Such practices were accepted as facts of life, as they still are in many poor and southern countries, which might explain why the exposure of priestly abuse has taken place mostly in the north, where social change has been more rapid.
Такая практика принималась как правда жизни, как и воспринимается до сих пор в некоторых бедных южных странах, что, возможно, объясняет, почему оскорбление священничества происходило в основном на севере, где социальные изменения были более быстрыми.