Несколько парадоксальным следствием грамматической трактовки значений лица окажется то, что личные местоимения придется признать такими словами, которые выражают только грамматические значения и не выражают никаких лексических значений; иначе говоря, местоимения попадут в класс служебных слов наряду с аналитическими грамматическими показателями. Отличие местоимений от этих последних заключается, однако, в том, что местоимения не являются грамматическими показателями при словах какого-то другого класса (т. е. не являются «модификаторами», как, допустим, аналитические показатели наклонения или времени); они являются автономными полностью грамматикализованными корнями, не содержащими никаких лексических сем (некоторым аналогом такому классу слов были бы существительные, которые выражали бы только значения типа ‘объект среднего рода’ или ‘одушевленный объект’). Но грамматическая теория, вообще говоря, не запрещает появление такого класса слов; более того, подобная специфика местоимений хорошо объясняет их особую роль в любом языке.