28
ни, и фразы — разговоры участников, и комментарии самого
рассказчика.
   Во-вторых, в форме максимально объективированной, фик-
сирующей лишь слова и реакции участников события. Роль
наблюдателя сведется здесь лишь к записи и внешней органи-
зации получившегося текста.
   В-третьих, можно передать слово одному из участников со-
бытия бытия, представить его монолог, его точку зрения, ко-
торая, конечно же, будет существенно отличаться от позиции
стороннего наблюдателя особой включенностью в ситуацию,
внутренним знанием, субъективностью, эмоциональностью.
   Речевыми жанрами-прообразами этих схематичных моделей
окажутся: репортаж — стенограмма (в современной культурной
ситуации эту модель можно обозначить как «принцип телека-
меры») — интимный дневник7. Дополнить эту триаду еще одним
прин­ципиальным жанром-моделью, кажется, невозможно. Дру-
гие позиции и точки зрения сведутся к комбинации описанных.
   Проецируя эти речевые жанры-модели в область художествен-
ного творчества, мы получаем эпос, драму и лирику как природ-
ные формы, то есть уходящие корнями в природу речевого обще-
ния, словесного изображения и осмысления мира и человека.
   Эпос, драму и лирику, таким образом, логично различать по
набору признаков, которые можно свести в таблицу.
          Предмет      Время         Речевая      Речевой      Способ
                                     форма        жанр-        восприятия
                                                  прототип