Конечно, предложенное описание рефлексива является достаточно схематичным; в действительности содержание отношения кореферентности может быть более сложным и общая идея тождества двух актантов может принимать весьма нетривиальные воплощения (достаточно сравнить между собой такие русские рефлексивные глаголы, как застегнуться и побриться; ср. также сноску 104). Не вполне четкой является и граница между рефлексивом и декаузативом (что и объясняет необычайно широко распространенную - почти универсальную - полисемию рефлексивно-декаузативных показателей). Рефлексивная интерпретация имеет место в том случае, когда подлежащее и дополнение глагола (не следует забывать, что это на самом деле одно и то же лицо!) могут рассматриваться как два разных объекта, один из которых воздействует на другой; таковы прежде всего глаголы физического воздействия, которые допускают достаточно отчетливое «расщепление» агенса ситуации на, так сказать, активную и пассивную составляющие (ср. глаголы типа бриться, умываться или застегиваться). Не случайно этимологически многие рефлексивные показатели восходят к соматическим лексемам