Might South Sudan, the mostly Christian state that seceded in 2011 from the Muslim Arab North after a long civil war, become the new paradigm for non-historical Arab states riven by ethnic and tribal rivalries?
Может ли Южный Судан, самое христианское государство, которое в 2011 году отделилось от Мусульманского арабского севера после длительной гражданской войны, стать новой парадигмой для исторически неарабских государств, раскалываемых этническим и племенным соперничеством?