Йиш еха из хиларо унзаръяьккха нана из волча метте елха а да ловш, наьха хабараш бакъ хилац, наьха уйлаш хувцалу а, яхаш, из меттавоалаве гӀерташ яр.
Испуганная его отчаянием матушка не смела при нем плакать и старалась возвратить ему бодрость, говоря о неверности молвы, о шаткости людского мнения.