The creation of seed monopolies, and with them crushing debts to a new species of moneylender – the agents of the seed and chemical companies – has taken a high human toll as well.
Создание семенных монополий, а с ними сокрушительных долгов для займодавцев нового вида – агентов семенных и химических компаний – также взяло высокую цену человеческих жизней.