287
свойствами будут отчетливая связь с биографическим автором и
эволюция, предполагающая сложный психологический рисунок,
аналог характеру в эпосе. В первом же случае можно говорить
о лирическом субъекте, поэтическом Я как знаке этого мира,
лишенном биографии и истории.
   Это противопоставление имеет не оценочный, но аналити-
ческий смысл. Поэт с историей ничем не хуже (и не лучше)
поэта без истории. Для Цветаевой придуманная оппозиция
поясняла различие поэтики Пастернака и Маяковского. Одна-
ко мы легко можем продолжить ряд поэтов без истории (Фет,
Тютчев, Мандельштам) и поэтов с историей (Пушкин, Лер-
монтов, Блок).
   Важно отграничить от лирического героя еще один вид
лирического субъекта. В случаях, когда лирический субъект
явно расподоблен с лирическим героем, но обладает какими-то
характерными биографическими и психологическим чертами
(«Паж, или Пятнадцатый год» А. С. Пушкина, «Огородник»
Н. А. Некрасова, многочисленные баллады В. С. Высоцкого,
написанные от лица военных, спортсменов, сумасшедших и
даже волков и Яка-истребителя), говорят о ролевой лирике (или
героях-масках). Подобные произведения — образец последо-
вательного чужого слова в лирике, аналог эпической сказовой
манеры.
   В случаях, когда разные формы авторского сознания соеди-
няются в творчестве одного поэта, говорят о «многоэлементной
лирической системе» (последовательно подобное строение мира