The idea of “strong man” government – a regime that maintains order, and that the rest of the world likes to deal with because it is predictable – has gone.
Идея правительства «сильного человека» ‑ режима, который следит за порядком и с которым любит иметь дело весь остальной мир, поскольку он предсказуем ‑ отжила свое.