Ванда, Ванда, Дева Польши, уж сведен с минувшим счет,
Светлый призрак в глубь принявши, Висла медленно течеТвой отец,  Панна Влаги, был властитель Польши, Крак,
Он убил смолою Зми Подвиг тот случился таЗмей Вавель, в горе пещерной, извиваясь был в гнезде,
Истреблял людей и нивы, изводил стада вездМудрый Крак, чтоб искушен был Змий Вавель, хититель злой,
Начинил бычачьи шкуры липко-черною смолоБлиз пещеры, где чернела та змеиная нора,
Встали чудища бычачьи, началась в горах игрЗмий Вавель бычачьи шкуры пастью жадною пожрал,
И внутри воспламенился, и, безумствуя, сгораИ сгорел, пробив ущель Спас свою отчизну КраГород Краков именитый есть лишь дней минувших знаДочь такого-то героя Ванда стройная былКак была она надменна, как была она светла!
Много витязей хотело Деву Польскую пленить,
Мысль ничья ей не сумела золотую выткать нитВанда, в день когда раскрылся красоты ее цветок,
На себя взглянула утром в протекающий потоИ сказала: «Разве может рядом с золотом быть мед?
Нет достойного мужчины — Польской Панною владеть»И молва о светлоглазой прогремела там вдали,
В край ее, из стран далеких, Алеманы подошлАлеманский повелитель, пышнокудрый Ригогар,
Красотою Ванды взятый, пленник был всевластных чаИ отправились к ней дважды, трижды к ней послы пришли,
Но привета Ритогару в сердце Девы не нашлБранный клич тогда раздался, — нет добра, будь гений зла,
Вся дружина Алеманов копья длинные взялНо, хоть длинны, не достали, но, хоть остры, нет копья,
Ты была сполна красива, — Ванда, власть сполна твоВся дружина Алеманов, Ванду видя пред собой,
Пораженная как Солнцем, отступила, кончен боКликнул вождь: «Да будет Ванда на земле и в сне морском!
Ванда в воздухе!» — воскликнув, поразил себя мечоИ свершилось чарованье, отошла звезда к звезде,
Ванда всюду, звездность всюду, на земле и на водУстремившись в воды Вислы, Ванда там — в текучем сне,
Светлый взор ее колдует Польским судьбам в глубинПесня в воздухе над Вислой да не молкнет никогда,
Как победный образ Ванды жив, пока течет вод