по 1950 г. насильственно внедрялось в СССР в качестве «марксистского
языкознания». Это прежде всего И.И. Мещанинов (1883-1967), а также
В.И. Абаев, С.Л. Быховская, М.М. Гухман, А.П. Рифтин, С.Д. Кацнель-
сон и некоторые другие авторы. Понимая, что метод работы с языковым
материалом, который практиковал сам Марр, не выдерживает никакой
критики, его ученики стремились, следуя духу, но не букве «учения», по­
строить семантически ориентированную лингвистическую теорию, кото­
рая в перспективе должна была объяснить типологические различия меж­
ду языками, закономерности их исторического развития и вскрыть опре­
деляющую (по их мнению) связь между грамматикой, семантикой, мыш­
лением, сознанием и идеологией.
       Заслугой Мещанинова и его единомышленников можно признать
то, что они одними из первых в мировой лингвистике поставили задачу
разработки объяснительной теории, см. [Абаев 1986]. Еще до «дискуссии»
 1950 г. отказавшись от наиболее бредовых идей Марра и от прямого пере­
несения марксистской догматики в языкознание, они внесли определен­
ный, хотя и скромный вклад в синтаксическую типологию языков. Одна­
ко ни одну из поставленных задач им решить не удалось. Огромные амби­
ции оказались нереализуемы ввиду недостатка амуниции, поскольку линг­
 вистика середины XX в. к решению этих задач была попросту не готова —
и семантика, и теория грамматики находились в зачаточном состоянии10.
        Преждевременная постановка научных задач и непонимание их реальной