Любопытно, что последующие переводы «Ночной песни» Гёте (Анненского, Брюсова) не воспроизводили лермонтовский хорей, а держались ближе к размеру подлинника; исключения - перевод Чролли (К. Тарасова) «...Скоро все печали, Верь, забудешь ты» (указано Р. Д. Тименчиком) да высмеянный «Лит. газетой» (1980. 22 окт.) перевод В. Гадаева «...Нет, и там - далеко - Ты не отдохнешь». Гораздо легче (что вполне понятно) встретить лермонтовскую форму в прямых пародиях и перепевах: У Апухтина («...Подожди немного: Захрапишь и ты!»), у Трефолева в 1877 г. («...Подожди немного: Встанешь, серб, и ты!»). Но интереснее отклики не только на форму, но и на тему Лермонтова:
    Тяжела дорога - Камень да песок. Ну, теперь немного, Путь уж недалек. Трудновато было, Что-то впереди? - Впереди? могила. Что же стал? иди! (Розенгейм, 1848/58);
    В тишине глубокой Все в деревне спят, На небе высоко Звездочки горят; Но одна упала И
66
Глава 3
исчезла вдруг. Так тебя не стало, Мой сердечный друг (Дрожжин, 1907);
    Много птичек скрылось, Лилий - отцвело, Звездочек - скатилось, Тучек - уплыло; Много вод кипучих В бездну унеслось, Много струн певучих В сердце порвалось! (С. Андреевский, 1878);
    Осень взоры клонит, Вечер свеж и мглист. Ветер гонит, гонит Одинокий лист. Так и ты, забвен-ный Лист в ночных полях, Прокружишь, мгновенный, И уйдешь во прах (С. Кречетов, 1910);