ХӀаьй Ерошка! — аьлар цо ӀажагӀча бесара барзкъа дувхача, бешахо лоархӀаш волча къеча сага тӀа а вийрза: — Фу де деза хьа?
Эй ты, Ерошка! — прибавил он, обращаясь к какому-то бледному человеку, в желтом нанковом казакине, который считался садовником, — что тебе делать?