Instead, they were protecting their idea of Russia’s imperial mission, a notion that had given the Kremlin commissars greater control of the vast Russian empire, and of Russia’s neighbors, than any of the Tsars had ever enjoyed.
Вместо этого они защищали идею имперской миссии России - понятие, которое дало кремлевским комиссарам больший контроль над территорией Российской империи и соседних с ней государств, чем когда-либо имел любой из царей.