Смеясь жестоко над собратом,
Писаки русские толпой
Меня зовут аристократом:
Смотри, пожалуй, вздор какой!
Не офицер я, не асессор,
Я по кресту не дворянин,
Не академик, не профессор;
Я просто русский мещаниПонятна мне времен превратность,
Не прекословлю, право, ей:
У нас нова рожденьем знатность,
И чем новее, тем знатней!Родов дряхлеющих обломок
(И по несчастью, не один),
Бояр старинных я потомок;
Я, братцы, мелкий мещаниНе торговал мой дед блинами <sup>1</sup>,
Не ваксил царских сапогов <sup>2</sup>,
Не пел с придворными дьячками <sup>3</sup>,
В князья не прыгал из х*хлов <sup>4</sup>,
И не был беглым он солдатом
Австрийских пудреных дружин; <sup>5</sup>
Так мне ли быть аристократом?
Я, слава богу, мещаниМой предок Рача мышцей бранной
Святому Невскому служил;
Его потомство гнев венчанный,
Иван IV пощадиВодились Пушкины с царями;
Из них был славен не один,
Когда тягался с поляками
Нижегородский мещанин <sup>6</sup>Смирив крамолу и коварство
И ярость бранных непогод,
Когда Романовых на царство
Звал в грамоте своей народ,
Мы к оной руку приложили,
Нас жаловал страдальца сын<sup>7</sup>Бывало, нами дорожили;
Бывало&#8230; но — я мещаниУпрямства дух нам всем подгадил:
В родню свою неукротим,
С Петром мой пращур не поладил
И был за то повешен иЕго пример будь нам наукой:
Не любит споров властелиСчастлив князь Яков Долгорукой,
Умен покорный мещаниМой дед, когда мятеж поднялся
Средь петергофского двора,
Как Миних, верен оставался
Паденью третьего ПетрПопали в честь тогда Орловы,
А дед мой в крепость, в карантиИ присмирел наш род суровый,
И я родился мещаниПод гербовой моей печатью
Я кипу грамот схоронил
И не якшаюсь с новой знатью,
И крови спесь угомониЯ грамотей и стихотворец,
Я Пушкин просто, не Мусин,
Я не богач, не царедворец,
Я сам большой: я мещаниPost scriptum
Решил Фиглярин<sup>8</sup>, сидя дома,
Что черный дед мой Ганнибал
Был куплен за бутылку рома
И в руки шкиперу попаСей шкипер был тот шкипер славный,
Кем наша двигнулась земля,
Кто придал мощно бег державный
Рулю родного кораблСей шкипер деду был доступен,
И сходно купленный арап
Возрос усерден, неподкупен,
Царю наперсник, а не раИ был отец он Ганнибала,
Пред кем средь чесменских пучин
Громада кораблей вспылала,
И пал впервые НавариРешил Фиглярин вдохновенный:
Я во дворянстве мещаниЧто ж он в семье своей почтенной?
Он? он в Мещанской <sup>9</sup> дворяни