His only hope of fending off the magistrates was to control parliament and introduce new laws that would stop the series of corruption trials he faces--a strategy that has now given him immunity from prosecution until he leaves office.
Его единственной надеждой на отражение удара судей было управление парламентом и принятие новых законов, которые остановили бы ряд висевших над ним процессов над коррупцией - стратегия, которая в настоящее время предоставила ему неприкосновенность от судебного преследования до тех пор, пока он не уйдет из кабинета.