Случаи отдельных — и даже довольно многочисленных — заимствований в базисной лексике также известны. Ясно, однако, что число заимствований (по крайней мере, из одного источника) не должно превышать числа исконно сохранившихся лексем (иначе, как сказано выше, фактически происходит смена языка). Можно, по-видимому, сделать и более сильное утверждение: для того, чтобы исходный язык продолжал существовать, осознаваясь носителями как целостная система, доля заимствований должна быть существенно меньше доли исконных лексем. Какова должна быть эта доля, в точности неизвестно, но, видимо, нельзя признать случайным тот факт, что среди многих сотен исследовавшихся языков нет ни одного такого, в котором половина базисной лексики происходила бы из одного источника, а половина — из другого. Даже в языках, возникших как результат контактов (так называемых пиджинах, подробнее о них см. Гл. 1.4), б{о/}льшая часть базисной лексики (около 70%) происходит из одного языка.
       Отсюда, в частности, следует вывод о невозможности "смешанных" языков в рамках классической модели генеалогического древа. Любой язык может — в том, что касается его базисных компонентов — иметь только одного предка.
       VIII. Итак, дадим полное гносеологическое определение языкового наследования:
       Язык А является предком языка В, если:
       a)       все фонемы языка В (или их подавляющее большинство) выводятся по определенным правилам из фонем языка А;