(5) Исконный язык еще сохраняется в памяти, но на нем уже практически не говорят.
       В действие вступают факторы престижа: из двух языков выбирается тот, который выгоднее. И родители начинают говорить со своими детьми не на своем этническом языке, а на том, который выгоднее. Так, например, айны в Японии говорят с детьми по-японски, так как айном быть плохо: на работу скорее возьмут японца, чем айна, радио, телевидение, литература, университетские курсы, наконец, инструкции к бытовым предметам — по-японски. На долю айнского языка остается лишь внутрисемейное общение, но и это необязательно (в итоге сейчас айнский язык, по-видимому, уже можно считать мертвым [Алпатов 1997а, 126]).
       При попытке вернуться "к истокам" (если язык И не был хорошо описан, а лишь сохраняется в памяти — настолько, насколько еще сохраняется) получается идиом, почти тождественный языку Н, но с добавлением очень немногих элементов языка И — тех, которые еще не забыты.
       Если язык И был хорошо описан или известен по письменным памятникам, его можно восстановить. Так, например, усилиями Э. Бен-Иегуды и его сподвижников в Х1Х-ХХ вв. был возрожден в качестве живого разговорного языка древнееврейский язык — иврит (см. [Беп-Уейиййай 1908-1940]). Но и в этом случае полностью восстановить грамматику не удалось, синтаксис, например, претерпел сильные изменения под влиянием европейских языков, существенно преобразованной оказалась и фонетическая система.