Однако уже в четвертой строфе происходит усечение слога, которое заставляет
нас по-иному интерпретировать природу первых двух строк: как сумму двух стоп
ямба с женскими окончаниями до цезуры и двух стоп дактиля после нее. Усечение
слога на цезуре встречается в стихотворении трижды, и всегда на вторых строках
катрена: в четвертой, шестой и последней строфах, причем в шестой строфе вто-
рую позицию к тому же занимает не ямб, а пиррихий, что еще больше усложняет
ритмический рисунок строки.
    При такой трактовке четвертые строки выглядят как зеркально перевернутые
первая и вторая. Однако в последней строфе наблюдается перебой: третья стро-
ка принимает «перевернутую» форму четвертой, а четвертая — единственная
во всем стихотворении — вообще выпадает из формулы этого логаэда: ее вернее
всего было бы интерпретировать как сумму трех дактилей и хорея. Таким образом,
налицо нарочитое отклонение от принятой изначально схемы строфы; обращает
на себя внимание также постоянное использование переносов, в том числе и меж-
дустрофных, нетипичных для античного стиха.
    В подобных квазилогаэдах (по аналогии с настоящими) может употребляться
увеличенный пробел (иногда два) в середине строки, обозначающий цезуру и ча-
сто — смену размера. Пример квазилогаэда, сформированного на трехсложной ос-
нове, — стихотворение С. Завьялова:
                                       ***
               О ветер финляндский что      снова ворвался ко мне