Наконец, как известно, в 1983 г. Шешолин приступил к работе над своим «Се-
верным диваном» — собранием переводов и стилизаций персидской лирики, вы-
полненным в традициях русской передачи этих форм средствами национального
стиха. В упоминавшейся уже дневниковой заметке поэт под одним годом указыва-
ет «Диван (вост<очные> формы)» и «усиление новаторства».
    В предисловии к этой книге, увидевшей свет только в 2015 г., да и то в сокра-
щенном виде, поэт писал:
         Увлечение персидскими формами стиха не было для меня забавой. В основу по-
      лагалась газель. Она, как известно, так и осталась экзотическим видом в ареале рус-
      ской поэзии, несмотря на попытки Фета, Вяч. Иванова, Брюсова, Кузмина, Липске-
      рова <...>.
         Мне представляется малым внимание авторов первых русских газелей к их важ-
      ному свойству, отличающему от других форм. Бейты (двустишия) газели должны
      быть автономны по отношению друг к другу; они готовы в классической газели
      к пере­становкам местами внутри общего каркаса (кроме 1-го и заключительного),
      а то и вовсе к изъятию без ущерба для целого. Такое требование направляет внима-
      ние на повышенную ассоциативность, когда вокруг «свечи» — темы вьются «мо-
      тыльки» — двустишия. Все это в определенный момент совпало с моим желани-
      ем свести до минимума схематичную сюжетность стихотворения. Газель оказалась
      в этом смысле искомым, а в дальнейшем метод открыл свои горизонты, эпифора