Запрет употреблять те или иные слова ведет к необходимости их замены какими-то другими. Так появляются «смягчающие выражения» — эвфемизмы1 . Чем категоричнее запрет, чем в большем числе ситуаций он соблюдается, тем больше шансов, что табуируемая единица и вовсе исчезнет, заменится эвфемизмом.
   Явлениями древнего табу объясняют многообразие и неустойчивость в индоевропейских языках названий некоторых животных, опасных для человека или же считавшихся предвестниками несчастья. Яркий пример — названия змеи: лат. зегрепз (откуда фр. зегреп(), древнегерм. з1апдо (современное нем. ЗсЫапде), англ. зпаке значили первоначально 'ползущий', наше змея (змей и т. д.) произведено от земля, т. е. 'земная', диалектное и белорусское смок 'змея' (встречается со значением 'уж', 'дракон' и т. д. и в других славянских языках) — скорее всего от смоктатъ, т. с. 'сосущий'; все это — очевидные эвфемизмы, табуистические замены какого-то старого названия, повсеместно либо вовсе утраченного, либо сохранившегося в суженном значении и в ограниченном употреблении 1 2. Эвфемизмами являются и такие выражения, как нечастая сила вместо черт или бес.
   Табу, обусловленное требованиями этикета, обычно ведет не к исчезновению слова, а только к обогащению языка «смягчающими» синонимами. Ср. рядом со словом старый эвфемистические синонимы почтенного возраста, немолодой, в летах.
   С некоторыми явлениями в общественной жизни, идеологии связаны такие переименования понятий в русском языке советского пе-