Likewise, when it became clear that the bombing suspects, Tamerlan and Dzhokhar Tsarnaev, were Chechens who had emigrated from the Russian province of Dagestan, the reaction – at least among regular participants in public debate – was far more nuanced than a decade ago.
Точно так же, когда выяснилось, что подозреваемые в теракте, Тамерлан и Джохар Царнаевы, были чеченцами, эмигрировавшими из республики Дагестан (Россия), реакция ‑ по крайней мере, постоянных участников дискуссии среди широких слоев общественности ‑ была намного более тщательно учитывающей нюансы, чем десять лет назад.