в училища толкало нас призвание быть в гуще игр железных, ратных дел. но служба - вечный бой за выживание, а не существование белковых тел. бывали мы неправы и непоняты, забыты, без причин вознесены. слезами жен и личным потом политы дороги, неизмеренной длины. не раз хотелось бросить, к черту, армию, пожить, как люди, чтобы от - и до. чтоб петь всю жизнь одну и ту же арию, ты никого, но и тебя - никто. но мы, увы, чуть-чуть иначе сложены, и в этом наша не вина, а боль: мы так и не умеем кушать с ложечки, а только - горстью, службы нашей соль. но если скажет кто при расставании, что рад прощанью в армией – не верь! всю жизнь он будет мерить расстояния той мерой пота, что и мы теперь. он знает, насмерть бьют не только выстрелы, когда в стране бардак и беспредел. жизнь – это способ постиженья истины, а не существования белковых тел! 