сравнив объективные показатели ритмичности его прозы с характеристиками про-
зы тех самых поэтов Серебряного века, прозу которых он рассматривает как своего
рода идеал — Цветаевой и Мандельштама.
     Так, знаменитая статья М. Цветаевой «Искусство при свете совести», при
внешней ритмической нейтральности, оказывается насыщена фрагментами сил-
лабо-тонического метра. Мы проанализировали ее вступление и две первые глав-
ки; они содержат 979 слогов, из которых 348 (35,6 %) «попадает» в метрически
организованные отрезки речи. Вот некоторые примеры квазистихотворных строк
из этого фрагмента статьи (обратим внимание на то, что они вовсе не «поэтичны»
в традиционном понимании): «Искусство есть та же природа», «Не ела — не зна-
ет, ел — знает, а знает — ...», «Стало быть, о святости искусства...»; «Не ищите
в нем других законов, / кроме собственных...», «У человека же должна быть воля /
к произращению...»; «...и думаю, что здесь вопрос не славы, / а силы»; «человек,
а не чудище, одушевленный костяк, / а не коралловый куст»; «Итак, произведение
искусства — то же / произведение природы»; «Святость / есть состояние, обратное
греху»; «Посему, / настаиваю, речь моя обращена»; «...но долженствующее / быть
просвещенным светом разума и совести», «Искусство / есть только ответвление
природы / (вид ее творчества)»; «но из ландскнехта, развращенного, // выйдет ли
когда-нибудь солдат». Как мы видим, это могут быть фрагменты, равные строке