Еще одно ответвление интересно тем, что быстро отрывается от темы и начинает сближаться с другими: это не семантическая окраска, а вспомогательный стереотип. Речь идет о перечислении (преимущественно картин природы). Так построено уже «По гребле неровной и тряской...»; одновременно появляется «Деревня» Фета (1842), где перечисление нанизано не на визионерское «Все так знакомо...», а на посюстороннее «Люблю я...». От А. К. Толстого берет начало «Гондола» К. Павловой (1858; ср. ее же «Рим», 1857); от Фета, после большого перерыва, -«На пути» Вс. Рождественского (1923-1927: «Такой пробегала Россия...»). Около 1940 г. к этому приему
190
Глава 5
обращаются сразу Шубин («Так вот она, Охта!..»), Прокофьев («Три открытки на юг») и Исаковский («У самой границы, в секрете...»), и с тех пор такие перечни становятся обычными при семантической окраске «Россия» (см. п. 4).
    Наконец, еще одно ответвление замечательно лишь тем, как быстро оно сошло на-нет. В нем разрабатывалась вечная тема любви. При начале его стояло превосходное
    Средь шумного бала, случайно, В тревоге мирской суеты Тебя я увидел; но тайна Твои покрывала черты... Люблю ли тебя я, не знаю, Но кажется мне, что люблю...