277
   Такое понимание архитектонических форм (у М. М. Бахтина
оно имеет более широкий смысл; к числу архитектонических
форм отнесены также тип, характер, ритм) позволяет правиль-
но разрешить проблему интерпретации и как читательского или
исследовательского понимания отдельного текста, и как «пе-
ревода» литературного произведения на язык других искусств:
драматического театра, оперы, балета, кино, музыки, живописи.
Предлагая различные концепции-объяснения авторской мысли,
реализуя исходную структуру в другом материале, вследствие
чего она неизбежно изменяется, интерпретатор, если он рабо-
тает честно, связан рамками архитектонической формы, обя-
зан адекватно понять и воспроизвести пафос, страсть, форму
видения и завершения героев в мире.
   Шекспировский Гамлет может быть самым разным — силь-
ным, слабым, бесхарактерным, волевым, молодым, пожилым;
его можно перенести в современность и одеть в модный кос-
тюм; его может сыграть даже женщина. Но история принца
Датского все равно должна быть воплощена в архитектони-
ческой форме трагедии. Герой-мерзавец и циник на фоне
благородного Клавдия или персонаж, вызывающий смех, уже
не имеет право называться шекспировским. В таком случае
приходится говорить о другом жанре (например, пародии) или
неадекватной исследовательской интерпретации.
   Сложность понимания идеи как пафоса заключается в ог-
раниченности привычных эстетических категорий (количество