[Там же: 373‒379] можно говорить уже не о двух, а о трех принципиально раз-
личных ритмических слоях: традиционном силлабо-тоническом (как видим, на-
чинается текст достаточно редким у АДТ чистым пятистопным ямбом, правда не-
рифмованным), который сначала контрастно сменяет свободный стих («Мои руки,
зажигает папиросу Севастьян, грузчик...»), и уже на смену ему приходит «настоя-
щая» проза, в конце текста еще дважды уступая место верлибру, но затем возвра-
щаясь снова.
    К этому следует добавить регулярно возникающие в стихотворных книгах
Драгомощенко полностью прозаические тексты: от минимальных «Подписей»
до развернутых эссе (иногда так и называемых автором); очевидно, именно эту
принципиальную прозиметризацию композиции целой книги и имел в виду Ски-
дан, говоря об «отвержении» традиционного разделения. Однако здесь скорее
следует говорить именно о сознательном разграничении и умелом использова-
нии возникающих контрастов разной степени жесткости, чем о смешении или
тем более о неразличении.
    Уникальная, ускользающая от исследовательского глаза сложность стихотвор-
ного письма АТД постоянно провоцирует современников на высказывания, вольно
или невольно воспроизводящие особенности именно такого, принципиально избе-
гающего четкости и однозначности способа высказывания. Так, Кирилл Корчагин
в журнале «Транслит» пишет:
         Стихотворения АТД часто нелинейны с точки зрения логики причин и след-