но, состоит в лишении себя этой безграничной свободы, в разумном и приемлемом
    для себя ограничении средств. За то время, пока в мировой (в том числе и русской)
    поэзии существует эта система стихосложения, выработано очень много приемов
    подобного ограничения, однако возможности здесь поистине безграничны. Именно
    в этом и проявляется подлинная, глубинная свобода «свободного стиха».
       Некоторые критики видят в верлибре опасность. Они воспринимают его как угро-
    зу русской поэзии. В связи с этим нередко высказывается мысль, что свободный стих
    по своей природе неприемлем, чужероден для русского языка. Уже существующий
    опыт верлибра в русской дореволюционной и советской поэзии позволяет думать,
    что традиционные «старые» формы вполне могут сосуществовать с нетрадицион-
    ными «новыми». При этом обе системы будут взаимно обогащать друг друга, что
    пойдет на пользу нашей изящной словесности.