Типологическую разнородность сферы залоговых отношений лингвисты осознали далеко не сразу, и первые определения залога слишком жестко связывали понятие залога с неуниверсальными синтаксическими понятиями членов предложения. Такой подход к залогу, вообще говоря, нельзя назвать неверным; но он является слишком узким и, кроме того, легко позволяет перенести центр тяжести с содержательных свойств залога на его чисто формальные свойства, которые на самом деле являются лишь следствием коммуникативной функции залога. Если говорить, что граммемы залога маркируют перераспределение синтаксических ролей в предложении, то остается без непосредственного ответа такой, казалось бы, наивный (но предельно важный) вопрос, как «а зачем такое перераспределение, собственно, нужно». Определяя залог как морфологический индикатор изменения коммуникативного ранга, мы на этот вопрос отвечаем уже непосредственно в самом определении.