The Chinese are comforted in their self-image by the world’s combination of admiration for their dynamism, greed for the market they constitute, and apprehension for the competition they represent.
Китайцы успокоены собственным воображаемым образом, созданным из комбинации мирового восхищения их динамизмом, алчного стремления на их безграничный рынок и боязнью конкуренции с их стороны.