When the authorities indicated that they were serious about legalizing Solidarity, I concluded that political negotiations – known as the Roundtable talks – were desirable.
Когда власти дали понять, что их намерения в отношении легализации Солидарности действительно серьезны, я пришел к выводу, что необходимы политические переговоры, известные под названием переговоров за круглым столом.