Стихотворение написано, как уже сказано, цезурированным тринадцатислож-
ником со смежными женскими рифмами — то есть именно так, как писали рус-
ские виршевики семнадцатого века; в нем использована архаическая «виршевая»
лексика с контрастными вкраплениями современных поэту ленинградских реалий.
Однако другие стихотворения Охапкина конца 1960–1970-х гг., тоже безусловно
ориентированные на старую русскую силлабику, имеют разную слоговую длину
строк и должны быть признаны дольниками, а не стихами силлабического типа,
или квазисиллабическими стихами. Хотя общая ориентация группы нарочито ар-
хаизированных стихотворений Охапкина начала 1970-х гг. именно на силлабику
совершенно очевидна.
    Примерно в те же годы еще один ленинградский поэт, представитель т. н.
филологической школы, математик и филолог Александр Кондратов создает не-
большую книгу «Скворешник», которая открывается посвященным «М. Л. Гаспа-
рову — с благодарностью за спецкурс и обсуждение судеб русского стиха» циклом
«Силлабопусы в силлабопытах», включающим шесть стихотворений с соответ-
ствующими стиховедческими названиями: «Силлабосоловей (7д + 5м)», «Вось-
мисложное бесцезурье», «12-сложник на латинскую манеру», «Хвала 13-сложнику
(7д + 6ж)», «Хвала русской силлабике (5 + 7ж)», «Инверсированный 12-сложник
(7ж + 5м/д)» (цифры в скобках обозначают здесь, разумеется, количество слогов
в полустишиях до и после цезуры, а буквы — тип клаузул). Почти все стихотво-