Одним из главных практических следствий такого признания стали многочисленные попытки изменить язык с тем, чтобы опосредованно воздействовать на мышление. При этом почти всегда декларировалась цель исправления естественного языка. Такую правку в корректной форме и только в рамках языка науки предлагали Л. Витгенштейн, представители Венского кружка — Р. Карнап, М. Шлик и др. — и многие близкие к неопозитивизму философы. Претензией на общезначимость (излечение болезней, предотвращение социальных катастроф) отмечены усилия другого философского направления — общей семантики (А. Кожибский и его последователи). Несмотря на заявленную претензию, результаты подобной правки языка с общечеловеческой точки зрения крайне незначительны.
   Однако в истории человечества, и особенно в XX в., имели место и гораздо более успешные попытки изменения языка1. Их
    1 Речь идет именно о целенаправленном «семантическом» воздействии, а не о создании или возрождении литературного языка, просветительской или нор-матизационной деятельности. Но четкую границу провести невозможно, и, например, лингвистическая деятельность миссионеров или перевод Кириллом и Мефодием священных текстов на старославянский язык также являются примерами «семантического» воздействия.
92