Ozawa, had he become prime minister, would inevitably have been subjected to not only similar obstruction in Diet sessions but also to interrogation about his financing scandal, while fearing prosecution.
Одзава, если бы он стал премьер-министром, неизбежно бы встал не только перед аналогичными препятствиями в работе парламентских сессий, но и подвергся бы допросу относительно его финансового скандала, одновременно подвергаясь опасности судебного преследования.