Как видим, Сапгир и Уфлянд используют в основном парную рифму, однако
(тоже, кстати, следуя за фольклором) частенько заменяют ее приблизительными
созвучиями, в том числе неравносложными, а также вводят в свой стих этого типа
холостые строки.
    Фольклорно-ироническую линию в раёшном стихе продолжают и другие авто-
ры конца ХХ в. Например, известный эмигрантский критик и поэт Юрий Иваск,
выпустивший в 1984 г. в США посвященную «народам великой Мексики» книгу
«Завоевание Мексики».
    Вот как начинается заглавная поэма книги с характерным подзаголовком «Стих
раёшника»:
               Послы прилетели, русские: русый,
               Рослый, румяный из Тарусы
               Тихоня Иванушка-дурачок
               И речистый веселенький старичок,
               Тертый калач, ума палата,
               Имя — Еремей, и лысоватый.
               С ними Золушка — Елисавета-свет,
               Краше ее красавицы на Руси нет.
               Рукоплескания, выкрики: овация.
               До земли поклонилися, вымолвили: грация!
164               1. Метрика и ритмика новейшей русской поэзии

                    Золушка и Иванушка шепнули: — Еремей,
                    — Едем-ка, не откладывая, прямо к Ней
                    Знаменательное начало:
                    Небо голубело, солнце сияло.
                    Голубела, сияла Богородица вдали,
                    Стали на коленки, по двору поползли.
                                                [Иваск 1984: 7]