Did she destroy the power of vested interests and create a genuine meritocracy, or did she entrench bankers and financiers as the new elite, with disastrous consequences?
Уничтожила ли она власть корыстных интересов и создала подлинную меритократию, или же укрепила банкиров и финансистов в качестве новой элиты, породив катастрофические последствия?