Далее следует двенадцать параллельных экспозиций действия, своего рода ва-
риантов, каждый из которых начинается словосочетанием «Раннее утро». Затем
16-я карточка объявляет: «Появляется Александр» — и начинается диалог названно-
го героя с Офелией, причем их имена помещаются на отдельные карточки и поэтому
воспринимаются двояко: как имена персонажей и как реплики общей диалоговой
структуры текста. На последних двадцати карточках содержатся реплики диалога,
которые принадлежат уже неназванным героям, хотя это могут быть и Александр
с Офелией. Таким образом, диалог сначала локализуется, а затем генерализуется.
    Интересно рассмотреть также диалогические отношения между компонента-
ми текста в рамках перфомансного театра Льва Рубинштейна. Его «карточные»
поэмы обходятся без списка действующих лиц и прочего внешнего драматурги­
ческого антуража, однако сама карточная квантовка текста, с помощью которой
слово последовательно передается все новым и новым персонажам (у Рубин-
штейна, таким образом, можно говорить об открытом списке действующих лиц),
526             5. Синтетические и экспериментальные поэтические формы