Иноземцев: Хорошее образование в России — миф
"Иноземцев: Хорошее образование в России — миф" | "https://abai.kz/post/11235"
TITLE: Иноземцев: Хорошее образование в России — миф
URL: https://abai.kz/post/11235
META: "Иноземцев: Хорошее образование в России — миф" | "https://abai.kz/post/11235"
DATE: 01.11.2011
AUTHOR(s): Абай-Ақпарат
TOTAL WORDS: 1235
TEXT: К началу рыночных реформ Россия подошла,  обладая очевидным конкурентным преимуществом: квалифицированной рабочей  силой и развитой системой образования и организации науки. Средний  работник в СССР в 1989 г. имел за плечами 11,9 года обучения; на  территории РСФСР действовало 514 вузов и  2603 профессиона­ль­но-технических училища, высшее образование ежегодно получало около 650 000 че­ловек. Космические исследования,  ядерная энерге­тика и производство передовых вооружений оставались  визитной карточкой советской науки, которая, однако, уже в те годы  начала отставать от западной практически по всем новым направлениям. Становление  российских образования и науки происходило в сложных условиях на фоне  трех негативных тенденций: недофинансирования, оттока квалифицированных  кадров и дезориентирующего отказа от советских идеологических установок и  советских стандартов образования. Однако еще более значимым фактором  дегра­дации стал крах наукоемких отраслей промышленности и стремительная  переори­ентация образования с естественнонаучных на гуманитарные  специально­сти. К началу рыночных реформ Россия подошла,  обладая очевидным конкурентным преимуществом: квалифицированной рабочей  силой и развитой системой образования и организации науки. Средний  работник в СССР в 1989 г. имел за плечами 11,9 года обучения; на  территории РСФСР действовало 514 вузов и  2603 профессиона­ль­но-технических училища, высшее образование ежегодно получало около 650 000 че­ловек. Космические исследования,  ядерная энерге­тика и производство передовых вооружений оставались  визитной карточкой советской науки, которая, однако, уже в те годы  начала отставать от западной практически по всем новым направлениям. Становление  российских образования и науки происходило в сложных условиях на фоне  трех негативных тенденций: недофинансирования, оттока квалифицированных  кадров и дезориентирующего отказа от советских идеологических установок и  советских стандартов образования. Однако еще более значимым фактором  дегра­дации стал крах наукоемких отраслей промышленности и стремительная  переори­ентация образования с естественнонаучных на гуманитарные  специально­сти. Развитие системы образования в постсоветский  период отличалось и отличается несколькими чертами, выглядящими при  сравнении с опытом других стран попрос­ту аномальными. Во-первых,  наблюдается взрывной рост числа студентов вузов (с 2,6 млн человек в 1993/94 учебном году до 7,4 млн в 2010/11 г.) при сокращении численности школьников (с  21,1 млн человек до 13,2 млн за тот же период). В резу­льтате число  поступающих в вузы достигает 90% от числа выпускников школ, что бо­лее  чем в 2 раза превышает средний показатель по странам ОЭСР. Во-вторых,  принятая в стране система ЕГЭ измеряет скорее не реальный уровень знаний, а приемлемый для власти  психологический порог неуспеваемости. Если во Франции успе­шно сдало  экзамен на аттестат зрелости в 2010 г. 85,5% школьников, в 2011 г. -  85,6%, а в Германии этот показатель в 2011 г. составил 82,6%, то в  России не прошедших ЕГЭ остается 3,3-3,6%, пусть даже для этого  приходится понижать пороговый уровень, свидетельствующий об освоении  школьной программы, до 20 баллов из 100 по ино­странному языку, 21 балла  по математике и 36 баллов по русскому языку, как это было сделано  Рособрнадзором в текущем году. В-третьих, рост числа студентов (в 3 раза) и вузов (с  514 до 1114 за 1992-2010 гг., т. е. в 2,2 раза) не обеспечен  наращиванием профессорского корпуса: число преподавателей выросло за тот  же период с 220 000 до 342 000, или на 55,4%. Сегодня отношение числа  преподавателей к числу студентов в России в 2,7 раза ниже, чем в США.  При этом вызывает сомнение и качество этих профессоров: присвоение  кандидатских и докторских степеней в 2009-2010 гг. в России шло темпом, в  5,6 раза превосходившим позднесоветские показатели, хотя особых успехов  в развитии науки за это время не наблюдалось. Наконец, в-четвертых,  профиль высшего образования не соответствует потребностям экономики:  45% выпускников специализируются на общественных науках,  предпри­нимательстве и праве против 36,2% в США и 22,5% - в Германии. В  России 24% вчерашних студентов устраиваются на должности, не требующие  высшего образования, и менее 50% начинают карьеру по той специальности,  по которой учились (в  США - 76%). Неудивительно, что бизнес проявляет крайне низкий интерес к  развитию российского образования и почти не участвует в его  финансировании. За постсоветский период в стране разрушена  система среднего профессионального образования. Если в 1989 г. в РСФСР  существовало 1100 ПТУ и техникумов с 470 000 учащихся, то сегодня в  350 колледжах обучается менее 120 000 человек. В то же время не  обеспечено и развитие элитных вузов, которые могли бы встать в один ряд с  ведущими университетами мира. Сегодня российских университетов нет ни в  одной версии списка 500 лучших вузов мира, а молодежь стремится уехать  из страны в поисках современного образования (в  2010/11 учебном году россияне составили 2% всех студентов вузов стран -  членов ОЭСР). И если в 1991 г. ЮНЕСКО ставила советское высшее  образо­вание на третье место в мире, то к 2010 г. Российская Федерация  опустилась в том же рейтинге на 29-е место. Можно утверждать, что  сегодня российская система образования производит скорее статус  человека с дипломом, нежели специалистов, способных найти свое место в  современном мире. Особо следует отметить, что образование в  России стремительно становится пла­тным - и при этом довольно дорогим.  Из 7,4 млн наших студентов за государственный счет обучается всего  2,9 млн, или 39,2% от их общего количества, а число бюджетников  составило 211 человек на 10 000 населения против 219 человек в РСФСР в  1980/81 учебном году. Все больший размах принимают и «платные услуги» в сфе­ре среднего образования. Развитие  науки в пореформенной России также не дает повода для оптимизма,  несмотря на риторику приверженности принципам инновационного развития.  На содержание Российской академии наук в 2011 г. из бюджета выделено  62 млрд руб. (для сравнения: на создание сомнительной системы «водного  метро» правительство Москвы намерено потратить 20 млрд руб.). Вопреки  заявлениям властей мы остаемся выключенными из глобального научного  пространства. Тираж выходящих в стране научных журналов сократился за  1991-2010 гг. в 14,3 раза, а посещаемость научных библиотек - более чем в  20 раз. Более половины существующих научных «центров» и «институтов»  состоят из руководителя и его секретаря или помощника. В стране на  постоянной основе работает менее 400 иностранных преподавателей и  исследователей, а число иностранных студентов в наших вузах сократилось с  92 300 в 1990/91 учебном году до 17 100 в 2009/10 г. Примечательно,  сколь провинциальной стала наша патентная деятельность: в России  подается более 27 000 патентных заявок в год - но 93% их направляется в  российскую патентную службу, тогда как в патентный офис США (на  который приходится 50,2% всех регистрируемых в мире патентов) мы подаем  всего 400-500 заявок против 2600 приходящих туда из Финляндии и  24 900 - из Германии. Но даже темп прироста чи­сла таких заявок (а среди них был и патент Юрия Лужкова на кольцевые автомагистрали) сейчас составляет 6,1 против 9,3% в  2003-2006 гг. Российских компаний нет ни среди 200 глобальных фирм,  зарегистрировавших в 2010 г. наибольшее число патентов, ни среди  219 корпораций, потративших за год на НИОКР более $200 млн. Подводя  некоторые итоги, можно сказать, что в 1990-е и 2000-е гг. российская  система образования отличилась стабильным перепроизводством не вполне  необходимых экономике специалистов и увенчанных учеными степенями «научных  работников», а экономика - очевидным недопотреблением научных кадров и  новых технологий. Именно этот разрыв между потребностями народного  хозяйства и потенциалом образовательной и научной систем приводит к  тому, что последние работают в своего рода вакууме. Его заполнению могло  бы послужить активное ме­ждународное сотрудничество, но оно остается  маловероятным именно потому, что в России сейчас нет научных школ, в  которые западные ученые захотели бы внедриться, и университетов, преподавание в которых  расширило бы их горизонты. А деньги в образовании и науке значат хотя и  много, но не могут сравниться по ценности с временем. Временем, которое  бежит мимо России и которое иностранные ученые, приехав сюда, скорее  всего, сочтут просто потерянным. Проект «Слово  и дело» призван познакомить российского читателя с мнениями китайских  специалистов по 12 направлениям развития России и Китая. Сегодняшняя  тема - развитие образования и науки - открывается статьей Владислава Иноземцева . Статья специалистов из КНР выйдет во вторник, 4.10.2011). Автор - доктор экономических наук, директор Центра исследований постиндустриального общества, главный редактор журнала «Свободная мысль» Читайте далее: http://www.vedomosti.ru/opinion/news/1381026/zlokachestvennoe_obrazovanie#ixzz1cR6yoIhc
