Its early postwar democracy was so unruly, with mass demonstrations, militant trade unions, and vigorous left-wing parties, that a deliberate attempt was made to squeeze politics out of the system and impose the boredom of a one-party state.
Ее ранняя послевоенная демократия была настолько необузданной, полной массовых демонстраций, воинственных профсоюзов и сильных левосторонних партий, что была даже предпринята преднамеренная попытка отделить политику от системы и ввести режим однопартийного государства.