рые часто превращаются в развернутую биографию-экспозицию,
Гончарова, Толстого, Достоевского, при всех индивидуальных
отличиях, строятся на схожих принципах.
   «Иногда Вы готовы сказать: „У такого-то ляжки показыва-
ли, что он желает путешествовать по Индии“»117, — дружес-
ки пародировал А. В. Дружинин манеру Толстого в отзыве на
«Юность», советуя избавиться от «поползновений к чрезмерной
тонкости анализа». Однако толстовская «диалектика души»
строилась именно на таком всезнании и прозрении духовного
в телесном.
   Чехов сохранит общую логику психологического портрета
(системность, связь внешнего и внутреннего, вариативность),
но, в соответствии со своей общей установкой на краткость,
«разбросает» его по тексту и сведет почти к карамзинской или
пушкинской лапидарности.