But Bo apparently is not accepting his political demise as a final act – in his closing statement, he told the court that he wanted to keep his Party membership (he was expelled anyway) – and a comeback calculus may well have motivated his spirited performance.
Но Бо, как оказывается, не считает свой политический закат окончательным, – в своем последнем слове он сказал суду, что желает сохранить за собой членство в партии (он все равно был исключен), – и расчет на возвращение вполне мог быть мотивом его вдохновенных выступлений.