Заметим (несколько забегая вперед), что и различение «узкого» и «широкого» перфектива, т. е. чисто событийного, «точечного» перфектива и перфектива, включающего и длительные, но ограниченные во времени ситуации, «отрезки», типологически может быть релевантно. В частности, такое различие оказывается важным для славянской аспектологии и для ряда других языков. В русском, например, большинство форм СВ глаголов тяготеет именно к «точечной» перфективной семантике, т. е. к событийному типу, хотя несобытийный СВ также встречается (вопреки тому, что утверждается в ряде аспектологических работ). Напротив, в романских и германских языках представлен более типичный перфектив широкой семантики, для которого обычны как пунктивные, так и лимитативные употребления. Например, английские формы Раз! 81шр1е (имеющие перфективную функцию в качестве одной из основных) легко могут соотноситься как с мгновенными событиями, изолированными (а 5{опв Нг{ Нт ‘его ударило камнем’) или акционально связанными ({Не рНопе гапд ‘телефон зазвонил’, {Не Ъоок /ей ёотп ‘книга упала’), так и с ограниченными во времени процессами или состояниями ({Не §гг1 ёапсеё ‘девушка танцевала [определенное время]’; NВ форму НСВ в русском переводе!); аналогично ведут себя и перфективные формы в романских языках.