В первый раз это было отступление в статье В. Чудовского «Несколько утверждений о русском стихе» [Чудовский 1917, 63-65], написанное в свойственной ему импрессионистической манере и приподнятом стиле: «Пушкин, самовластно и мудро царивший в иамбе, на хорей смотрел как на соседнюю область, не всегда ему подчинявшуюся; он делал опыты различного ею распоряжения, достигал очень многого, но все же, неудовлетворенный, на время бросал ее... Цели он в ней преследовал явно различные. Сначала он еще не знает возможности придать хорею какую-либо особую действенность... В 1827 году «ничтожное» четверостишие «Золото и булат» наталкивает его на новое отношение к хорею: применение его к вещным сюжетам, к конкретизации, материализации... Новая веха - «Ворон к ворону летит...», где поэт обрел новую выразительность - передачу хореем жути, тревоги... Новая веха - путешествие на Кавказ в 1829 г. с «Доном» и «Делибашем»... Своеобразие хорея, его специфическая выразительность была найдена,
«На воздушном океане...»                       273