But the primary objective for intervention would remain unequivocally humanitarian, and as such would be much less susceptible to anti-Western blowback than any other mission.
Но главная цель для вмешательства останется однозначно гуманитарной и в этом качестве будет гораздо менее восприимчивой к антизападной риторике, чем любая другая миссия.