Не белы снега по-над Доном
Заметали степь синим звоноПод крутой горой, что ль под тыном,
Расставалась мать с верным сыно«Ты прощай, мой сын, прощай, чадо,
Знать, пришла пора, ехать надо!
Захирел наш дол по-над Доном,
Под пятой Москвы, под полоном»То не водный звон за путиной —
Бьет копытом конь под осиноПод красневу дремь, под сугредок
Отвечал ей сын напоследок:
«Ты не стой, не плачь на дорогу,
Зажигай свечу, молись богСоберу я Дон, вскручу вихорь,
Полоню царя, сниму лихо»Не река в бугор била пеной —
Вынимал он нож с подколена,
Отрезал с губы ус чернявый,
Говорил слова над дубравой:
«Уж ты, мать моя, голубица,
Сбереги ты ус на божнице;
Окропи его красным звоном,
Положи его под икону!»
Гикал-ухал он под туманом,
Подымалась пыль за курганоА она в ответ, как не рада:
«Уж ты сын ли мой, мое чадо!»
*
На крутой горе, под Калугой,
Повенчался Ус с синей вьюгоЛежит он на снегу под елью,
С весела-разгула, с похмельПеред ним все знать да бояры,
В руках золотые чар«Не гнушайся ты, Ус, не злобуй,
Подымись, хоть пригубь, попробуй!
Нацедили мы вин красносоких
Из грудей из твоих из высокиКак пьяна с них твоя супруга,
Белокосая девица-вьюга!»
Молчит Ус, не кинет взгляда, —
Ничего ему от земли не надО другой он земле гадает,
О других небесах вздыхает…
*
Заждалася сына дряхлая вдовица,
День и ночь горюя, сидя под божницеВот прошло-проплыло уж второе лето,
Снова снег на поле, а его все нетПодошла, взглянула в мутное окошко…
«Не одна ты в поле катишься, дорожка!»
Свищет сокол-ветер, бредит тихим Доно«Хорошо б прижаться к золотым иконам…»
Села и прижалась, смотрит кротко-кротко…
«На кого ж похож ты, светлоглазый отрок?А! — сверкнули слезы над увядшим усо —
Это ты, о сын мой, смотришь Иисусом!»
Радостью светит она из углПесню запела и гребень взялЛик ее старческий ласков и строВстанет, присядет за печь, на пороВечер морозный, как волк, темно-бур…
Кличет цыплят и нахохленных кур:
«Цыпушки-цыпы, свет-петушок!»
Крепок в руке роговой гребешоСтала, уставилась лбом в темноту,
Чешет волосья младенцу Христ