Свободный стих (верлибр) с самого своего появления в мировой поэзии пози-
ционирует себя не только как новый тип стихосложения, но и как принципиально
новый «способ видеть мир», как точно определил в рамках дискуссии о верлибре
1972 г. Вяч. Вс. Иванов: «...верлибр — это не частная проблема, а проблема взгляда
на мир и определенного использования языка» [Иванов 2004: 723].
    Прежде всего, это касается принципиального расширения возможностей по-
этического языка, связанного со снятием ряда чисто формальных ограничений,
характерных для традиционных типов стиха.
    Однако согласно давнему, ведущему свое происхождение еще от советской
литературной критики 1930–1950-х гг., предубеждению, верлибр (свободный
стих) никогда не входил в число активных типов русского стиха, располага-
ясь где-то в его маргинальной сфере. Однако в реальной поэтической практи-
ке это положение давно изменилось и с каждым годом продолжает меняться:
так, по данным предварительного обсчета метрического репертуара русской по-
эзии, проведенного по ведущим отечественным журналам, специализирующим-
ся на публикации современной поэзии («Арион», «Воздух», «Дети Ра»), доля
свободного стиха в поэтической продукции наших дней составляет около 40 %,
в молодой поэзии (по данным репрезентативной издательской серии того же
журнала «Воздух») — еще больше [Орлицкий 2006]. Все это заставляет исследо-
вателей современной поэзии посмотреть на новейший русский свободный стих
по-новому.