Следует заметить, что между значениями непрямой засви-детельствованности и эпистемической недостоверности (или даже эпистемической «дистанции») в общем случае нет абсолютно жесткой связи. Существуют такие эвиденциальные системы, в которых отсутствие личного доступа говорящего к информации отнюдь не свидетельствует о меньшей достоверности этой информации. Полезным критерием для оценки этой связи является проверка того, каким показателем в данном языке оформляются высказывания, принадлежащие к типу «общих истин» (т. е. достоверность которых безоговорочно признается данным социумом) или хорошо известных фактов (например, фактов прошлого данного социума), но таких, которые говорящий не мог наблюдать лично. В языках с «медиативной» эвиденциальностью - но не только в них - часто оказывается, что употребления показателей непрямого доступа в таких случаях избегают (хотя в буквальном смысле говорящий не имеет прямого доступа к описываемым ситуациям) именно в силу нежелательной в данном случае побочной эпистемической нагрузки таких показателей. См. анализ фактов болгарского языка с этой точки зрения в: Сивп1сНёьа 1996 и Ницолова 2007; ср. также: Рпе4тап 2000 о других языках с подобными семантическими эффектами. В то же время в языках с более сложными системами выражения эвиденциальности показатели прямого доступа часто оказываются лишенными подобной эпистемической нагрузки: употребление «непрямых» эви-денциальных показателей не означает, что личная незасвиде-тельствованность