В современной малой прозе нарративный текст чаще всего похож на анекдот
в представлении прошлых веков: одно событие, предельно скупой отбор деталей,
моментальный темп.
    Когда притчевость становится сознательной установкой автора, миниатюра
приобретает иные черты: теряет остатки психологизма, зато еще больше набирает
в символизме. Удачнее всего это получается у Владимира Тучкова и Игоря Жукова.
Вообще, уловить жанровые варианты в большинстве сюжетной малой прозы очень
непросто: почти все произведения, представленные на фестиваль, сочетали в себе
элементы двух, а то и больше жанровых векторов, порой в очень прихотливом со-
единении.
    Так, короткие рассказы, составившие повесть Алексея Михеева «А. и Б. си-
дели на трубе», интересны прежде всего мастерским выполнением «внешнего
задания»: все они занимают ровно одну страницу распечатки, а главным героем
каждого по очереди оказываются персонажи, названные одной из букв русского
алфавита — от А до Я.
    Фиксированными оказываются, таким образом, количество рассказов, их объ-
ем и обусловленный композицией целого сюжет каждого повествования: это эпи-
зод из жизни героя, в которой ничего особенного не происходит, рассказ о неосу-
ществленных мечтах и несбывшихся надеждах, выдержанный в спокойном объ-
ективистском тоне. И хотя вариации все-таки возможны — например, назначить
героиню пешкой в шахматной партии, — дисциплина оказывается построже, чем
в сонете — примерно как в венке сонетов!