ми, регулярными переносами и т. д.) составил основу индивидуальной авторской
манеры одного из наиболее искусных русских версификаторов второй полови-
ны ХХ в.
    В годы отчаянного и почти повального увлечения поэзией (а значит, и стихом)
Бродского появилось немало подражаний его индивидуальной манере, в том числе
и его белому акцентному стиху. В первую очередь, здесь можно назвать стихотво-
рения живущей в США петербургской по происхождению поэтессы Маргариты
Тёмкиной, которая использует традиции Бродского последовательно и вполне про-
дуктивно, создав собственный — более упорядоченный, чем у него, — вариант
белого акцентного стиха:
            Я хочу свое детское тело, как Гумберт хотел Лолиту,
            Завернутое в полотенце морское с ветром, золотое,
            не имеющее размера, только форму волны и лета,
            разбежавшееся, переплывая озеро у пенечка
            с апрельскими тезисами, прогуляв школу, зарывшись
            в ямку в песке на заливе, спрыгнувшее бы легко со сцены
            в зал и по волнам-долам, по рядам еще до того, как узнала,
            что под асфальтом сплошные пляжи от Сены до Прибалтики.