со мною и питала все чувства мои природа, и что только я видел пленяющее меня,
      то всегда снимал на бумагу карандашом; и ничего не было такого, что бы оскорбляло
      меня. Одно только озабочивало сердце моё: строгий надзор и неусыпное попечение
      обо мне родной моей матери; она строго наказывала мне, чтоб я страшился без ее
      соизволения отлучаться один и ходить там, где мне хотелось...
                                            Мая 24-го, 1835 г. [Письма... 1995: 447‒448]
    Лирические новеллы, завершающиеся написанными под влиянием увиденного
стихами, писали в 1970‒1980-х гг. и советские поэты, которых тоже нелегко было
заподозрить в знании японской литературы; так, вятский лирик П. Маракулин за-
вершает небольшими стихотворениями многие новеллы в своей книге «Васильки
во ржи»:
                                       ЗАПАХ СЕНА
         Сенокос. Запах свежих стогов, копен и подсыхающих, сгребенных уже в валы
      трав пьянит сильнее вина. Сено луговое, самое лучшее, зеленое — как молодой ма-
      линник. Скрипит, завораживая, гипнотизируя, тревожа и радуя душу, бессонный ко-
      ростель, как будто кто-то забыл наточить сенокосилку — и водит, и водит, и водит
      по застарелым, заржавленным зубьям новеньким напильником...
                                Обследуя кочку за кочкой,
                                ложась в травяную постель,
                                о мужестве жить в одиночку