This Israeli conviction on what it considers an existential issue stands in stark contrast with the fatalism that otherwise dominates Israelis’ thinking about themselves and their relations with the Palestinians.
Подобная убежденность Израиля по поводу того, что он считает вопросом жизни, разительно отличается от фатализма, который доминирует в мыслях израильтян в отношении самих себя и их отношений с палестинцами.