Or he could have adopted a less aggressive strategy: Concede from the start the German principle that debts are sacrosanct and then show that austerity could be eased without any reduction in the face value of Greek debt.
Он мог бы также воспользоваться менее агрессивной стратегией: уступить сразу немецкому принципу священности долгов, а затем показать, что требования по сокращению бюджетных расходов можно ослабить, никак не уменьшив при этом номинальную стоимость греческого долга.