percentage points over five years shortly before their credit bubbles popped.
Каждая экономика, пострадавшая от кризиса, повышала свои финансовые рычаги – отношение внутреннего кредита к ВВП – на 30 процентов в течение пяти лет, перед тем как их кредитные пузыри лопнули.