тетические тексты всех видов более или менее плотно рассредоточены по всему
корпусу текстов, — то есть, названная парадигма оказывается актуальной для всех
периодов творчества Сапгира, практически никогда он не может (и не желает!)
укладываться в традиционную бинарную оппозицию «стих — проза».
     Точно так же в его малой прозе максимальное «стихоподобие» образуется не
только за счет традиционных для этого образования структурных сдвигов в про-
заической структуре (уменьшению объемов строф и фраз, выравниванию строф
по объему, их версеизации), но и из-за ненормативного для прозы массированного
использования стихотворной образности и синтаксиса, эллипсисов и других фигур
и т. д.
     Таким образом, можно попытаться определить некоторый сквозной сапгиров-
ский принцип снятия оппозитивных напряжений — не за счет размывания чет-
кости границ, а за счет дробления полюсных образований и создания широкого
многообразия форм.
     Эта стратегия успешно реализуется Сапгиром и на оси «эпос — лирика» —
прежде всего, благодаря последовательной, начиная с «Голосов», эпизации лири-
ческого повествования с помощью насыщения его нарративным элементом, вплоть
до поздних «Рассказов в стихах», и не менее последовательной лиризации прозы,
особенно малой, завершающейся «лирической эпикой» «Коротких рассказов-93».
     Столь же решительно атакует Сапгир и другое фундаментальное для традици-
онной литературы (и поэзии, и прозы, и драматургии) противопоставление — мо-