Еще один способ отделения инноваций от архаизмов — географический. Если языки, расположенные в центре ареала данной языковой семьи, демонстрируют наличие некоторой черты, а периферийные языки — ее отсутствие, значит, эта черта — инновация (которая уже успела охватить центральные языки, но до периферии еще не дошла). Если же, наоборот, некоторая черта имеется в периферийных языках, но отсутствует в центральных, то это, вероятнее всего, архаизм (который в центральных языках был вытеснен некоторой новой чертой, а в периферийных сохранился). Так, например, "следует признать очевидным архаизмом лексемы лаз. тарха- 'в{е:}дро, ясное небо' и сван. т{е_}рхе- 'ясное небо', сохранившиеся к настоящему времени лишь на двух окраинах картвельской языковой территории" [Климов 1990, 109]. Существуют, впрочем, и исключения из этого принципа: так, например, в кетском языке инновация — переход интервокального *й в г — произошла в периферийных говорах, не затронув центральные. Ср. также наблюдение В. Пизани: "В наши дни при современных средствах передвижения языковое нововведение (как, впрочем, и всякое другое) может легче распространиться из Рима в Милан, или наоборот, чем из Рима в какую-нибудь местность Лациума, связи которой со столицей значительно слабее, а социальная и культурная среда резко отлична; как мы уже отмечали, принятие языковой модели каким-нибудь индивидом тем возможнее, чем ближе его языковая система... к языковой системе индивида, предлагающего эту модель" [Пизани