могут говорить пророки, либо грозящие человечеству кара-         разных авторов: например, объем словаря Пушкина для по­
                             ми (например, распространением неизлечимых болезней),            этических текстов примерно 13 тысяч слов, Дельвига — 5 ты-
                             либо прельщающие невероятными достижениями техни-                сяч, Лермонтова — 10 тысяч, Тютчева — 6 тысяч, Фета —
                             ческого прогресса, которые должны радикально изменить            5 тысяч. Однако из этих цифр сложно сделать какие-либо вы-
                             жизнь людей. Отсюда становится ясным значение последних          воды о значении этих по­этов. Исследования показывают, что
                             трех строк: по Еремину, человечеству лучше не знать реаль-       словарь по­эта XIX века Николая Огарева (10 тысяч слов) бо-
                             ных перспектив, которые его ожидают и которые могут уви-         гаче и больше, чем словарь Тютчева и Фета, и приближает-
                             деть провидцы, в то время как говорить о будущем, в том чис-     ся к словарю Лермонтова и Пушкина. Едва ли можно на этом
                             ле и на языке науки, быть пророком, не так опасно, потому        основании утверждать, что Огарев — по­эт лучший, чем Тют-
                             что человечество не очень прислушивается к словам (Какое         чев и Фет.