Indeed, with the growing possibility that former UN Secretary-General Kofi Annan’s peace plan for Syria might fail, and that civil war might erupt, Russia could be the international community’s only effective interlocutor left.
Действительно, с ростом вероятности того, что мирный план бывшего секретаря ООН Кофи Аннана в Сирии может потерпеть неудачу и вспыхнет гражданская война, Россия может оказаться последним эффективным собеседником международного сообщества.