ными средствами, граница между субъективной и объективной
идеями становится весьма гадательной и часто проводится по
произволу интерпретатора.
   Поэтому «реальные критики» 1860-х годов, исходившие из
четкого разграничения непосредственных жизненных явлений,
которые будто бы правильно воспроизводит писатель, и его
идеологических оценок, которые их часто не удовлетворяли,
достаточно успешно применяли свой метод в объяснении куль-
турно-героических романов Тургенева или драматургии Ост-
ровского, в которой сохранялись некоторые функции персо-
нажей-резонеров, но вставали в тупик перед полифоническим
романами Достоевского, в которых идея выражалась прежде
всего композиционными средствами.