Фактически, гипотеза Перлмуттера утверждает существование в описываемых языках элементов дуальной стратегии маркирования актантов одноместного глагола (или «расщепленной непереходности», по аналогии с «расщепленной эргатив-ностью»); эта стратегия проявляется в способности предикатов с разной ролевой характеристикой участвовать в синтаксических конструкциях разного типа. Действительно, субъект глаголов типа бегать имеет явные свойства агенса (в частности, он полностью контролирует ситуацию и действует целенаправленно), а субъект глаголов типа падать имеет явные свойства пациенса (в частности, он не контролирует ситуацию и подвергается изменениям под влиянием внешних воздействий - точно так же, как и пациенс двухместных агентивно-пациентных глаголов типа ронять, колоть или открывать). В такой формулировке гипотеза была бы весьма интересна и заслуживала бы всесторонней типологической проверки, тем более, что факт особенно тесной связи пациенса по сравнению с агенсом с семантикой глагольной лексемы хорошо известен и не подлежит сомнению. С единственной оговоркой - если бы Перлмуттер определял, как это обычно и принято, ролевую характеристику предиката на семантических основаниях, т. е. анализируя семантическое представление предиката и выделяя тот его фрагмент, который соотносится с нужным актантом глагола. К сожалению, исследователь делает, по существу, обратное утверждение: а именно, что ролевая характеристика актанта определяется «тестами на неаккузативность», иначе