вратился в хаотичный набор предметов, явлений и признаков.
Его метафорическим образом становится ризома (от франц.
rhizome — корневище) — пучок корешков, луковица, которая
может принимать любые формы и принципиально отменяет
понятие центра, следовательно, противопоставление главного
и второстепенного (эту теорию придумали и обосновали фран-
цузы Ж. Делез и Ф. Гваттари, 1976).
   Поэтому идеи, которые волновали старых философов, — о
соотношении объективного бытия и сознания, добра и зла,
истины и красоты, — безнадежно устарели. В новую эпоху ис-
чезли культурные границы между «верхом» и «низом», истину
установить невозможно, она сменилась разнообразием частных,
индивидуальных мнений.
   В литературе же писатель имеет дело не с характерами и
событиями, а только со словами. Причем все слова уже давно
сказаны, все произведения написаны, мир литературы пред-
ставляет огромный, но замкнутый интертекст, который каж-
дый автор может только повторять, иронически цитировать