In fact, the promise of EU membership now seems to have been a more effective means of promoting reform than membership itself: aspiration, unlike membership, gave the EU far greater political leverage.
Фактически, обещание членства в ЕС теперь кажется гораздо более эффективным средством продвижения реформ, чем само членство: стремление в отличие от членства предоставило ЕС намного больше политического влияния.