Similarly, “social norms” and “views about distributive justice” usually turn out to favor whomever has the biggest spear or can convince others that obedience to the powerful is obedience to God.
Точно также, "социальные нормы" и "мнения по поводу дистрибутивного правосудия", как правило, благоприятствуют тем, кто имеет самое большое копье или может убедить других, что повиновение могущественным мира сего равносильно повиновению Богу.