A successor government in, say, Italy, would find it practically impossible to break any commitments undertaken by Italian Prime Minister Mario Monti’s current administration.
Правительство-преемник, скажем, в Италии, практически не будет иметь возможности нарушить какие-либо обязательства, взятые нынешней администрацией премьер-министра Италии Марио Монти.