After decades of feeling obliged to drop the collective European head in shame for what was done to the Jews, people can finally say with an element of glee that Jews can be murderers, too.
После десятилетий Европейского чувства обязанности коллективно стыдится за то, что было сделано евреем, люди могут наконец сказать с элементом ликования, что евреи тоже могут быть уб��йцами.