висимо обнаружены Е.В. Падучевой [1983; 1985]). Трактовка подлежащих
инфинитивных конструкций через трансформацию опущения (Иван хочет
Ивану уйти => Иван хочет         уйти), принятая в 1960-е годы [Rosenbaum
1967], называлась «стирание эквивалентной ИГ» (Equi-NP deletion). Одна­
ко впоследствии она была отвергнута [Postal 1970] ввиду абсурдных след­
ствий для семантики: (27) Все хотят спастись никак не означает 'Все хо­
тят, чтобы все спаслись', а (28) Кто желает выздороветь?не означает 'Кто
кому желает выздороветь?'; (29) а. Я не тебя просил этим заниматься не­
возможно возвести к б. Я не тебя просил, чтобы ты этим занимался. (296)
означает, по-видимому, нечто иное, а именно: 'Тот, кого я просил, чтобы
ты этим занимался, не ты'. Равным образом (29а) не возводится к конст­
рукции с повтором отрицания в. Я не тебя просил, чтобы не ты этим за­
нимался. Семантика подлежащего в инфинитиве полностью зависит от се­
мантики некоторой ИГ в главной клаузе, однако, как следует из (27-29),
 это не означает, что подлежащее в инфинитиве можно рассматривать как
  просто «второй экземпляр» такой ИГ. Остается допустить, что подлежа­
щее при инфинитиве нулевое, а его семантика «вычисляется» из семанти­
ки некоторой другой ИГ по определенным правилам.
        Более перспективным следует считать, по-видимому, подход, пред-
  °женный П. Адамцом [Adamec 1995], который разграничивает в русском
      е
        три вида «значимых нулей»: 1) результаты эллиптических сокраще-
    и лег