36. Сон. К этой смежной теме Гейне особенно настойчиво толкал своих русских переводчиков и подражателей: «Во сне я милую видел...» (перевод Фета); «Во сне неутешно я плакал: Мне снилося -ты умерла...» (Михайлов); «Мне снилось: на рынке, в народе, Я встретился с милой моей...» (Майков); «Объятый туманными снами, Глядел я на милый портрет...» (Михайлов); «Мне снилось: печально глядела...» (Вейнберг); «Закрою ль усталые веки И тихо забудусь во сне...» (Михайлов), - не говоря уже о стихотворении «Мне снился сон, что я Господь», которого из осторожности не переводили.
    Главным откликом русской поэзии на эту тему был цикл Полонского «Сны» (1856-1860):
           Мне снилось, румяное солнце В постели меня застает...
           Мне снилось, легка и воздушна Прошла она мимо меня...
Последовавшие за этим более мелкие стихотворения также складываются в серию «Мне снилось...» не менее единообразно, чем в «Я помню...». Ср.:
«По синим волнам океана...»
187
    Мне грезились сны золотые! Проснулся - и жизнь увидал... И думалось мне: отчего бы В нас, людях, рассудок силен: На сны не взглянуть, как на правду, На жизнь не взглянуть, как на сон! (Случевский, до 1880 г.);
    Мне снилось, что солнце всходило, Что птицы очнулись от сна... (К. Р., 1885);
    Нам снились видения рая, Чужие леса и луга... (Бальмонт, 1895);
    Мне снились веселые думы, Мне снилось, что я не один... (Блок, 1903);
    Мне снилось... Сказать не умею, Что снилось мне в душной ночи... (Вс. Рождественский);