That postcommunist Boris Yeltsin, however, although he sometimes declared allegiance to a hazy collective sense of Rossiyane (citizens of Russia), deprived – or freed, it’s a matter of opinion – Russians of all collective life; both the real life of shared hardship and the imaginary half-life of communist solidarity.
И хотя тот самый пост - коммунист Борис Ельцин заявил о приверженности смутному коллективному понятию Россияне (граждане России), на самом деле он лишил - или освободил, дело личного мнения - Россию от коллективной жизни, как реальной жизни с разделением трудностей, так и воображаемой полу - реальности коммунистической солидарности.