Двадцать лет назад силлаботонике и умеренной тонике (в основном дольни-
кам, которые М. Гаспаров справедливо назвал «шестым классическим размером»
советской поэзии [Гаспаров 2000: 308]) в массиве отечественного стиха противо-
стоял только отечественный свободный стих (верлибр), доля которого в общем
массиве типов русского стиха была предельно мала — всего около 1 %.
    С тех пор все радикальным образом изменилось, и стиховедение сегодня за-
метно отстает от реальной стихотворческой практики. Статья М. Гаспарова «Рус-
ский стих как зеркало постсоветской культуры» (1998) и книга ученика А. Жовти-
са и О. Федотова П. Ковалева «Современный русский стих (актуальные проблемы
стихосложения)» (Орел, 2001), несмотря на их безусловные достоинства, на се-
годняшний день далеко не исчерпывают проблемы. Нередко встает даже вопрос
о принципиальной применимости методов классического стиховедения к новей-
шему русскому стиху.
    По традиции о современном стихе (так же, как и о поэзии в целом) судят в ос-
новном литературные критики, ориентирующиеся не на науку, а на собственные
пристрастия и групповые интересы, и соответственно — на принципиально разные
представления о том, что такое «настоящая» поэзия: сторонники, условно говоря,
либерально-охранительного подхода (С. Рассадин, И. Шайтанов, И. Роднянская),
а тем более критики «патриотических» изданий признают право на существование
только за «классическим» стихом (то есть четырех- и пятистопным рифмованным