188
характеров»105. Но здесь речь шла не о «сокращении штатов»
(Ю. Н. Тынянов) за счет персонажа, а о художественной до-
минанте. Персонажей греческие драматурги заимствовали из
реальности мифа, которую отменить было невозможно. Поэтому
далее в «Поэтике» о драматических характерах как необходи-
мой части трагедии говорится почти столь же подробно, как
и о фабуле.
   Свою теорию литературного персонажа М. М. Бахтин строит
между этими двумя полюсами — натуралистическим отождест-
влением героя с реальным человеком и формальным отож-
дествлением с композиционным приемом. Его собственной
классификации, о которой шла речь выше, предшествуют опи-
рающиеся на глубокую эстетическую традицию общие форму-
лировки и определения.
   Героя М. М. Бахтин рассматривает как особую смысловую
инстанцию, «смысловое целое», без которого художественное
творчество невозможно: «Герой, автор-зритель — вот основные
живые моменты, участники события произведения…»106.
   Герой в его особых напряженно-противоречивых отношени-
ях с автором определяет специфику художественного видения:
«Эстетическое событие может совершиться только при двух
участниках, предполагает два несовпадающих сознания. Когда
герой и автор совпадают или оказываются рядом друг с другом
перед лицом общей ценности или друг против друга как враги,
кончается эстетическое событие и начинается этическое (пам-
флет, манифест, обвинительная речь, похвальное или благо-
дарственное слово, брань, самоотчет-исповедь и проч.); когда