Примеры показывают, что содержанием идеи, в отличие от мысли не может быть реальная ситуация (в прошедшем, настоящем или будущем). Содержание идеи (по крайней мере в прототипическом обьщенном употреблении), соотносится не с реальным миром, а с идеальным миром «должного» или «желательного». Если попытаться эксплицировать это содержание, то в вершине его окажутся модальные предикаты — деноти-ческие предикаты типа ‘должно’, ‘надо’, ‘следует’, либо аксиологические предикаты в сослагательном наклонении, отражающем ирреально-условный характер оцениваемой ситуации типа ‘было бы хорошо, если бы*. Ср. идея социального равенства — ‘должно быть так, чтобы все члены общества были равны’, идея переброски рек — ‘нужно перебросить реки, чтобы... идея пойти в кино — ‘было бы хорошо, если бы пошли в кино’ и т.д. Итак, мы можем заключить, что идея есть объект ментального состояния, представимого в виде ‘X имеет в уме М (Р)’, где М — оператор, относящийся к одному из вышеуказанных типов. Скрытые в концепте идеи модальные операторы связывают этот концепт с другими важнейшими концептами духовной сферы. Так, оператор ‘должно’ связывает идею с долгом и через него с нравственностью и другими понятиями этической сферы. Нравственный аспект идеи отражен, например, в следующем ее определении (приводится в сокращении): «идеи... к которым разум приковывает нашу совесть, это узы, из которых нельзя вырваться, не разорвав своего сердца» (К. Маркс). Оператор ‘нужно’ связывает идею с категорией цели, а