Йен Прайд. Англия очень похожа на Россию. Но она нашла в себе силы преодолеть имперский синдром
"Йен Прайд. Англия очень похожа на Россию. Но она нашла в себе силы преодолеть имперский синдром" | "https://abai.kz/post/12496"
TITLE: Йен Прайд. Англия очень похожа на Россию. Но она нашла в себе силы преодолеть имперский синдром
URL: https://abai.kz/post/12496
META: "Йен Прайд. Англия очень похожа на Россию. Но она нашла в себе силы преодолеть имперский синдром" | "https://abai.kz/post/12496"
DATE: 08.02.2012
AUTHOR(s): Абай-Ақпарат
TOTAL WORDS: 2699
TEXT: Автор этих заметок - гражданин Великобритании, экономический эксперт,  учившийся в Кембридже и приехавший в Россию в 1986 году. Россия и  перестройка так подействовали на Йена Прайда, что он до сих пор  продолжает жить и работать в Москве. Часто выступает на российском  радио, в российской прессе и интернет-изданиях со статьями по экономике,  политике, бизнесу. Вот придет Тэтчер... Этот анекдот я услышал в России. Крыса спрашивает у хомяка: «Мы с  тобой представители одного вида, почти родня. Но меня все время гоняют,  ловят, травят. Почему же при этом тебя кормят и лелеют?» Хомяк подумал и  сказал: «Наверное, у тебя плохой пиар». В вашу страну я впервые приехал в середине 80-х. Застал многие этапы в  жизни России, начиная от перестройки и до нынешних дней. И, пожалуй, не  было такого времени, когда кто-нибудь из окружающих меня здесь  энергичных работающих людей не жаловался на слабую эффективность того,  что стало называться пиаром. Почему-то именно эта составляющая их  занятий проецировалась на меня, иностранца. Дескать, все у нас  интересно, здорово. Только вы, иностранцы, понять не можете наших  особенностей. Дальше или шла поговорка «То, что русскому хорошо...», или  прямо сообщалось: «Ну, не подходит к нам этот ваш пиар!» Автор этих заметок - гражданин Великобритании, экономический эксперт,  учившийся в Кембридже и приехавший в Россию в 1986 году. Россия и  перестройка так подействовали на Йена Прайда, что он до сих пор  продолжает жить и работать в Москве. Часто выступает на российском  радио, в российской прессе и интернет-изданиях со статьями по экономике,  политике, бизнесу. Вот придет Тэтчер... Этот анекдот я услышал в России. Крыса спрашивает у хомяка: «Мы с  тобой представители одного вида, почти родня. Но меня все время гоняют,  ловят, травят. Почему же при этом тебя кормят и лелеют?» Хомяк подумал и  сказал: «Наверное, у тебя плохой пиар». В вашу страну я впервые приехал в середине 80-х. Застал многие этапы в  жизни России, начиная от перестройки и до нынешних дней. И, пожалуй, не  было такого времени, когда кто-нибудь из окружающих меня здесь  энергичных работающих людей не жаловался на слабую эффективность того,  что стало называться пиаром. Почему-то именно эта составляющая их  занятий проецировалась на меня, иностранца. Дескать, все у нас  интересно, здорово. Только вы, иностранцы, понять не можете наших  особенностей. Дальше или шла поговорка «То, что русскому хорошо...», или  прямо сообщалось: «Ну, не подходит к нам этот ваш пиар!» Такую замечательную самобытность россиянина любит изображать в своих  выступлениях сатирик Михаил Задорнов. Его отношение к героям совпадает с  моим чувством к России: я ее искренне люблю, но не могу не критиковать.  Причем заранее знаю, что каждая моя статья только множит число моих  ярых оппонентов. Хотя я в тех же материалах в не меньшей мере критикую и свою Великобританию. Почему именно в этих статьях? Да потому что проблем общих у нас, как говорится, было, есть и будет. А еще нас роднит то, что Великобритания тоже была империей. И ей  пришлось пройти от империи к современному государству такой же путь,  которым сейчас все еще движется Россия. Это невероятно сложное движение, вызывающее бурю противоречий,  дискуссий, конфликтов как внутри страны, так и в отношениях с бывшими  колониями. И это все объяснимо. Главное же противоречие заключалось в самом британском сознании. Представьте, империи уже нет, а имперское сознание никуда не делось.  Оно выразилось в колоссальных претензиях к миру за то, что он стал  относиться к Англии не как раньше. Отсюда появились раздутое самомнение  национальной элиты и не очень умная уверенность простых англичан в том,  что все страны обязаны по-прежнему уважать старушку Англию. Подозреваю, что британские колонии не так уж сильно любили  метрополию, чтобы после распада испытывать большую нежность и терпение  выслушивать новые претензии. Другие же страны, после того что с нами  случилось, думаю, просто сильно удивлялись нашему поведению. Бывшая «гроза морей» оказалась растерянной страной со слабеющей  экономикой, устаревшей индустрией и отсталыми технологиями. Попытки  внедрять инновации наталкивались на озлобленную и плохо соображающую  бюрократию. Талантливые мозги уезжали туда, где амбиций у государства  было меньше, а условий жить и работать больше. Авторитет страны падал, рушились спортивные рекорды, деградировала  элита. Власть в растерянности все время пыталась решить - каким путем  нужно идти теперь Англии, чтобы... вновь стать тем, чем она была. Поэтому  слова американского госсекретаря Дина Ачесона в свое время звучали  страшным диагнозом: «Великобритания потеряла империю, а своей роли в  мире еще так и не нашла». Но симуляция государственного здоровья сопровождалась громкими  декларациями о неизбывном величии страны и нации, об особом  предназначении родины Шекспира, Диккенса и Френсиса Дрейка. И этот  самообман продолжался до того времени, когда Англию стали называть  больным европейцем. Все это как раз напоминало нелепый, ни на чем не основанный пиар. И надо было что-то делать. Только с приходом Маргарет Тэтчер, поставившей честный диагноз  стране, Великобритания пришла в себя и перестала делать то, что еще  недавно с гордостью называла to manage decline - «управлять спадом». В современной России на этот счет есть более оптимистичная формула - stability control. Управление стабильностью. Если нынешний россиянин захочет узнать в деталях, как моя страна  возрождалась после распада империи, он найдет в этой работе несчетное  число аналогий с Россией, с тем этапом ее жизни, что она прошла за 20  лет после распада СССР. Срок уже немалый, но редкий серьезный эксперт скажет, что исторический переход успешно завершен. Однако, как и в случае с Англией, исторический оптимизм не иссякает. В  структурах всех ветвей власти он дает о себе знать в державных речах,  попытках объяснить все возникшие проблемы крушением эффективного  Советского Союза, который якобы был развален чуть ли не сознательно  коварной политикой Горбачева. За этим аргументом следует миф о лихих  90-х, тоже внесших свою лепту в надвигающуюся катастрофу. И только после  начинается «вставание с колен», спасение страны от распада и, наконец,  обретение «стабильности». С точки зрения пиар-технологий это выглядит гораздо лучше, чем сама  действительность. Но в реальности есть совершенно иные технологии,  внедряя которые ведущие страны мира ушли далеко вперед - в экономике,  науке, инфраструктуре, уровне жизни населения. Ни радужные картины  инновационного будущего, ни бешеные деньги на улучшение имиджа, ни  отдельные пиар-кампании страну не развивают и не кормят. И уж тем более  не модернизуют. Поэтому основой нынешней российской стабильности и обещанной на  будущее модернизации по-прежнему остается сырьевой сектор экономики. Это  он и оборонная политика наполняют убедительностью все слова о том, что  Россия была, есть и будет великой державой. А все, кто в этом сомневается, наверняка будут и дальше считаться  злобными критиками, а то и разрушителями достигнутой стабильности. Не  менее строгие предупреждения продолжат получать «определенные силы на  Западе», которые не просто вмешиваются во внутренние дела страны, но и  мечтают заполучить все ее природные богатства. Возможно, я скептик, сгущаю краски, и скоро все изменится в лучшую  сторону. Но мне важно напомнить, что сырьевая модель экономики не так  примитивна, чтобы не уметь себя защитить и сдаться на милость  модернизации. У ее воинов тоже есть свое информационно-пропагандистское  сопровождение. Как бороться с пылесосом? Некоторое время назад в редакционной статье газеты The Moscow Times  «Еще одна причина не вкладывать в Россию» был процитирован министр  регионального развития Виктор Басаргин, который назвал иностранных  инвесторов «пылесосами», которые «всасывают природные ресурсы России и  вывозят их из страны». Этот смелый пассаж произвел на меня незабываемое впечатление. Сразу  захотелось сказать: так вы, Виктор Федорович, добейтесь запрещения  вывоза нефти и газа. Пусть они там «в европах» покукуют без России! Удивительная логика выдавать свой главный источник доходов за  национальное долготерпение и невиданную благотворительность -  пользуются, мол, нашими природными запасами все кому не лень, скоро все  высосут, и прощай, Россия. Боюсь, что за Россию придется тревожиться  раньше. Недавно телевизионный канал «Немецкая волна» показал репортаж о том,  как испанская компания выращивает водоросли в одном прозрачном баке,  перерабатывает их, скачивает в другую емкость на дальнейшую переработку -  и оттуда напрямую переливает в бензобак нормальной автомашины - и  поехали! Если подобные технологии дойдут до промышленного производства (а весь  Запад, Япония, Китай уже не жалеют на это никаких денег), угроза  международного банкротства газо- и нефтедобывающим странам обеспечена. И  чем больше они зависимы от скважины и трубы, тем стремительнее будет  развиваться их кризис. Надо сказать, что Басаргин в своих претензиях к покупателям  российских энергоресурсов не одинок. Нечто похожее высказывают и другие  высокие лица. А результат - не только негативная реакция стран,  покупающих нефть или газ. Такие «пробросы» попадают в общественные  настроения россиян, после чего они начинают думать: «И так жизнь не  сладкая, так еще и Запад нас обдирает...» «У российских чиновников всегда было своеобразное отношение  любви-ненависти к иностранным инвесторам, - комментирует пассаж министра  The Moscow Times. - Они неоднократно заявляли, что без иностранных  инвестиций Россия не может провести модернизацию и диверсифицировать  свою экономику. В то же время кажется, что Россия, и без того имеющая  системные проблемы высокого уровня коррупции и беззакония, делает все  возможное, чтобы не допустить иностранных инвестиций». Вообще, такие говорливые руководители часто забывают, что их  публичная раздраженность тем, что дела идут не так, как хотелось бы, и  неутомимый поиск виноватых в своих неудачах - это как раз и есть плохой  пиар. В официальных англоязычных переводах русских речей и документов  ключевой оборот - must: будто России кто-то что-то «должен». А есть ли  смысл даже пробовать убедить Запад, что он что-то «должен» России, когда  ВВП на душу населения в западных странах как минимум в три-четыре раза  выше, чем в РФ? Имидж России, год от года тратящей все больше средств на  международный PR, становится все хуже. Причина проста: никакими  блестящими PR-мерами (а таких пока тоже не видно) невозможно исправить  огрехи политики. Зачастую даже правильные и хорошие начинания тонут в  недружелюбной риторике представителей власти. Кроме того, предложенные специалистами по пиару меры, приемы, тактики  часто с начальственным высокомерием отвергаются или реализуются просто  неграмотно. Вот почему о пиар-агентствах уже существует своего рода  фольклор, который, кроме смеха, ничего не вызывает. Надо ли после этого  удивляться, что имидж руководителей всех уровней так плох. Впрочем, как и  имидж большинства компаний. Есть универсальный рецепт от специалистов по пиару для любого уровня  организаций, компаний, правительств - в любой стране. Звучит он примерно  так. Когда новости моментально облетают весь мир, организация должна  проводить ответственную, грамотную политику, подтверждаемую конкретными  делами и результатами. Невозможно пиарить «плохие вещи» и не стоит  рассчитывать, что в век глобальной коммуникации вашу репутацию можно  «надуть» с помощью ловкого пиара. Маргарет Тэтчер в исполнении Мерил Стрип, кажется, получилась не очень железной леди. Фото Reuters Да что они знают про нас! Уверен, что эти мои размышления вызовут у многих привычную реакцию: «Да что они там знают про нас?» Уверяю вас, это большая ошибка. Многие западные люди, особенно  образованные, давно спорят с вашим Тютчевым и не верят, что «умом Россию  не понять». И потому именно с помощью «рацио» с интересом изучают ее,  причем совсем не с целью последующего порабощения и уничтожения. Этот интерес, мне кажется, возник как минимум уже с 1549 года, когда  Сигизмунд фон Герберштейн опубликовал свою книгу «Записки о Московии»,  где описал географию, историю, бытие и внутреннее устройство Великого  княжества Московского. После Герберштейна в «Московию» потянулись и часто оставались там  жить многие иностранцы самых разных профессий, сословий, верований,  взглядов и даже достатка. После той «радушной» прессы, которой был отмечен в России приезд  нового американского посла Майкла Макфола, хочу заметить, что начиная с  XVI века многие поехавшие изучать Русь иностранцы общались как с царями,  так и с лидерами оппозиции и даже просто с отчаянными революционерами.  Потом публиковали свои книги впечатлений, комментариев и воспоминаний. И  что удивительно - Россия жива и невредима. Джон Рид, Исайя Берлин, Орландо Файджес - на книгах этих авторов я  умножал свои знания о вашей стране. Кстати, они переведены на русский. В ходе дискуссии, развернувшейся в России по поводу исторических  фальсификаций, часто звучала мысль о том, что западная историография  предвзято, поверхностно и мало освещает подлинную историю Великой  Отечественной войны. Так вот насчет Великой Отечественной. За последние 20 лет в России,  странах бывшего СССР и Восточной Европы открыты богатейшие архивы.  Группы историков из разных стран ведут в них исследования по огромному  массиву новых источников на множестве языков. Россиянам, уверяющим, что Запад не пишет о ВОВ, стоит побродить по  московским книжным магазинам, чтобы увидеть, например, книги британских  исследователей на английском языке. Например, The Road to Stalingrad  1975 года и The Road to Berlin 1983 года Джона Эриксона (John Erickson);  Absolute War: Soviet Russia in the Second World War 2007 года,  написанную аспирантом Эриксона Крисом Бэллами (Chris Bellamy);  Stalingrad 1997 года и Berlin: The Downfall 1945 2002 года Энтони Бивора  (Antony Beevor). Наверняка не со всем, что в них написано, согласятся их российские  коллеги и просто читатели. Но это уже повод не для отторжения другого  мнения прямо с порога, а шанс вступить в дискуссию, которая при любом  накале спора никого не убивает, а лишь обогащает наши представления о  прошлом. А значит, и о настоящем. Если говорить о книгах для англичан о российской истории и культуре,  то они не сводятся лишь к Сталинградской битве, блокаде Ленинграда или  обороне Москвы. За последнее время только на английском языке вышло  множество биографий российских деятелей от Петра Великого и Потемкина,  Пушкина и Толстого (к столетию его смерти в минувшем году) до Жукова и  Хрущева. Кроме того, вышли две биографии Сталина, три - Троцкого,  несколько - Путина и даже Бориса Березовского и Романа Абрамовича. Не говоря уже о множестве книг по российской политике и экономике.  Так, например, издательский дом Cambridge University Press опубликовал  громадное трехтомное собрание «The Cambridge History of Russia». Начиная  с ранней Руси до современной Российской Федерации на 2412 страницах! Не хочу утомлять читателей дальнейшим перечислением английских  названий, но хочу напомнить, что существует и целая коллекция  документальных кино- и телефильмов о Великой Отечественной войне. Их  можно купить или посмотреть онлайн. При этом почти все западные авторы ценят героизм и отвагу советского  народа, подчеркивают громадное количество людских и материальных потерь  СССР, его решающую роль в борьбе против фашизма. Другое дело, что  западные исследователи не согласны с тем, что, признавая выдающуюся роль  Советского Союза во Второй мировой войне, нельзя критиковать коммунизм,  большевизм, методы Ленина, правление Сталина. Возможно, об этих, ранее табуированных и малоизвестных, сюжетах стали  больше говорить в последние годы, особенно в Восточной Европе. Но стоит  ли на такие публикации откликаться не аргументированной статьей, а  строгой директивой вроде «нельзя переписывать историю», «не допустим  переоценок прошлого»? На мой взгляд, нет. Во-первых, мнения, суждения и взгляды историков претерпевают  изменения под влиянием новых, ранее не известных исторических  документов, свидетельств очевидцев и т.п. Во-вторых, историки обязаны  смотреть на общий контекст. Во-вторых, новые источники информации,  появившиеся за последние 20 лет. Они вовсе не изменили общую картину.  Они лишь добавили деталей, подробностей. Хочу объяснить, почему я коснулся здесь темы взаимной  информированности России и той же Европы. Хотя бы потому, чтобы сказать:  иностранцы знают или имеют возможность знать о вашей стране гораздо  больше, чем это представляется россиянам. А еще потому, что реакция российского истеблишмента на острые  проблемы наших прошлых и настоящих взаимоотношений за рубежом хорошо  известна. И когда, как и в случае с «пылесосом» Басаргина, очередной  руководитель или депутат сообщает своей стране о неких западных  фальсификаторах, которые хотят лишить ее исторической памяти и отнять у  целых поколений народа их исторические заслуги, - это тоже плохой пиар  России. Но сколько бы западных культурных проектов о России ни появлялось, ее  граждане напрасно ожидают большего «понимания» от Запада. Ведь он, как и  Россия, в первую очередь занят собой! С той лишь разницей, что куда  больше интересуется настоящим, чем прошлым. Дело не в слабом интересе к России, а в том, что Россия не может сделать этот интерес положительным, а не тревожным. И надо сказать, что выпады российской элиты в адрес Запада  малопродуктивны. Поверьте мне, они вызывают лишь удивление, ухмылки и  уверенность в том, что Россия все еще живет в прошлом, не желая понять,  как сегодня устроен мир. Вот и на только что прошедшем в Давосе Всемирном экономическом форуме  русские бизнесмены жаловались на perception gap, то есть «разрыв по  восприятию». Мол, Россия находится на подъеме, а российские активы  сильно недооценены по сравнению с подобными активами других странах.  Дескать, Запад и международные инвесторы просто не понимают нашу  настоящую ситуацию. Получается, что опять пиар виноват? Но он лишь выполняет заказы, поступающие сверху и, как правило, плохо  сформулированные. Но пока в содержании пиар-деятельности не найдет  своего отражения реальная, качественно иная стратегия и политика  государства, корпораций, бизнеса – имидж страны будет оставаться таким,  какой он есть. А это означает, что Россия и дальше будет нести громадные  экономические, финансовые, политические потери и все дальше отставать в  развитии от стран, определяющих «дорожную карту» мира в XXI веке. В какой мере вы согласились бы со следующими суждениями? (Приводятся только ответы согласившихся) Варианты ответов 2005 2011 (Молодежь 16–29 лет) Вся страна Средние и крупные города Для России было бы лучше, если бы иностранцы перестали навязывать нам свои идеи 64 60 Иностранцы, которые оказывают финансовую помощь российским  общественным организациям, в действительности пытаются вмешиваться в  нашу общественную жизнь 55 60 Источник: Московская школа политических исследований Подробнее: http://www.ng.ru/scenario/2012-01-31/9_england.html
