§ 2. Классификация морфологических значений
115
тельной степени рискованными, так как грамматическая категория оказывается существенно более системно-обусловленным и конкретно-языковым понятием, чем грамматическое значение. Иной подход представлен у И. А. Мельчука: в [Мельчук 1998] «исчисление логически возможных значений» организовано именно в терминах категорий (таких, как «наклонение», «результативность», «реактивность» и т. д., и т. п.), которым, тем самым, приписывается универсальная значимость. Как мы видели, в естественных языках это далеко не так. Решение И. А. Мельчука основано на том, что он видит в категории прежде всего набор «семантически или логически» исключающих друг друга элементов | Мельчук 1997: 247-248], что в данном случае представляется преувеличенной рационализацией реальной картины. Даже внеязыковой пример И. А. Мельчука — категория цвета — не является с этой точки зрения безупречным: реальный физический объект вполне может быть нескольких цветов одновременно (или же быть «смешанного» цвета), безо всякого нарушения «семантической или логической» совместимости. А. А. Зализняк при определении грамматической категории прибегает к более осторожной формулировке (предпочитая говорить не о «семантической или логической взаимоисключительности», а об «однородности» элементов грамматической категории: см. [Зализняк 1967: 23]); впрочем, понятие однородности никак специально не поясняется.