As a result, Europe continues to try to quench the fire with gasoline – German-enforced austerity – with the consequence that, in a mere three years, the eurozone’s financial crisis has become a European existential crisis.
В результате, ЕС продолжает попытки погасить пожар бензином (жесткой экономией, навязываемой немцами), что всего за три года привело к перерастанию финансового кризиса еврозоны в кризис существования ЕС.