Далее, если в «традиционной» прозе строфы имеют произвольный объем и вы-
деляются исключительно на смысловых основаниях, то в версейной, строфически
организованной прозе абзац, кроме собственно смысловых функций, берет на себя
еще и конструктивные: служит созданию в прозе стихоподобного вертикального
ритма, возникающего в результате сопоставления соседних строф.
    Кроме собственно версейной можно говорить также о версейно ориентирован-
ной строфике — в тех случаях, когда версейность выступает как более или ме-
нее отчетливая тенденция. Например, в повествовательных текстах, состоящих
из строф в пять — семь строк, примерно равных по длине, или из малых строф,
состоящих из большого количества предложений, и т. д. Понятно, что версейная
ориентация начинает осознаваться в прозе после появления собственно версе.
    Применительно к русской литературе ситуация с версе в значительной степе-
ни осложняется еще и тем, что отечественные авторы ориентировались в своих
опытах не столько на само Священное Писание, сколько на его литературных «по-
средников», профетическая претензия которых очевидна — прозаика Ф. Ницше
и поэта У. Уитмена, а позднее — на вполне «светские» версе французских авторов
ХХ в., то есть генезис формы тоже не дает окончательного представления о ее
природе. Получается, что источниками прозаической формы выступают и прозаи­
ческие, и стихотворные тексты.
    У О. Мандельштама процесс приближения к версейно ориентированной стро-