Despite the high-born image Eban projected, he was an extremely vulnerable person: what some occasionally discerned as traits of vanity may have had their origins in his humble origins.
Несмотря на то, что Эбен производил впечатление человека, имеющего знатное происхождение, он был очень уязвимым человеком: то, что некоторые иногда принимали за тщеславие, на самом деле, вероятно, было результатом его простого происхождения.