Хила а хиннад из иштта, кхоалагӀча урокагӀа Акулинас вӀашагӀ а дехка, юкъ-юкъе белгал а доахаш Ӏодешаш хиннад дешаш «Наталья, боярски йоӀ», хӀаьта цо Алексей цецвоахаш хиннав, тӀаккха ерригача каьхата листа тӀа цо дӀаязъяь хиннай цу повеста тӀара хьаийца афоризмаш.
В самом деле, на третьем уроке Акулина разбирала уже по складам «Наталью, боярскую дочь», прерывая чтение замечаниями, от которых Алексей истинно был в изумлении, и круглый лист измарала афоризмами, выбранными из той же повести.