Затем Илюшин характеризует этот перевод: «Хорошие четырехстопные анапе-
сты с дактилическими клаузулами, удачно подобранные внутренние рифмы. В этой
ситуации полностью соблюдать эквиметрию все равно не удалось бы, а макси-
мальное к ней стремление неминуемо уродует текст, калечит язык: не обойтись
без неуместных славянизмов, полонизмов, просторечных слов, немыслимых пере-
акцентуаций и усечений» [Илюшин 2007: 263‒264] — и следом лукаво «подсовы-
вает» свой перевод:
         Не только противники, но, пожалуй, даже и сторонники буквализма никог-
      да не примут такого коверканья — образец того, как не надо и нельзя переводить
      поэзию:
                       Лились мои слезы чисты, ручьисты,
                       На мое детство сельско, ангельско,
                       На мою младость, горню и вздорну,
                       На мой век средний, век вредный,
                       Лились мои слезы чисты, ручьисты.
                                            [Илюшин 2007: 264]