последнего зрителем. <…> Пафос волнует. Потому что в себе
и для себя он является могущественной силой человеческого
существования»216.
   Вслед за Гегелем поздний Белинский прямо связал катего-
рию пафоса с идеей и сделал ее ключевой в понимании как отде-
льного произведения, так и мира писателя в целом: «Искусство
не допускает к себе отвлеченных философских, а тем менее
рассудочных идей: оно допускает только идеи поэтические; а