жанрообозначения!) с помощью слов, которые при этом используются ею не в своей
традиционной, смысловой функции, а как минимальные отрезки звучащего текста.
Век назад нечто подобное пробовал делать Андрей Белый, однако он использовал
для своих «синтетических» построений слишком протяженные речевые отрезки:
словосочетания, фразы, а то и целые абзацы. Получилась новая проза, опирающаяся
на опыт симфонической и оперной музыки Нового времени, но его никак не воспро-
изводящая, то есть все равно прежде всего проза, хотя и не вполне обычная.
    Кстати, и Мнацаканова, обращаясь к памяти русского Серебряного века, в сво-
ей ранней поэме идет этим же самым путем, создавая образец стилизованной визу-
альной прозы вполне в духе 1910-х, в духе ранних Ремизова и Белого:
              АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ РУССКИХ СНОВИДЕНИЙ.
                 КРАТКАЯ ПОВЕСТЬ В СЛОВАХ, И В СЛЕЗАХ,
                       И В ПОКЛОНАХ, И ВЗДОХАХ
      Алексей Михайлович Ремизов. Кто был он? Назовем его словами.
      Я хочу придумывать названия для него.
           Назовем ли его птицей?
           Кто же он? Буква или слово?
      Я хочу придумывать названия ему.

                                       ***
      Алексей Михайлович Ремизов: я никогда не встречала его.
      Но не оттого ли, что ходила по другим улицам города?
      По каким улицам ходил — или спешил? — или гулял? — или летал — Алексей
    Михайлович Ремизов?
                                    Я никогда не встречала его.