На чем же основано противопоставление существительных и глаголов? Можно ли считать, что способность присоединять показатели разных грамматических категорий (вида, времени, наклонения и залога — в случае глаголов, детерминации, числа и падежа — в случае существительных) является следствием каких-то более глубоких различий в значении этих классов слов9) (тем более, что это противопоставление обнаруживается и в языках с очень скудным набором грамматических категорий)? С нашей точки зрения, на этот вопрос можно дать утвердительный ответ, хотя связь здесь не столь прямолинейна. Действительно, в работах по теории грамматики часто встречаются рассуждения на тему о том, что различие между прилагательным белый и существительным белизна, между глаголом уйти и существительным уход — не в их семантике (которая объявляется тождественной), а именно и только в наборе связанных с ними грамматических категорий.