95
ведений в теории литературы не существует, хотя нужда в ней
ощущается»90, — сокрушенно заметил теоретик.
   Теоретическое конструирование возможных жанров, таким
образом, не только не решает проблемы характеристики жанров
исторических, а создает новые проблемы. Включив в опреде-
ление жанра стихотворную речь, мы лишь усложняем задачу,
ибо в стихотворной форме в разные эпохи реализовывались не
только все три рода, но и практически все описанные жанры.
Логичнее поэтому считать стих вторичным признаком, а не
признаком-определителем, а произведения лиро-эпического
рода развести по исходным родовым позициям.
   Но даже если признать существование особой группы ли-
ро-эпических жанров, соответствующего им понятия рода, их
речевого жанра-прототипа все же не обнаруживается. Лиро-
эпические жанры оказываются жанрами на границах, а не про-
дуктами некоего воображаемого лироэпоса.
   Стихотворение в прозе (форма, известная благодаря прежде
всего Тургеневу) — возвращаясь к нашей трехчленной клас-
сификации — логичнее всего определять как прозаическую
лирику, ту или иную эмоцию, воплощенную в прозе, — еще
одну жанровую разновидность лирического рода с балладной,
элегической, сатирической и т. д. доминантой.
   А лирическую прозу (распространенное в советскую эпоху
явление и термин), напротив, — как еще одно жанровое семей­
ство в эпосе, включающее роман (редко), повесть, рассказ (но