Объективная оценка работ учеников Марра, и прежде всего
И. И. Мещанинова, затрудняется тем, что их значение было невероятно
раздуто в советской официальной науке 1970—1980-х годов. Аппаратчики
видели в наследии Мещанинова хоть какой-то противовес современным
теоретическим направлениям, вызывавшим у них страх и агрессию. Чита­
тель, способный продраться сквозь поразительное многословие книг
Мещанинова [1936; 1963; 1967; 1975; 1978 (1945); 1982 (1949); 1984] и не­
редко тривиальный и попросту нудный грамматический разбор материала
разнообразных языков, будет в конце концов вознагражден, встретив не­
сколько интуитивно привлекательных и глубоких, хотя и расплывчато
сформулированных грамматических идей. Идея внутриязыковых поня­
тийных категорий — одна из них.
       «Понятийными категориями передаются в самом языке понятия,
существующие в данной общественной среде. Эти понятия не описыва­
ются при помощи языка, а выявляются в нем самом, в его лексике и грам­
матическом строе. Те понятийные категории, которые получают в языке
свою синтаксическую или морфологическую форму, становятся... грамма­
тическими понятиями. Субъект и предикат (логические) будут понятий­
ными категориями. Они же, выявляясь в синтаксическом строе предложе­
ния, становятся грамматическими понятиями подлежащего и сказуемого»
[Мещанинов 1978 (1945): 238]. К числу понятийных категорий Мещани­
нов относил также предметность, атрибутивность, посессивность, пол