As with any addiction, it is very difficult, for neurochemical reasons, for an addict to stop doing things – even very self-destructive things – that enable him to get that next hit of dopamine.
Как и со многими зависимостями, для пристрастившегося человека очень трудно прекратить совершать действия – даже очень саморазрушающие действия – которые позволяют ему получить следующую дозу дофамина.