Аналогичным образом распределен метр и в рассказе «Когда-то мы жили в го-
рах». Он тоже открывается метрической «увертюрой», прямо отсылающей чита-
теля к трехсложниковой метрической прозе М. Лермонтова («Синие горы Кав­
каза...») и сменяющейся неметрической прозой:
         Когда-то мы жили в горах. Эти горы косматыми псами лежали у ног. Эти горы
      давно уже стали ручными, таская / беспокойную кладь // наших жилищ, наших войн,
      наших песен. Наши костры опалили им шерсть.
         Когда-то мы жили в горах. Тучи овец покрывали цветущие склоны. // Ручьи —
      стремительные, пенистые, белые, как нож и ярость, — огибали тяжелые, мокрые
      валуны. Солнце плавилось на крепких армянских затылках. В кустах блуждали
      тени, / пугая осторожных.

   И здесь финал — почти целиком метричен (не случайно исследователи говорят
применительно к двум этим рассказам о влиянии на них концовки набоковского
«Дара»):
            Когда-то мы спускались в погреб. А сейчас // бежим в гастроном.
            Мы предпочли горам — крутые склоны новостроек.
            Мы обижаем жен // и разводим костры на паркете.
            НО КОГДА-ТО МЫ ЖИЛИ В ГОРАХ!