— Нагахьа санна, со цу гӀулакха юкъе воле а, гӀулакхо се декхарийла веш хиларах, Иван Кузьмич волча а ваха аз дӀааргда, казени наькъа зуламе дола гӀулакх де дагалаьцад чӀоагӀален чу: господина коменданта безам бий-теш цу гӀулакха духьал эшшаш бола никъ лаца, аьнна…»
— Коли уж мне и вмешаться в это дело, так разве пойти к Ивану Кузмичу да донести ему по долгу службы, что в фортеции умышляется злодействие, противное казенному интересу: не благоугодно ли будет господину коменданту принять надлежащие меры…»