93
хор, комментарии в средневековых дидактических жанрах,
персонажи-вестники и резонеры). С другой стороны, структу-
ра брехтовской драмы была вполне традиционна и позволяла
безболезненную интерпретацию средствами аристотелевского
театра.
   Постановки драм Брехта («Кавказский меловой круг», «Ма-
маша Кураж и ее дети»), расширив возможности театрального
искусства, одновременно продемонстрировали, что конфликт
аристотелевской и неаристотелевской драматургии завершился
полной победой первой.
   Эпический театр с его уничтожением принципа «четвер-
той стены», обнажением приема, вовлечением в театральное
представление зрителя стал частью театральных экспериментов
ХХ века, не отменив, однако, ни старого актерского театра,
ни системы Станиславского, основанной как раз не на очуж-
дении, а на вживании в образ. «Чисто эпического театра не
существует, так же как театра чисто драматического и „эмоци-
онального“. <…> Эпический театр потерял <… > свою откро-
венно антитеатральную и революционную направленность и
стал просто особым, четко определенным случаем театрального
представления»87.
   Эпическая драма в конце концов осознала себя как еще одна
жанровая разновидность драмы в узком смысле слова, остав-
шись в границах драматического рода. Позднее это признал и
Б. Брехт, реабилитировав традиционное драматическое дей­
ствие. «Шиллер удивительно четко видит диалектику (проти-