Собственный авторский тип цепной строфы на базе терцинной формы созда-
ет Юрий Кабанков в своей мистификации «Камни преткновенные», написанной
строенными трехстишиями ааbccbddb, которые объединяются по три девятисти-
шия в главку «Камень»; камней 27, однако многие из них содержат «утраты текста»,
вплоть до полного его отсутствия. Таким образом автор утверждает важность для
его «публикации» «старинного» русского текста идеи троичности, что, в свою оче-
редь, заставляет его упомянуть в предисловии имя итальянского поэта, также стро-
ившего свой текст с опорой на это символическое число:
         При более вдумчивом рассмотрении «троичной» структуры «Камней» можно за-
      метить, что «троичность» эта не столь уж и рассудочна, ибо здесь — символическая
      связь с далеко не «рассудочной» Троицей. Как писал о. Павел Флоренский, — «Тро-
      ица единосущая и нераздельная, единица триипостасная и соприсносущая», — вот
      единственная схема (символ), обещающий разрешить (т. е., остановку мышления,
      духовную энтропию). Гегель в «Философии религии» заходит, так сказать, с другого
      конца, расщепляя логикой иррациональное зерно триединства: «Одно породило два,
      два породило три, а оно — Вселенную. Следовательно, как только человек начинает
      мыслить, появляется определение троичности».
         Троичность же сия, помноженная на себя, дает естественным образом число де-
      вять, на коем зиждутся не только преисподние, но и космические просторы. Девять