Тобою бережно взлелеянных цветов,-                    		 И обаянием могучим
                                		 Под очарованный твой кров                          		 Исполнен для души моей.
                                		 Замедлил я моим возвратом.                         Тот не был мыслию, тот не был сердцем хладен,
                                В осенней наготе стояли дерева                        		 Кто, безымянной неги жаден,
                                		 И неприветливо чернели;                            Их своенравный бег тропам сим указал,
                                Хрустела под ногой замерзлая трава,                   Кто, преклоняя слух к таинственному шуму
                                И листья мертвые, волнуяся, шумели;                   Сих кленов, сих дубов, в душе своей питал
                                		 С прохладой резкою дышал                           		 Ему сочувственную думу.
                                		 В лицо мне запах увяданья;                         Давно кругом меня о нем умолкнул слух,
                                Но не весеннего убранства я искал,                    Прияла прах его далекая могила,
18.2. Традиционные жанры