Стерся след, / Были нет, / от нее не осталось примет...
                                       Б. Пастернак. «Девятьсот пятый год»
Или с другим сочетанием окончаний:
(50а) В нашем школьном саду, где шумела трава
                                                             непримятая.
     Где сплетали деревья теней разноцветные сетки,
     Одиноко стояла забытая женская статуя
     Над заросшим прудом у затянутой хмелем беседки...
                                                    Н. Рыленков. «Статуя»
     Есть ли в этой веренице стихов гексаметри-ческие реминисценции? Оставим судить об этом субъективному ритмическому чувству каждого читателя. Можно думать, что они исчезают не для всех и не совсем; даже о примере (50) Л. Озеров пишет (в предисловии к Пастернаку в «малой Библиотеке поэта», 1976, с. 29): «Пятистопный анапест, напоминающий гекзаметр древних эпических поэм, интонацией своей убедительно передает раскат и размах революции...».
«Это случилось в последние годы могучего Рима...» 329
    Б. 4-стопные стихи. Ограничимся напоминанием лишь о дактилях разного вида:
(51) Что ты заводишь песню военну,
    Флейте подобно, милый снегирь?
    С кем мы пойдем войной на гиену?
    Кто теперь вождь наш? Кто богатырь?..
                 Г. Державин. «Снегирь»;
(52) Плавай, Сильфида, в весеннем эфире!
    С розы на розу в весельи летай!
    С нежного мирта в прозрачный источник На изощренный свой образ взирай!..
              Н. Карамзин<?> «Сильфида»;