Наконец, конкретные типы рифм, получившие значительно более широкое,
чем в предыдущие десятилетия, распространение в поэзии последних лет. Наи-
более заметная из них — составная, причем иногда очень изощренная, очень
широко используемая, вслед за Маяковским и другими футуристами, Иосифом
Бродским:
                      Я пишу из Империи, чьи края
                      опускаются под воду. Снявши ПРОБУ С
                      двух океанов и континентов, я
                      чувствую то же, почти, что ГЛОБУС.
                      То есть, дальше некуда. Дальше ряд
                      звезд. И они горят.
                                        <...>
                                               [Бродский 1992: 359]

               Одиночество учит сути вещей, ибо суть их то же
               одиночество. Кожа спины благодарна коже
               спинки кресла за чувство прохлады. Вдали РУКА НА
               подлокотнике деревенеет. Дубовый лоск
               покрывает костяшки суставов. Мозг
               бьется, как льдинка о край СТАКАНА.
                                                     [Там же: 356]