«Крайние» уровни будут интересовать нас в минимальной степени и лишь постольку, поскольку нам необходимо будет очертить границы морфологии, поэтому фонологическую и синтаксическую проблематику мы подробно затрагивать не будем. Заметим лишь, что основное отличие между объектами изучения фонологии и морфологии состоит в том, что первая имеет дело с не-знаковыми, тогда как вторая — со знаковыми единицами. Фонемы, несмотря на то, что они позволяют различать знаки естественного языка, сами знаками не являются, поскольку не имеют означаемого; коль скоро фонеме или сочетанию фонем оказывается возможно приписать какое-либо значение, перед нами оказывается двусторонняя единица, обладающая полноценным «планом выражения» и «планом содержания» (если использовать терминологию Л. Ельмслева5’): ср. различие между русской фонемой /а/ и союзом а, между французской фонемой /о/ и словом еаи /о/ ‘вода’, и т. п. С другой стороны, граница между объектами морфологии и синтаксиса гораздо более условна, и возможность ее однозначного проведения сильно меняется от языка к языку; именно поэтому морфологию и синтаксис часто объединяют (под названием «грамматики») и на основании знаковой природы их объектов противопоставляют фонологии.