Тёмная сторона луны или кто они - первые казахские большевики?
"Тёмная сторона луны или кто они - первые казахские большевики?" | "https://abai.kz/post/104949"
TITLE: Тёмная сторона луны или кто они - первые казахские большевики?
URL: https://abai.kz/post/104949
META: "Тёмная сторона луны или кто они - первые казахские большевики?" | "https://abai.kz/post/104949"
DATE: 03.02.2020
AUTHOR(s): Султан Хан Аккулы
TOTAL WORDS: 2076
TEXT: « Авторитарные режимы опираются на тёмные стороны человеческой натуры, демократические – на её светлую сторону ». Часть I І МУХАМЕДЬЯР ТУНГАЧИН: ВОЛШЕБНОЕ ПРЕВРАЩЕНИЕ ОСВЕДОМИТЕЛЯ ЦАРСКОЙ ОХРАНКИ В БОЛЬШЕВИКА История Мухамедьяра Тунганчина (иногда Тунгачин) - ещё одного из первых казахских коммунистов-большевиков очень занятна и достаточно банальна одновременно. До Февральской революции был скандальноизвестной, одиозной личностью. Вот что, например, зафиксировано в протоколе Тургайского областного казахского съезда, состоявшегося 2-8 апреля 1917 г. в Оренбурге по  инициативе и созыву лидеров «Алаш»: « Прежде чем приступить к очередным делам, сотрудник газеты «Казак» («Қазақ» - « Qazaq ». – С.А.) Мир-Якуб Дулатов (Миржакып Дулатулы) с разрешения съезда охарактеризовал прошлую деятельность... переводчика тургайского областного правления Мухамед-Яра Тунганчина, состоявшего на службе в качестве агентов местного жандармского упраления. О Тунганчине, кроме того, было доложено, что он по должности переводчика областного правления брал крупные взятки » [1, с. 22.]. Прежде чем перейти к следующему документу, стоит прокомментировать обвинение о «крупных взятках», адресованное М. Тунгачину. Очевидно, здесь речь идет о взятках, которых М. Тунгачин требовал от своих незадачливых, доверчивых сородичей - казахов, пытавшихся освободить своих сыновей от мобилизации (реквизиции), согласно указу царя России Никлая ІІ от 25.06.1916 г., на обустройства тылов Западного, Северного и Северо-Западного фронтов России в І-ю мировую войну. Военный губернатор Тургайской области М. Эверсман в 1916 г. удостоился высочайшей благодарности за проведение мобилизации казахских джигитов в тылы Первой мировой войны, жестоко подавляя при этом любые проявления недовольства коренного народа. В это же время за его спиной его же чиновник М. Тунгачин сказочно наживался на крупных взятках от своего же народа. Нет сомнений в том, что М. Эверсман был прекрасно осведомлён о тёмных делишках своего подчиненного и не брезговал этими деньгами. В отличие от них, М. Дулатулы, в конце 1916 г. вместе с большой группы казахской интеллигенции и студентов, под началом лидера «Алаш» А.Н. Букейхана добровольно отправился на линию фронта І мировой войны, чтобы позаботиться о правах, здоровье, условиях быта и службы своих братьев-казахов, мобилизованных на работы в тылу российских войск, откуда вернётся лишь после Февральской революции. В характеристике М.Тунганчина, составленной на него начальником ... ( в архивном документе не читается ) отделения Особого отдела 11-й Армии Туркестанского фронта от 29.08.1919 г., о его дореволюционной деятельности дается несколько иная информация ( цитирую дословно ): « В 1918 г. из Тургайской области в Москву прибыл бывший чиновник особых поручений при Тургайском генерал-губернаторе Мухамедьяр Хан-Гиреевич Тунгачин » [2, л. 1]. Дальше описывается та самая занятная история его волшебного превращения из чиновника особых поручений при наместнике колониальной империи в Тургайской области в коммуниста-большевика: « Благодаря представленным материалам по поводу его политической работы на съездах в Тургайской области и своёй хитрости и пронырливости, ему удалось обратить на себя внимание Центра и снискать его доверие. Случившееся несчастие с прибывшими позднее представителями киргизского народа т. Джангильдиным, выдвинуло ещё более Тунгачина, как единственного наиболее надёжного и способного представителя киргизского народа... » [2, л. 1]. М. Тунгачин какие именно материалы о своей « политической работе на съездах в Тургайской области » представил вождям Советской власти в Москве, это большой вопрос, если иметь в виду тот очевидный факт, что его не допустили ни к одному из казахских съездов ( Тургайский областной от 2-8 апреля, І Всеказахско-киргизский от 21-26 июля, ІІ Всеказахско-киргизский от 5-13 декабря 1917 г. ) [1, cc. 21-36, 46-53, 62-75]. Тем не менее ему удалось «снискать» доверие вождей Советской власти и был немедленно назначен комиссаром по казахским делам при Совнаркоме РСФСР под началом И. Сталина. При этом, как следует из вышеприведённого представления (характеристики) сотрудника Особого отдела 11-й армии Туркфронта, Центр в Кремле уже знал, кого из себя представляет Мухамедьяр Тунганчин. Однако несмотря на это, привлекает его как « надёжного и способного представителя» казахского народа ». « Горькой иронией и злой насмешкой над революцией звучал призыв вчерашнего осведомителя оренбургской охранки М. Тунгачина , - отмечал по поводу его деятельности видный деятель «Алаш» М. Шокай, - ныне, по воле большевиков, ставшего во главе комиссариата по киргизским (казахским) делам при центральном совнаркоме, киргизской интеллигенции «на светлый путь социального строительства » [3, т. ІІ, с. 165]. Одна из «исторических» заслуг М. Тунгачина на посту комиссара по казахским делам при СНК РСФСР заключалась в том, что именно он убедил председателя СНК РСФСР В. Ленина и наркома по делам национальностей И. Сталина, при преобразовании в 1920 г. Автономную Республику Алаш в Киргизскую Советскую Республику, отказаться от названия «Алаш» и настоять на «Киргизская». Он, рождённый степнком-казахом, был достаточно осведомлён о том, какую общую для тюркских народов идеологию единства, идею национального возрождения носит в себе слово и термин «Алаш», идущий со времён Золотой Орды, название Алаш Орда как правительства Автономии Алаш было тому как бы потверждением. « Хитрый и пронырливый » Тунгачин, как его охарактеризовал сотрудник Особого отдела Красной армии, также прекрасно знал, что вожди Советской власти опасались объединения или консолидации бывших подколониальных тюркских народов ( пантюркизм ) не меньше, чем свергнутое царское самодержавие, революционная демократия 1917-го и самопровозглашённые всероссийские правительства 1918-1920 гг. вместе взятых. Очевидно, в толковании Тунгачина вожди Советов в идеологической основе слова «Алаш» увидели скрытую угрозу своей национальной политике в Казахском крае и Туркестане, как и, впрочем, на Кавказе. Именно по этой причине Кремль не мог и не допустил создания единой Казахско-Башкирской Республики в 1919 г. и Среднеазиатской федерации в 1924 г. « В Москве имеется особое киргизское представительство (Трубниковский переулок, 10) , - свидетельствует бывший член Алаш Орды Мустафа Шокай, - которое принимает участие в разработке положения о Киргизской советской социалистической республике. Насколько центральная советская власть, идущая слепо за авторами «Киргизстана», прониклась идеями узкого киргизского национализма, видно из того, что когда из киргизских центров поступали сведения о желательности для киргиз объединиться с Туркестаном и таким образом составить одно политическое целое, она отнеслась к этой идее весьма отрицательно, ссылаясь на то, что объединение таких больших групп, как Киргизстан и Туркестан, может вредно отразиться на успешности работы в них » [3, т. ІІ, с. 204]. (Фото № 1 (Из социальной сети ФБ) Мало того, как только кремлёвским властям стало известно о том, что в составе Казахской АССР дружно как единый народ сосуществуют киргизы ( кара-киргизы ) и каракалпаки, к концу 1924 г. киргизы были немедленно выделены в отдельную автономию со включением её в состав РСФСР, а каракалпаки – в отдельную автономную область в составе КазАССР, но в 1930 г. она также была передана в состав РСФСР, откуда в 1936 г. – в состав Узбекской ССР. Татарская и Башкирская АССР - с дальным прицелом - были территориально отдалены от Казахской Республики посредством передачи Оренбургской области под юрисдикцию РСФСР в 1924 г. и постепенным расширением её площади за счёт казахской территории в 1925 и 1929 гг. ( фото № 1 ). Вот что писал неизвестный автор за подписью Н.Ч. в своем материале « Автономія Казакыстана », опубликованном в газете «Оренбургскій казачій вѣстникъ» следом за образованием Автономии Алаш: « Киргизы д ѣлятся на кайсаковъ и кара-киргизъ, но названіе «Алашъ» объединяетъ ихъ въ одну націю (на подобіе нашего «Святая Русь»). Слово это означаетъ ещё воинственный и священный призывъ всѣхъ киргизъ къ защитѣ, заменяя трубный звукъ » [4, с. 2] Тот же М. Шокай, по поводу нового названия Автономии Алаш после её преобразования в августе 1920 г. в советскую, отметил следующее: « Алаш» - понятие более широкое по сравнению с «Казакстаном и обнимает собою как самих киргиз-казаков, так и родственный им народ кара-киргизов, «Казакстан», как понятие более узкое, ограничивающееся исключительно киргиз-казаками, в понимании самих киргиз (казахов) всегда имел оттенок некоторого узкого национализма и шовинизма » [3, т. ІІ, сс. 203-204]. В действительности же, если исходить из достоверных архивных материалов 1917-1940 гг., в основе идеи «Алаш» лежал глубоко скрытый замысел возрождения тюрко-мусульманской империи Джучи хана, послужившей затем основой Золотой Орды. В условиях гражданской войны 1918-1920 гг. и укрепления Советской власти в национальных республиках в 1920-1924 гг., а также за рубежом в 1920-1940 гг. ( М. Шокай ) эта идея существовала в различных интерпретациях, но не меняя своей сути, свой стержень, как, например, «Автономия Алаш», «Мусульманская федерация (или штаты) Восточной России» ( фото № 2 ), «Единое Казахско-Башкирско-Туркестанское государство» до Советской власти, «Среднеазиатская федерация» при Советах и «Великого Туркестана» Мустафы Шокая в эмиграции в Европе. Если бы лидерам Автономии Алаш при преобразовании её в советскую республику удалось отстоять её прежнее название, то она естественным образом сохранила бы до сегодняшнего дня свои консолидирующую идеологию, привлекательность и потенциал. Однако, как убедились выше, этому грандиозному замыслу стал преградой, сам того не осозновая, бывший мелький чиновник особых поручений Тургайского военного губернатора Мухамедьяр Тунганчин при поддержке вождей Советской власти. (Фото № 1 (ГАРФ: фонд 192, оп. 1, дело 22, лист 22) Ещё одна малоизвестная из «исторических» заслуг М. Тунгачина в образе первых казахских коммунистов-большевиков – это его попытка сформировать первое казахское национальное добровольческое войско Красной армии. « Характерно , - отмечает профессор Д. Аманжолова в своей монографии «На изломе. Алаш в этнополитической истории Казахстана», - что именно в это время одним из направлений укрепления советской власти было создание национальных воинских частей из числа перешедших на сторону большевиков. Но противоречивая ситуация в регионе настараживала советское руководство... Председатель РВС Л.Д. Троцкий, наоборот, настаивал на ускоренном создании мусульманской бригады. 6 мая он указывал РВС Восточного фронта: «По политическим соображениям формирование мусульманской бригады представляется сейчас в высшей степени важным делом ввиду несмоненного поворота симпатий широких мусульманских масс в сторону советской власти». Только 24 октября 1919 г. командующий Туркестанским фронтом издал приказ о формировании одного шестиэскадронного киргизского образцового конного полка исключительно из казахов и добровольцев. Он был направлен военкому отдела формирования воинских казахских частей частей М. Тунгачину » [5, с. 347-348]. Но М. Тунгачин, перехватив инициативу у А. Джангильдина, своего протеже, приступил к формированию первого... казахско-советского образцового конного полка ещё раньше – в июле-августе 1919 г. Чем эта попытка обернулась, подробно расписал тот же сотрудник Особого отдела ХІ-й армии Туркфронта: « Воспользовавшись этим (отсутствием А. Джангильдина. – С.А.) и заимствовав идею формирования киргизских войск от Джангильдина, Тунгачин, будучи властолюбивым, добивается, что формирование киргизских войск переходит в его руки. В августе месяце он с приглашенным им на должность военного руководителя Давыдовым вызжает в Ханскую Ставку. Здесь созывается областной киргизский съезд, на котором принимается резолюция о формировании коннаго киргизскаго образцоваго добровольческаго полка. Отсюда Тунгачин посылает в Центр заведомо ложные преувеличенные сведения о произвёденных им работах в самых различных их видах, надеясь на этом поднять ещё более свой авторитет в Центре, заслужить полное доверие, что ему, кажется, и удаётся. Возложив подготовительную работу по формировании на военрука Давыдова, Тунгачин возвращается в Москву... Во главе киргизскаго полка Тунгачиным ставится Михаил Кулебякин, бывший кавалерийский офицер старой армии, бежавший из эшелона Джангильдина и розыскиваемый им. В последствии он проворовался и был арестован в Козлове. Место комполка после Кулебякина занял бывший в то время на свободе и впоследствии арестованный Петржкевич. Заместителем комполка за Петржкевичем остаётся Чуреев, человек с определенной белогвардейской окраской, арестованный Особым Отделом за организацию контр-революционного заговора в Ханской Ставке. Перед арестом последняго командиром полка назначается бывший жандармский ротмистр при генерал-губернатре Вилламов, скрывшийся из Ханской Ставки с полумиллионной суммой денег. Вот что представлял собой верх командного состава І-го Киргизскаго образцоваго Советскаго полка... Князь Урусов, князь Мещерский, барон Клюге-Фон-Клюнегау и др., впоследствии бежавшие и принимавшие активное участие против Соввласти, ясно, что не могли сочувственно относиться завоеваниям пролетарской революции... Командир полка Вилламов, перед бегством имея на руках 500,000 руб. на покупку лошадей, заходит к Тунгачину и просит ещё 2 миллиона руб. Последний, больным и передав по болезни исполнение обязанносте т. Лукашову, даёт распоряжение о выдаче просимой суммы... Тунгачин, преследуя свои цели, записывается при поручительстве т. т. Сталина и Пестковскаго в Московскую организацию Р.К.П, не будучи коммунистом ни по своим взглядам, ни в силу своег происхождения и прежняго положения. Одновременно с этим он проходит в члены ВЦИК... Настоящая характеристика основана на свидетельских показаниях. Для полнаго разследования действий Тунгачина считаю необходимым дело вместо с арестованными, могущими фигурировать в качестве свидетелей по данному делу, направить в распоряжение Всероссийской Чрезвычайной Комиссии для дальнейшего разследования и заключения. Начальник А...наго Отделения Особого отдела ХІ-й армии Туркфронта: 29 августа 1919 года . С подлинным верно: Врид. НачЭкономОтдела ГубЧека » ( подпись не разборчиво ) [5, лл. 1-1 об., 2-2 об.]. Если дело Мухамедьяра Тунгачина передано Всероссийской Чрезвычайной Комиссии (чекистам, если коротко), то его дальнейшая судьба, думается, общеизвестна. К этим достоверным историческим сведениям автору настоящего материала больше нечего добавать, также нечего и убавить. Список первоисточников: 1 Алаш-Орда: Сборник документов / Сост. Н. Мартыненко. – Алматы: Малое издат. «Айқап», 1992. – 192 с. 2 Госархив Оренбургской области: … лл. 1-1 об., 2-2об. 3 Шоқай М. Шығармаларының толық жинағы: Он екі томдық. – Алматы: Дайк-Пресс, 2012. 4 Н. Ч. Изъ мусульманской жизни: Автономія Казакыстана. «Оренбургскій казачій вестникъ», № 7, 10.01.1918 г. – с. 1-2. 5 Аманжолова Д. На изломе. Алаш в этнополитической истории Казахстана. – Алматы: Издательский дом «Таймс», 2009. – 412 с. Часть I: Кто они – первые казахские большевики? Султан Хан Аккулы Abai.kz
