254
разрыв и убыстрение темпа повествования является весьма
ощутимой отметкой конца романа»180.
   В прологе, функционально сходном с эпилогом, следо-
вательно, дается обычно предварительный очерк хронотопа и
персонажей в их суммарном соответствии буду­щим типам или
характерам.
   Симметричность этих элементов подчеркивают немецкие
варианты терминов: Vorgeschichte���������������������������
                     ����������������������������������������
                                  и Nachgeschichte����������
                                    ������������������������
                                                   — предыс-
тория и после-история. Они не всегда выделены с помощью
заголовка (как двухчастный «Эпилог» в «Войне и мире»), а
узнаются именно по композиционной функции, по месту и
характеру изображения.
   Прологом и эпилогом сопровождается «Капитанская дочка».
Пролог — рассказ о родителях и воспитании Гринева — отделен
от экспозиции четкой хронологической границей: «Между тем
минуло мне шестнадцать лет. Тут судьба моя переменилась.
Однажды осенью…» Краткий эпилог — упоминание о казни
Пугачева и мнимом благоденствии потомства Гринева — от-
делен от основного текста отбивкой и сменой субъекта речи:
вместо личного повествователя здесь является аукториальный
«издатель», подписью которого и завершается роман.
   Но пушкинское «От издателя» в начале «Повестей Белки-
на» уже не пролог, а предисловие. В качестве издателя тоже