В основе явления кумуляции лежит глубокая асимметрия между планом выражения и планом содержания естественного языка: если число смыслов, подлежащих выражению средствами естественного языка, практически бесконечно, то число формальных конструктивных единиц языка, обеспечивающих выражение смысла, как известно, конечно и даже не слишком велико. Подобно тому, как предложения строятся из словоформ, словоформы — из морфем и т. п., можно было бы себе представить, что семантически более сложные понятия обозначаются посредством соединения знаков для понятий более элементарных; в этом случае морфемами естественного языка должны были бы выражаться только самые простые, элементарные понятия, а все остальные понятия выражались бы посредством сложных морфемных (или словесных) комплексов. Очевидно, что в любом естественном языке действительно есть большое количество единиц, устроенных таким образом (ср., например, различие между русским вести, с одной стороны, и семантически более сложными привести, провести, развести и т. п., в которых присоединение префиксальной морфемы всякий раз сообщает дополнительную информацию о характере движения, отсутствующую у исходной словоформы). Однако и среди непроизводных морфем любого естественного языка подавляющее большинство (если не все) относятся к таким, которые в семантическом отношении отнюдь не являются элементарными; так, тот же корень глагола вести включает как смысл ‘идти’, так и смысл ‘делать так, чтобы’ (или, на семантическом метаязыке,