Одним из первых Шумовский применяет в русских рубаи также редиф:
                 Глянул вслед — и оглянулась. Неужели это правда?
                 Подошел — и улыбнулась. Неужели это правда?
                 Ожидала, обжигала, освежала — и нежданно
                 В смертный саван завернулась. Неужели это правда?
                                           [Шумовский 1975: 155].
         2.6. Другие классические твердые и полутвердые строфические формы...   329

    Кстати, традицию мистификаций рубаи подхватили и некоторые современ-
ные авторы. Например, Мерайли, в рубайят которого «Тетрамино» (1982) вошло
500 рубаи. Автор собрания — программист, лингвист Павел Иванов, а имя Ме-
райли на изобретенном им синтетическом языке означает «исполненный светлой
грусти». Вот пример рубаи Иванова-Мерайли:
                                          1
                        Я что-то так давно хочу сказать...
                        Но не могу: не по плечу — сказать.
                        Вдруг кто-нибудь, читая эти строки,
                        Сумеет то, о чем молчу, — сказать?
                                          3
                    Сказал Господь: невежество — дорога к раю!
                    С тех пор все в нищете духовной прозябают.
                    На миллиард ослов десяток мудрецов —
                    И те узнали лишь, что ничего не знают!
                                                      [Мерайли]