Хотя мы сейчас во многих случаях не можем конкретно объяснить практикой происхождение того или иного различия между языками, мы в принципе знаем, что вфил о ге нё зе, т. е. в истории становления и развития человека, человеческого мышления и языка, дело обстояло именно так: общественная практика всегда была здесь первична, а различия между языками — вторичны. Другое дело — в онтогенезе, т. е. в индивидуальном развитии отдельного человека. Рассматривая роль языка в становлении понятийного мышления индивида, мы должны признать, что каждый новый член общества и каждое новое поколение, вступая в жизнь, усваивает
101
знания о мире при посредстве и потому в значительной мере, действительно, через призму родного языка.
   Однако и последнее обстоятельство не создает каких-то непроходимых перегородок между народами. Ведь понятие выражается, как мы знаем, не только с помощью отдельного слова, но и в сочетаниях слов (§ 103). В английском языке нет слова, соответствующего по значению русскому сутки, но то же самое понятие без труда передается словосочетаниями ёау апё тдЫ 'день и ночь' или 24 Иоигз '24 часа'. Если, говоря по-английски, нужно разграничить понятия 'голубой' и 'синий', к слову Ыие прибавляют определения ИдЫ 'светлый', или СашЪпйде 'кэмбриджский' (для голубого) и йагк 'темный', или Ох{оМ 'оксфордский' (для синего). В принципе все переводимо с любого языка на любой другой, и каждая мысль может быть так или иначе выражена на любом языке.
   3. ПОЛИСЕМИЯ СЛОВА