многим естественно-научным теориям, хотя, конечно, одни
описания русского языка учитывают больше фактов и содер­
жат более глубокие обобщения, чем другие описания. Если,
например, из описания следует, что слово вода имеет форму
вин. п. воду, то сколько бы раз говорящие на русском языке
ни употребили форму вин. п. от лексемы вода, они (быть мо­
жет, много миллионов раз!) используют - в устной или
письменной речи - лишь форму воду, и н и к а к у ю д р у ­
гую (если оставить в стороне случайные оговорки, ошибки
от усталости, невнимания, плохого знания языка и т. п.).
     С целью объяснить удивительную последовательность
речевого поведения говорящих на русском языке мы могли
бы, например, попытаться возвести грамматическое правило,
согласно которому все слова данного морфологического ти­
па в русском языке образуют форму вин. п. на -у, в некое
«правило» или «закон» Языка вообще (имея в виду «язык во­
обще», лингвисты нередко пишут слово Язык с заглавной бу­
квы). Говорящие на русском языке употребляют именно эту
форму, потому что - предположим мы на одну минуту, —
в силу каких-то эволюционных причин именно так сформи­
ровался вид homo sapiens: устройство грамматики входит в
геном человека так же, как в него входит, например, строе­
ние тела.
     Однако подобное «объяснение» сразу опровергается
общеизвестными фактами: грамматические правила различ­
ны в разных языках, и даже в близкородственных русскому
славянских языках формы падежей отличаются от русских.