Все спало вкруг меня под кровом тишины.                          Но ветер рванул, распахнулось — и прямо
                       Стихии грозные казалися безмолвны.                               Всем стало понятно: кончается драма,
                       При свете облаком подернутой луны,                               И это не третья осень, а смерть.                           [27]
                       Чуть веял ветерок, едва сверкали волны,                                                                    6 ноября 1943, Ташкент
                       Но сладостный покой бежал моих очей,
                          И все душа за призраком летела,
                       Все гостя горнего остановить хотела:                        Иннокентий Анненский, 1855—1909
                       Тебя, о милый брат! о лучший из друзей!             [38]
                                                                      Июнь 1814         Но для меня свершился выдел,
                                                                                        И вот каким его я видел:
                  Анна Ахматова, 1889—1966                                              Злачено-белый —
15.2. По­этизмы