ционные схемы и т. д.), которые обозначали бы синтаксиче­
ские отношения и ничего больше. Это может показаться
странным — ведь более традиционные синтаксические поня­
тия нередко определяются в терминах грамматических форм
(например, говорится, что прямое дополнение — это то, что
стоит в вин. п.).
      Почему нет, например, таких показателей, которые обозначали бы
всегда и только отношение зависимости между словами или употребля­
лись бы так же, как скобки в структурах составляющих? Предположим,
что такие показатели существуют в некотором языке. При этом они неиз­
бежно оказываются служебными морфемами с очень широкой дистрибу­
цией, т. е. попадают в класс частиц. В таком случае словосочетание
(1) дом моих родителей выглядит так (при единообразном обозначении за­
висимостей): (Г) дом + частица + моих + частица + родителей или так
(при единообразном обозначении границ между составляющими): (1") ча­
стица + дом + частица + моих родителей + частица + частица. Можно бы­
ло бы применять разные частицы для обозначения направления зависи­
мостей, для правой и левой скобок и т. д.
       Совершенно очевидно, что такие частицы сами оказались бы в от­
ношениях зависимости и доминации с другими элементами предложения
(достаточно вспомнить способы выявления этих отношений, описанные в
главах I и II). Чтобы единообразно выразить эти отношения, потребова­
лись бы новые частицы и т. д. до бесконечности.
     Вместе с отношениями зависимости или доминации