Второй портрет
   В результате определенной процедуры были отобраны восемь предложений, для которых был возможен практически единственный порядок. Правда, была сделана оговорка, что единственность решения условна настолько, насколько условно понятие «связный текст». Ведь реальные тексты — устные или письменные — часто бывают недостаточно связны, а мы вынуждены удовлетворяться ими. Но, поскольку речь шла об отрывке из лермонтовской «Тамани», т.е. из классического произведения первой половины XIX в., критерий связности работал достаточно хорошо. Авторский вариант оказывается в этом случае на порядок более связным, чем другие способы соединения предложений. Иначе обстоит дело с современными текстами. Конечно, во многих авангардистских текстах или, например, в диалогах театра абсурда связность вообще от-
320
сутствует. Но тогда и подобная лингвистическая задача теряет смысл. Поэтому был взят вполне традиционный текст.
   После выделения лермонтовского текста осталось 24 предложения, в среднем существенно более коротких и отрывистых. Если лермонтовский герой говорил «полными и правильными» фразами, то здесь осталось много «обрубленных» и неполных, с точки зрения синтаксического анализа предложений. Но, по-видимому, они существенно ближе к реальной разговорной речи.
   2. Словесный портрет не получался.
   3.     Даже большой лысоватый лоб не прибавлял ему ни доброты, ни мудрости.
   4. Нос прямой, недлинный.
   5. Туфель он не запомнил.