Как прежде, шумят кипарисы... Все так же луна проплывала... (Луговской, 1939: повторение мотива с1ё)а ул);
    Зачем же так ропщет и страждет Бессонная память моя?.. (Фофанов, 1890);
    Перстом указательным память Листает мое бытие... (Дудин, 1946);
    И прошлое в памяти живо... Куда мне от памяти деться?.. Нет с каменной памятью слада... (Дудин, 1962-1963).
    Понятно, что сюда же относится не только повторяющееся «помнить», но и повторяющееся «не забыть»: «Забудь меня! Так мне и надо! Лишь я не забуду, мой друг...» (Шефнер, 1946); «Ты думаешь, я забываю О мире, кипящем ключом?..» (Тихонов, 1937); «Забудут? вот чем удивили! Меня забывали сто раз...» (Ахматова, 1957). Еще одна повторяющаяся формула, как у А. К. Толстого, - это «И мне все как прежде знакомо: Большой пионерский дворец, Бессонное зданье райкома, В котором работал отец...» (А. Коваль-Волков, 1972), «Мне все здесь
186
Глава 5
знакомо до дрожи...» (Эренбург, 1947). Самым пространным итогом этой мемуарной семантики можно считать длинное «Пойдем же вдоль Мойки, вдоль Мойки... Пойдем же! Чем больше названий, Тем стих достоверней звучит...» Кушнера (1968), зачин которого подсказан Шефнером («Пойдем на Васильевский остров...», 1957), и которое в свою очередь вызвало подражания («Пройдем же по улицам старым - Названий таинственный спектр: За Конногвардейским бульваром Ложится Английский проспект...» - Абельская, 1977).