забвение модально, оно расслаивается и образует
              пространство, в котором что-то определённо известно.
              И благодаря чему другое смещается в то, что неведомо.
              Например, известно, что Витгенштейн (Людвиг) в раю.
              Также, что тело не подлежит описанию, ни предъявлению.
              Оглядываясь, Витгенштейн видит, как, попирая
              законы перспективы, у его плеча возникает Вергилий.
              С ним кто-то рядом. Дождь ещё не накрапывает. И не начнётся.
              Естественно, у Витгенштейна возникает вопрос
              относительно фразы, которая была несомненно важна
              и отсутствие которой во рту его не столько терзает,
              сколько смущает. Но неожиданно для себя произносит:
              «Как поживает Тракль?» И после короткой паузы слышит:
              «Там, откуда мы, его нет». И Витгенштейн пишет:
              «Приятное различие температуры разных участков
              человеческого тела...»
              Это тоже, скорее всего, что-то напоминает, татуировки песка,
              окружающий шелест, не говорящий никому — ничего.
                                               [Драгомощенко 2011: 15‒16]
874   6. Индивидуальные версификационные стратегии в русской поэзии рубежа веков