Что ранние русские 5-ст. хореи не только ритмически, но и тематически создавались по немецким образцам, общеизвестно: такова штурм-унд-дранговская медитация Словцова «Древность», оссианическое «Жилище богини Фригги» Державина, переводы и подражания Кюхельбекера, Дель-
366
Глава 10
вига, Шевырева и проч. Но наш материал показывает, что немецкие образцы продолжали влиять и в 1838-1848 годах, когда русский 5-ст. хорей принял свой классический, «лермонтовский» вид. От темы жизненного пути ответвляется тема исторического пути и разрабатывается в духе шиллеровского «Начала нового века». Южный пейзаж у Случевского сочиняется под влиянием «Богов Греции», а северный у Бенедиктова изображает Альпы. В теме любви присутствуют отголоски эротических хореев Гёте и серафических - шиллеровской «Теклы»; к этому можно прибавить Ленау в переводе Михайлова. В теме смерти - масонский гимн, переведенный А. Григорьевым, а за ним - бессчетные заупокойные стихи конца XVIII в. Хочется сказать, что если бы не было Лермонтова, то русский 5-ст. хорей все равно стал бы таким, каким он стал.