тературные работы удаются, когда в них есть второй, интимный
смысл. Иначе они могут вовсе лишиться смысла»11, — заметила
Л. Я. Гинзбург, оценивая научное наследие Б. М. Эйхенбаума и
собственный опыт.
   Эта мысль, конечно, имеет отношение не ко всей области
литературоведения и не ко всем литературоведам. Текстологи-
ческое, стиховедческое или историко-сравнительное исследо-
вание могут иметь существенное значение, но лишены такого