He has become a nearly revered figure in his country, and large segments of Western public opinion believe that his political demise represents a potentially fatal blow to any hope of progress in the region, even as he remains hated in large parts of the Arab and Muslim world.
Он пользуется глубоким уважением и почти благоговением в собственной стране, и большие сегменты Западной общественности считают, что его уход из политики потенциально является смертельным ударом по любым надеждам на прогресс в регионе, даже при том, что его по-прежнему ненавидят во многих частях арабского и мусульманского мира.