At the end of the day, the US recognized that any realistic policy needed European support, while Europeans saw preventing a rush to war by the US or Israel as a central policy objective.
В конце концов, США признали, что любой реальной политике, необходима европейская поддержка, в то время как европейцы увидели, что главная политическая задача состоит в предотвращении стремления к войне со стороны США или Израиля.