This created a perverse incentive for commercial banks to buy the weaker governments’ debt in order to earn what eventually became just a few basis points, as interest-rate differentials converged to practically zero.
Это привело к появлению порочного стимула для коммерческих банков покупать долги более слабых стран, чтобы заработать то, что в конечном итоге оказалось всего несколькими базисными пунктами, поскольку разница между процентными ставками уменьшилась практически до нуля.