Вертикальные уровни произведения
   В попытках представить целостную модель литературного
произведения редко учитывается качественная разнородность
разных уровней. Описанные базовые уровни имеют, условно
говоря, «горизонтальный» характер. Являясь конструктами иде-
ального, возможного мира, трехмерной, видимой сквозь строки
коробочки, они состоят из ограниченного (в принципе) набо-
ра элементов, доступного даже подсчету (количество героев,
главных и второстепенных; фабульных и сюжетных эпизодов;
пейзажей и других видов хронотопа; эпитетов и метафор, слов
вообще), непосредственно воспринимаются реципиентом и,
следовательно, реальны в том осо­бом смысле, о котором пи-
сал М. М. Бахтин в применении к эстетическому объекту (его
суждение цитировалось в начале этой главы).
   Персонажи, действие, пространство и время — при всей
их идеальности — допускают локализацию и конкретизацию в
эстетическом объекте, точно так же, как мы можем локали-
зовать и конкретно указать элементы исходного языкового
уровня — метафору, анафору, неологизм или антитезу.
   Однако зададим бахтинские вопросы в применении к другим
сферам литературного произ­ве­де­ния. Где находится компо-
зиция? Где находится знаменитое остранение? Где находится
повествующий субъект (в эпическом роде) и, вообще, автор
как носитель смысла?
   Эти аналитические категории имеют иную природу, чем опи-
санные ранее. Наряду с горизонтальными уровнями в структуре
произведения как эстетического объекта следует постулировать