39
Часть I. Терминоология и теория
Говорят, что та или иная парадигма свойственна (или приписана) той или иной конкретной лексеме, что две разные лексемы могут иметь одинаковые (или разные парадигмы), и т. п.
     Заметим, что если парадигма является, так сказать, наблюдаемым объектом (это особым образом организованное множество реальных словоформ), то лексема представляет собой некоторую абстракцию: это парадигма «минус» ее переменные грамматические элементы. У лексемы нет непосредственного материального носителя. Тем не менее принято считать, что в словарях фигурируют именно лексемы (что, впрочем, естественно: ни один словарь не в состоянии вместить всех словоформ языка со сколь-нибудь развитой словоизменительной морфологией, да и практической ценности в таком словаре было бы немного). Каким образом разрешается это противоречие? Дело в том, что когда словари и грамматические описания апеллируют к лексеме, а не к словоформе (а это происходит всегда, когда хотят абстрагироваться от грамматических значений слова), они обычно предъявляют - в рамках некоторых общепринятых условных процедур анализа - того или иного представителя лексемы, т. е. материальный объект, который «замещает» лексему или «представляет» ее в соответствии с явным или неявным соглашением. Этот объект сам по себе не является лексемой, но его договариваются считать лексемой.