Заметим, что даже после проведенной процедуры реконструкции у нас никогда не может быть уверенности в ее абсолютной точности. Так, праадыгский вполне мог иметь фонемы *{г3А}, *{с_/} и сильные фрикативные *{$_}, *{1_} и т. д.; но если их отражения (рефлексы) совпали с рефлексами каких-либо других фонем во всех языках (например — рефлексы *{$_} с рефлексами *5, рефлексы *{г3А} — с рефлексами *{г3А/} и т. п.), мы не сможем их обнаружить. Если бы Кейперс не имел записей бжедугского диалекта адыгейского языка (где различаются {$а} — {$_а} и {&а/} — {$_а/}), он не смог бы восстановить и этой оппозиции.
       Отсюда следует важный вывод: реконструкция тем точнее, чем больше число сравниваемых языков. Ведь вероятность полного совпадения рефлексов двух фонем в двух языках больше, чем в трех, в трех языках — больше, чем в четырех и т. д. Чем больше членов языковой семьи, тем больше точность и достоверность реконструкции.
       9.       Как мы указывали выше, в отличие от системы согласных, система адыгских гласных очень бедна и насчитывает всего три единицы: ("долгий" {а_} — фонетически открытый гласный несколько более низкого подъема, чем "краткий" а), а и {э} (высокий
гласный среднего ряда, близкий к русскому ы). Соответствия между адыгейским и кабардинским здесь, однако, не вполне тривиальны, и заслуга праадыгской реконструкции здесь целиком принадлежит С.Л. Николаеву