ЕД. Ч и русск. -а--в качестве, напротив, показателя МН. Ч. Интересно, что
первое является индоевропейским архаизмом, тогда как второе — специфически русской инновацией (подробнее о тенденции к выделению некумулятивной морфемы МН.Ч в русском склонении см. (Якобсон 1958: 191-192 иЗализняк 1967а]). Из этого можно сделать вывод (вообще говоря, справедливый), что в языках существует тенденция к некумулятивной организации парадигм: при прочих равных условиях, язык стремится либо сохранять более древние элементы некумулятив-ности, либо устранять кумулятивностьза счет полной или частичной перестройки системы. Поскольку некумулятивность является одним из проявлений аддитивной модели организации словоформы, а такая модель рассматривается нами как прототипическая, тенденция к поддержанию некумулятивности в естественных языках не должна вызывать удивления. О том, почему кумулятивность грамматических показателей все же возникает, пойдет речь ниже, в разделе 1.3.
    Кумулятивное выражение свойственно, конечно, не только показателям числа и падежа. Другие граммемы также часто выражаются кумулятивно. Для глагола особенно характерно кумулятивное выражение граммем лица и числа подлежащего, а также граммем вида, времени и наклонения (т. е., практически всех основных глагольных категорий). Хорошим примером является новогреческий язык (и в еще большей степени древнегреческий), в котором кумулятивному выражению, помимо всех перечисленных, могут подвергаться еще и граммемы залога, ср.: