Константин Вагинов, 1899—1934
432                                                                                        И без ошибки смертный час                   433
                                                                                           По просьбе отмечает.
                                И умер он не при луне червонной,
                                Не в тонких пальцах золотых дорог,
                                                                                           Но если сто семнадцать раз
                                Но там, где ходит сумрак желтый,
                                                                                           Вам пропоет кукушка,
                                У деревянных и хрустящих гор.
                                                                                           Не отвечайте ей тотчас:
                                                                                           Какая же ты душка!
                                Огонь дрожал над девой в сарафане
                                И ветер рвал кусок луны в окне,
                                                                                           Наверно, врет кукушка.             [234]
                                А он все ждал, что шар плясать устанет,
                                Что все покроет мертвый белый снег.