Окогченная летунья, Эпиграмма хохотунья, Эпиграмма егоза... («Эпиграмма»),
    В своде 1835 г. программное стихотворение «Наслаждайтесь: все проходит...» от этого эпикурейского зачина уже переходит к упоминанию «богов праведных» в конце, а «Своенравное прозванье...» от предельно бытового предмета, домашнего прозвища - к «тому миру» без «здешних чувственных примет». Здесь же напечатано и «Чудный град порой сольется...», явно ориентированное на аллегорическую стилистику Жуковского.
    В «Сумерках» «Недоносок» с его трагизмом, выдержанным от начала до конца, остается уникален. Но остальные 4-ст. хореи (к которым Баратынский обращается все чаще) строятся по уже наметившейся схеме: от нейтрального зачина к возвышенной концовке. «Бокал» начинается эпикурейски: «Полный влагой искрометной, Зашипел ты, мой бокал!..» - но тотчас сообщается: «...Сластолюбец вольнодумный, Я сегодня пью один...», а концовка возвышается до
    ...И один я пью отныне! Не в людском шуму пророк. - В немотствующей пустыне Обретает свет высок! Не в бесплодном развлеченьи Обще-
«На воздушном океане...»                   293
жителъных страстей, В одиноком упоенъи Мгла падет с его очей!