Each time such horrible stories were published, we had to remind ourselves that, yes indeed, the acts were demonic, but the perpetrators remained each a child of God.
Каждый раз при публикации подобных историй, нам приходилось напоминать себе, что, да, эти преступления действительно ужасны, но все эти преступники всё равно остаются детьми бога.