In my view, a focus on global public goods – things everyone can consume without diminishing their availability to others – could help America reconcile its preponderant power with others’ interests.
С моей точки зрения, сосредоточившись на глобальных общественных благах, которыми могут пользоваться все, не уменьшая при этом доступа к ним для других, Америка могла бы согласовать свое положение как самой могущественной в мире державы с интересами других стран.