циям и приемам, изначально бессмысленным... Схематизируя, можно сказать, что
    структурный идеал поэтического мира Тимофеевского — «пушкинизированный
    Хлебников». Отсюда сочетание — парадоксальности со смысловой прозрачностью
    [Новиков 2003: 222].