что иное, как одушевленный рассказ происшествий, поэ-
тическое представление жизни. От романа она отличается
только объемом. Там жизнь представляется в обширной
галерее картин; здесь в тесных рамах одного сокращенного
очерка. Коротко сказать, повесть не что иное, как — роман
в миниатюре!»26
   В другой рецензии Надеждин проводил ту же границу
уже на содержательном уровне, определяя повесть как «эс-
киз, схватывающий мимолетом одну черту с великой карти-
ны жизни — краткий эпизод из беспредельного романа судеб
человеческих»27.
   Белинский в статье «О русской повести и повестях Гоголя»
(1835) называет это определение прекрасным и продолжает:
«Это очень верно; да, повесть — распавшийся на части, на
тысячи частей, роман; глава, вырванная из романа»28.