за первым полустишием одностопного анапеста с дактилическим окончанием идет
полустишие четырехстопного анапеста с женским и снова дактиль — на этот раз
двустопный с мужским окончанием.
    Разнобой продолжает нарастать и дальше, однако анапестическая основа в сти-
хотворении сохраняется, что не позволяет трактовать его как факт тонического стиха.
    А вот одно из стихотворений, написанных шестистопным ямбом с двумя цезу-
рами и с наращениями по одному слогу на каждой из них; таким образом, каждая
строка распадается на три симметричные части (в тексте они выделены слэшами):
                     ПЕРВОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ 1973 ГОДА
            В кровавых лампах / оплывших окон — / фигуры девок!
            тела на лапах / в лохмотьях елок, — / о, жизни древо!
            В очках все очи, / сосцы — под лифчик, / пупки под пряжки,
            под животами / пониже — листик, / а дальше ляжки,
            зады мы любим, они — как солнца! — а возле, возле
            младые люди, и все в кальсонах, и все в волосьях,
            и очень сзади, и очень спереди хвостаты:
            чуть-чуть де Сады, страдальцы спермы, чуть-чуть кастраты,
            им — катапульты, электро-списки, дела! девизы!
            графин капусты, конфетку спирта, каркас девицы,
            есть гастрономо-и-астрономио-бутылки,
            есть труд и Тартар, а остальное — блюдет будильник.
            В оплывших окнах — дыханье Духа! — муляж к муляжу:
            и око в око и ухо в ухо и ляжка в ляжку!