Но поговорим пока о мотивировках. Первое, что приходит в голову — эконо-
мия места. Например, А. Белый в предисловии к роману «Маски», написанному
метризованной прозой, так и пишет: «Моя проза — совсем не проза; она — поэма
в стихах — (анапест); она напечатана прозой лишь для экономии места; <...> «Ма-
ски» — очень большая эпическая поэма, написанная прозой для экономии бумаги»
[Белый 1932: 11]. И несомненно лукавит: в этой книге он использует не «стихи,
записанные прозой», а метризованную (то есть, не захваченную метром целиком)
прозу особого цепного типа, превратить которую в стихи (разбить на строки) — за-
дача вовсе не элементарная, более того — трудно достижимая.
    «Экономический» аргумент несколько раньше Белого использовала и коман-
да известного русского педагога К. Ушинского, переписывая в прозаической фор-
ме русскую поэтическую классику в «Христоматии» к «Детскому миру» (1861)
[Ушинский 2009], однако и тут мы наблюдаем по крайней мере непоследователь-
ность: многие короткие стихотворения записаны прозой, а длинные, в которых
экономия места могла бы быть явно больше, оставляет в нетронутой авторской
форме. С другой стороны, в массовых и учебных изданиях знаменитые «Песни»
Горького, написанные автором в прозаической форме, в советское время обычно
записывались стихами — в привычной «неэкономной» форме.
    Более серьезно выглядит аргумент, условно говоря, цитатный: например,
В. Катаев в своей повести «Трава забвения» постоянно приводит внутри своего ли-