истерический перезвон ножей.
                                Потом это стало неважно.                                                                                        Также см.:
                                Перепуганно причитали длинные старые селедочницы,   Николай Олейников (3.1), Юлий Гуголев (3.1).
                                плакали ничего не понимающие маленькие рюмки,
626                             утюги столпились в дверях                                                                                                        627
                                осоловелым, покорным стадом.
                                Тарелки метались,                                       18.3.
                                не понимая, как можно бросить
                                весь этот затхлый скарб —                                            Новые и чужие формы
                                потемневшие скатерти,
                                грязные кухонные полотенца,                                          18.3.1.         Хайку
                                священные бабушкины салфетки.
                                Жирная утятница, воровато озираясь,                                           Хайку* — единственное в ­своем
                                быстро заглатывала серебряные ложечки.              роде явление в русской (и не только русской) по­эзии, хотя