нетически и менее расчлененным со структурной точки зре­
ния является средство его выражения. Гивон предложил
шкалу средств выражения референта:
      (24) полная ИГ (мальчик) > анафорическое самостоя­
тельное местоимение (он) > местоименная клитика (франц.
1е 'его') > нулевое анафорическое местоимение
      Шкала (24) соответствуют степени активации референта
и соответственно той мере усилий, которая требуется для его
«обработки». «Чем более предсказуемым или доступным яв­
ляется референт, тем меньше фонологического материала ис­
пользуется для того, чтобы его кодировать» [Givon 1988: 249].
      Эти и другие подобные им идеи Гивона никак нельзя
признать парадоксальными. Стало бы поистине сенсацией,
если бы факты какого бы то ни было языка вступили в яв­
ное и наглядное противоречие с упомянутыми принципами.
Тем не менее, разумеется, и такие выводы нуждаются в эм­
пирической проверке, и Гивон, будучи квалифицированным
типологом, проводит ее на очень широком материале, при­
чем контраст между плоскостью идей и «экзотичностью»
языковых иллюстраций составляет яркую отличительную
черту его стиля.
      Наконец, недостатком функционализма является, как
это ни странно, отсутствие должного внимания к проблеме
функций языка. Среди функционалистов считается само со­
бой разумеющимся, что: 1) функции языка более или менее
известны, 2) главная из них — коммуникативная (передача
информации) и 3) структура языка определяется в первую