The dream of peace, the nationalist fervor, and the purported religious redemption that animated Israel’s political combatants for a half-century are gone, replaced by a resigned pragmatism.
Мечта о мире, националистический пыл и предполагаемое религиозное избавление - воодушевляющие политических борцов Израиля на протяжении полвека – ушли, а на замену им пришел покорный прагматизм.