Динамическая модель позволяет существенно упростить и рационализировать описание фузионно-флективных языков (на материале которых она и разрабатывалась); более того, если описания языков типа русского еще допускают какие-то «нединамические» альтернативы (ср., впрочем, критику традиционных подходов к описанию русского словоизменения в [Чурганова 1973 и Булыгина 1977]), то для таких языков, как санскрит или кашайя (см. 1.3) иное описание просто невозможно — настолько оно окажется громоздким и нелогичным. (По-видимому, для носителей таких языков «глубинные» формы являются вполне определенной психолингвистической реальностью — иначе описания типа грамматики Панини вряд ли могли бы возникнуть.) С другой стороны, такие модели уязвимы и для критических аргументов. Основных аргументов обычно приводится два: во-первых, существуют такие чередования, которые все равно нельзя естественным образом «устранить» (сопоставив им «глубинный» сегментный носитель) при переходе к глубинному уровню; во-вторых, глубинные представления морфем часто оказываются слишком произвольны.