Характерно, что в этом фрагменте автор обращается, подобно Набокову, одно-
временно и к трехсложниковой, и в двусложниковой метризации, создавая тем са-
мым своего рода мозаику метров.
   Аналогичным образом метр используется в речи майора Беляева, «профилак-
тирующего» Алиханова в отделении милиции:
       — Догадываешься, зачем я тебя пригласил? Не догадываешься? Отлично.
       Задавай вопросы. Четко, по-военному. // Зачем ты, Беляев, меня пригласил? И я
    тебе отвечу. Так же четко, по-военному: не знаю. Понятия не имею. Чувствую —
    плохо. Чувствую — оступился парень. Не туда завела его кривая дорожка...
       Веришь ли, ночами просыпаюсь. / Томка, говорю супруге, / хороший парень осту-
    пился. Надо бы помочь... / А Томка у меня гуманная. Кричит: / Виталик, помоги. Про-
    делай воспитательную работу. Обидно, парень — наш. Нутро здоровое. / Не прибе-
    гай к суровым методам воздействия. / Ведь органы не только лишь карают. Органы
    воспитывают... А я кричу: международная обстановка сложная. Капиталистическое
    окружение сказывается. Парень далеко зашел. Сотрудничает в этом... ну... «Конти-
    нентале». Типа радио «Свобода»...
       Литературным власовцем заделался / не хуже Солженицына. Да еще и загудел
    по-черному с Валерой-мудозвоном... Ну, кинула жена ему подлянку, собралась в Из-
    раиль... / Так что, гудеть до посинения?.. Короче, я в растерянности...
       <...>