298
Глава 5. Залог и актантная деривация
имперсонал ё пассив; характерно, что пассивное значение (как наименее «семантичное») возникает последним106. Такого рода показатели обычно представляют собой глагольные аффиксы, достаточно тесно интегрированные в состав глагольной словоформы (и даже, как в классических индоевропейских языках, особенно в древнегреческом, кумулятивно выражающие ли-цо/число субъекта, время и наклонение).
      Другой диахронический источник пассивов - различные отглагольные образования, прежде всего причастия; тем самым в составе собственно глагольной словоформы пассив не выражается, а выражается только в отглагольных образованиях. Это «морфологическое вытеснение» пассива из глагола в сферу аналитических причастных конструкций очень характерно для новых индоевропейских языков (но и для многих других языков мира). Этому явлению тоже можно предложить функциональное объяснение: пассивные и имперсональные формы в большей степени склонны к описанию состояний (приписываемых объекту или субъекту), чем динамических изменений; в силу этого они менее «глагольны», поскольку выражение состояния для глагола менее типично, чем, например, для отглагольного прилагательного (т. е. причастия). В языках мира не только имперсональ-ный пассив более частотен, чем «персональный», но и пассив состояния («статальный пассив», или результатив, о котором см. гл. 7, 1.2) более частотен, чем «динамический» пассив. При этом в некоторых языках имеются оба вида пассива, морфологически