ствия стиха и прозы в различных жанрах и формах японской литературы. В книге
Мацуо Басё «По тропинкам Севера» этот потенциальный синтез нашел свое гени-
альное воплощение:
         3. На тридцатый день я стал на ночлег у подножия Никкояма, горы «Солнечного
      блеска». Хозяин сказал: «Меня зовут Годзаэмон-Будда. Я во всем кладу в основу
      честность, оттого меня так прозвали. Расположитесь привольно на ночь склонить
      голову на “изголовье из трав”». Что это за будда воплотился в нашей низменной,
      бренной юдоли и помогает такому нищенствующему страннику по святым местам?
      Я стал примечать за хозяином, и что ж? — оказалось, он неумен, недалек — честный
      простак. Твердость и прямота близки к истинному человеческому совершенству,
      и чистота души превыше всего достойна почтенья. В первый день четвертого месяца
      я пошел поклониться на священную гору Мияма. В старину ее название писалось
      «Никодзан» — «Дву-дикая гора», а во время открытия храма святителя Кобо-дайси
      это название изменили на «Никко» — «Солнечный блеск»: святитель провидел гря-
      дущее на тысячу лет. Ныне божественный блеск разлит по всей Поднебесной, его
      милости преисполняют все страны и земли, и мирные жилища народа пребывают
      в покое. Исполненный трепета, кладу кисть.
                                  Как величаво!
                                  В листве младой, зеленой,
                                  Блеск светлый солнца...