появился: наглядная картинка, изображение, транслируемое
сначала на полотне киноэкрана (кино, как мы помним, пер-
воначально называли десятой музой), затем — на экране теле-
визора и компьютера.
   Не случайно канадский культуролог М. Маклюэн с опти-
мистическим энтузиазмом провозгласил «конец галактики Гу-
тенберга»: «Человеческий род теперь существует в условиях
„глобальной деревни“. <…> Вместо того чтобы превратиться
в колоссальную Александрийскую библиотеку, мир стал ком-
пьютером, электронным мозгом…»5.
   С торжеством не только телевизионных, но и компьютерных
средств общения, с резким расширением культурного поля
«картинки» разговоры о скорой смерти привычной книги