Теория концептуальной метафоры представляет интерес не только сама по себе, но и как средство проникновения в семантическую структуру абстрактной лексики. Рассмотрим возможности ее применения на примере анализа квазисинонимичных лексем мысль и идея, которые в интересующем нас значении ‘содержания ментального состояния’ обнаруживают много общего, что проявляется в обыкновении трактовать их как синонимы и толковать мысль через идею и идею через мысль. Оба имени могут выступать и как обозначения объекта (содержания) ментального состояния (ср. у Ожегова: то, что «заполняет сознание»), и как обозначения результатов, продуктов мыслительной деятельности (ср., с одной стороны, Внезапно у меня возникла мысль/идея пригласить фокусника и, с Другой стороны, К этой мысли/идее он пришел в результате многолетних изысканий). Так что различие «объект/результат», по-видимому, не релевантно для семантики данных имен, и место их в системе проще указать, используя предложенную в [Шатуновский 1988] схему толкования эпистемических предикатов1): ‘X имеет в уме (Р — есть)’. И мысль, и идея относятся к группе имен, называющих то, что ‘имеется в уме’. К этой группе относятся имена мнение, мечта, сомнение, подозрение, представление, впечатление, предположение, догадка, вера и ДР-