He managed to have the fund domiciled in Athens, and he extracted from Greece’s creditors (the so-called troika of the European Commission, the European Central Bank, and the International Monetary Fund) the important concession that the sales could extend to 30 years, rather than a mere three.
Он добился, чтобы фонд был зарегистрирован в Афинах, а также выжал из кредиторов Греции (так называемой «тройки» в составе Европейской комиссии, Европейского центрального банка и Международного валютного фонда) важную уступку: срок продажи активов увеличился до 30 лет с ничтожных трех.