В своей первой, до сих пор недостаточно оцененной теоретический книге
«Стих русской советской поэзии» [Баевский 1972], снабженной скромным подза-
головком «Пособие для слушателей спецкурса», В. С. Баевский выдвинул ряд важ-
нейших положений о русском стихе, многие из которых были затем основательно
разработаны в его научных сочинениях и в работах его учеников.
    Однако некоторые ценнейшие замечания выдающегося ученого до сих пор
не нашли своего развития, в том числе — соображения о русской рифме и ее эво-
люции, высказанные в главе, названной, как обычно у Баевского, броско и точно —
«Теневая рифма» («...когда две рифмовые пары перекликаются и между собой, что
мы и называем теневой рифмой») [Баевский 1972: 93].
    Ученый обращает особое внимание на «факты, которые не так-то просто объ-
яснить» [Там же: 92], и подчеркивает, что новое явление не вытесняет старое,
а дополняет его — что, как мы сейчас видим, вообще характерно для новейшей
русской поэзии (например, в расширении круга используемых разными авторами
типов русского стиха, и в области рифмы — тоже).
    Не менее важен и другой общий тезис Баевского: ученый говорит об увеличи-
вающемся «разнообразии способов рифмования» [Там же: 94], одним из конкрет-
ных проявлений которого и оказывается теневая рифма.
    Надо сказать, что после капитальной работы В. Жирмунского «Рифма, ее ис­тория
и теория» (1923) [Жирмунский 1975] наши ведущие стиховеды уделяли и уделяют