Подробнее на сайте "N+1"
"Очень обнадеживает то обстоятельство, что в 2015 году была еще раз нарушена, так сказать, новгородская монополия на берестяные грамоты: один такой памятник бытовой письменности был найден на этот раз в Вологде, другой  --  в Москве!"
Подробнее на сайте "Генофонд.рф"
"На меня в этом году произвело впечатление открытие генетиков, для нас, археологов, очень важное. Это работы Райха и его команды и работы Кристенсена и Виллерслева и их команды. Генетики по своим данным выявили в геномах сходства, которые, по их мнению, говорят о массовой миграции степного населения в Центральную и Северную Европу в III тысячелетии до нашей эры, и связали с этим происхождение индоевропейских языков Европы. Речь идет о ямной культуре  Ямная культура  --  археологическая культура раннего бронзового века, распространенная в степной полосе Восточной Европы от уральских степей до Дуная. Точно датируется второй третью III тысячелетия до н. э., но, возможно, была распространена дольше. в понто-каспийских степях  Понто-каспийская степь  --  часть евразийской степи, простирающаяся от северного побережья Черного моря до Каспийского моря. и культурах шнуровой керамики  Культуры шнуровой керамики  --  культуры позднего неолита Северной, Центральной и Восточной Европы, которые многие исследователи связывают с распространением индоевропейских языков или их германо-балто-славянской ветвью. Датируется примерно 3000–2300 годами до н. э. Центральной и Северной Европы.
Было несколько гипотез происхождения индоевропейцев  --  степная, малоазийская, центральноевропейская, индийская и др. Вот, выходит, что степная концепция побеждает. У меня тут целый ряд сомнений, но все эти сомнения побуждают с живым интересом ожидать дальнейших исследований".
Подробнее на сайте Past Horizons
"В Дании был найден подвесной молоточек бога Тора. Вообще-то это случилось в 2014 году, но мне статья попалась в руки в 2015-м. Надо сказать, что археологи находят на полуострове не так уж мало таких молоточков. Они, по-видимому, нанизывались на металлическую проволоку и носились на шее. Обнаруженный артефакт по форме, пожалуй, в большей степени, чем остальные, напоминал собою нательный христианский крест. В переломную эпоху перехода от язычества к христианству такое случалось  --  языческие знаки, жесты и символы могли как бы мимикрировать под знаки и символы, принятые в христианской культуре. Так, когда первый конунг-христианин в Норвегии, оказавшись на языческом пиру, осенил крестным знамением поданную ему ритуальную пищу, то его сторонники, дабы избежать конфликта с язычниками, обьяснили это таким образом, что конунг, дескать, начертал над жертвенной кониной знак Тора. Найденный в Дании артефакт прекрасно вписывается в этот круг предметов и явлений переходной эпохи, известный исследователям преимущественно по письменным источникам. Новизна в том, что некто счел нужным нацарапать на нем младшими рунами „это молот“  --  видимо, дабы устранить неизбежно возникающую символическую омонимию языческих и христианских атрибутов. Очевидно, разительное сходство таких молоточков с нательными христианскими крестами вполне осознавалось самими участниками ситуации".
Статья на сайте UC Magazine
"На Пелопоннесе в этом году нашли погребение воина. Находка эта сделана в Мессении  --  исторической области микенского мира, где, по преданию, правил Нестор и его родственники.
Центр этой области, Пилос, достаточно давно раскопала американская археологическая экспедиция. Там был обнаружен дворцовый комплекс  --  экономический, политический и культовый центр, а главное  --  найден архив из нескольких сотен глиняных табличек с записями хозяйственного характера, сделанными линейным письмом Б  Линейное письмо Б  --  критская письменность эпохи микенской культуры, использовавшаяся для записей текстов на древнегреческом языке. Дешифровано в 1950–1953 годах., относительно недавно расшифрованным. Наличие письменных источников этой эпохи позволяет вновь обнаруженным предметам "заговорить": археологические источники в комплексе с данными табличек пилосского архива и другими надписями линейного письма Б могут дать нам больше, чем если бы мы рассматривали эти данные вне зависимости друг от друга. Таким образом, благодаря глиняным табличкам окончательно сформировалась микенология как самостоятельный раздел истории, изучающий греческое общество "доисторического" периода (XVI–XII веков до н. э.)  --  эпохи, о которой 150–160 лет назад можно было только строить предположения. По научным меркам это очень скромный возраст, так что любое открытие способно существенным образом скорректировать наши представления.
Что касается так называемой "могилы грифона" (так называют погребение воина, потому что среди инвентаря там были найдены фрагменты резной таблички из слоновой кости с двумя изображениями грифонов), то она интересна, во-первых, полнотой изученного комплекса. Многие микенские погребения более позднего времени в силу своей планировки и архитектурного решения оказались более заметными и, стало быть, подвергались разграблению еще в достаточно ранние времена. Это погребение такой участи избежало, и там сохранился практически полностью погребальный инвентарь  --  оружие, доспехи, украшения, посуда.
Во-вторых, это погребение соответствует определенному общественному статусу, о котором мы мало что знаем. Еще Генрих Шлиман изучил микенские захоронения высшей знати  --  царской семьи, как он предполагал. Новая находка позволяет детальнее изучить тех, кто находился на одну-две ступени ниже этого высшего круга лиц  --  это их военная сила, те, кем руководили лавагеты (микенские "воеводы"), кто получал из дворцового хозяйства предметы вооружения, доспехи, колесницы, отчитывался за них, нес службу в гарнизонах на подступах к столице Пилосского царства.
В-третьих, находка довольно ранняя: она датируется ХVI или XV веком до нашей эры, это как минимум за 200 лет до Троянской войны и до гибели микенской цивилизации. Сравнивая это погребение с более поздними памятниками микенского времени, мы наверняка многое узнаем о динамике разнообразных процессов.
В-четвертых, надо учесть, что погребение, судя по имеющимся сообщениям в прессе, содержит антропологический материал хорошей степени сохранности, что открывает заманчивую перспективу для применения разнообразных естественно-научных методов.
Кроме того, сам инвентарь крайне интересен. Один шлем из кабаньих клыков чего стоит! Это своеобразный "фетиш" микенологии. Дело в том, что именно такой шлем неоднократно упоминается в "Илиаде" Гомера,  --  а сколько существует микенология, столько существует проблема отражения микенских реалий в гомеровском эпосе. Нестор правил Пилосом во время и после Троянской войны  --  его царство и события, связанные с ним, упоминаются как в "Илиаде", так и в "Одиссее". Погребение же дает нам сведения о времени много старше Нестора, о чем даже мифы, в общем-то, немногословны".
Статья на сайте журнала Proceedings of the National Academy of Sciences
"Событие, которое принято называть коллапсом на острове Пасхи, нам до сих пор не до конца понятно. Известно было только, что в определенный период люди стали уничтожать статуи и перестали их строить, но когда и почему это произошло, не ясно. Не вполне ясно даже, случилось ли это до контакта с европейцами или после него,  --  это проблема крайней скудости первых описаний. Кроме того, в легендах это описывалось как одномоментный процесс. Однако в этом году было опубликовано исследование, сделанное группой американских и новозеландских ученых. Датировав разные предметы, найденные на острове, они пришли к выводу, что природные ресурсы истощались в разных частях острова в разное время  --  а значит, процесс, в результате которого произошел коллапс, тоже был не одномоментным событием, а происходил постепенно".
Подробнее на сайте The Archaeology News Network
"Очень интересные результаты в этом полевом сезоне были на Кипре, на раскопках Старого Пафоса, которые ведет группа археологов Университета Кипра под руководством доктора Марии Иакову. Там при раскопках дворцового комплекса позднеклассической эпохи (IV в. до н. э.) найден предмет, датируемый намного более ранним временем  --  ванна из известняка XI века до нашей эры, вещь изумительная, хранившаяся в течение столетий в дворцовом хозяйстве и использовавшаяся потомками легендарных царей, правивших Пафосским царством на заре исторической эпохи. Этот небольшой, но яркий штрих наглядно демонстрирует, как на Кипре мягко и плавно шли процессы перехода от поздней бронзы к раннему железному веку, сохранялась царская власть и традиции государственности, восходящие к концу II тысячелетия до н. э."
Новость на сайте ТАСС
"Я слышал об очень интересных результатах раскопок в Смоленске  --  там в этом полевом сезоне удалось, как я понял, напасть на следы раннего городского поселения  --  у них появился наконец культурный слой IX века, то есть синхронный первому упоминанию города в летописях.
Дело в том, что город Смоленск упоминается в летописных известиях довольно рано, но соответствующих археологических данных до сих пор не было. При этом в нескольких километрах от города есть большой Гнездовский курганный комплекс, с захоронениями знати, дружинников и их родственников, и рядом с ним поселения. По имевшимся до недавнего времени археологическим данным, Гнездово возникло раньше Смоленска. Эта проблема породила споры о месте расположения первоначального Смоленска. Такие же вопросы возникают и в других местах, это не единственный случай, когда есть древнерусский город с очень ранним летописным упоминанием и отсутствующим археологическим контекстом  --  и неподалеку от него центр, связанный с дружинной жизнью, обнаруженный археологами: например, Новгород и Рюриково городище, Ростов и Сарское городище, Ярославль и Тимерёво. Считается, что на территории Древней Руси были парные центры, один из которых был связан с дружинниками, а другой  --  с племенными княжениями, союзами племен, которые как-то с дружиной князя взаимодействовали. Находки этого сезона вносят некоторые нюансы в изучение этой проблемы".
Блог Антикитерской экспедиции
"В 1900 году около острова Антикитера нашли корабль, потерпевший крушение в III–II веках до нашей эры. На этом корабле был уникальный и до сих пор непонятный предмет, который стали называть антикитерским механизмом  --  иногда его интерпретируют как первый компьютер. Кроме того, тогда же со дна были подняты 36 статуй. С тех пор корабль никто не исследовал  --  до этого полевого сезона, когда со дня моря был поднят золотой подлокотник, фрагменты керамики и якоря. В 2014 году эти же исследователи впервые картографировали место кораблекрушения. Вероятно, теперь мы сможем что-то узнать о корабле и причинах его крушения".
Статья авторов открытия А. Ю. Виноградова и М. И. Коробова «Готские граффити из мангупской базилики», опубликованная в журнале «Средние века»
"Ощущение события связано у меня с обнаружением и прочтением нескольких надписей на готском языке. Эти надписи были найдены в Крыму, они соседствуют с традиционными греческими эпиграфическими текстами, но выполнены „вульфилицей“, то есть готским алфавитом, изобретенным в свое время епископом Вульфилой (IV век).
Дело в том, что о существовании готского языка в Крыму, куда часть готов переселилась очень давно, мы кое-что знали, но наши знания, в сущности, исчерпывались записями фламандца Бусбека, который в XVI столетии записал некоторые готские слова и выражения, а также фрагмент песни, услышанные им в Константинополе. Теперь же вроде бы появились свидетельства, значительно расширяющие круг наших представлений о бытовании готского языка в Крыму. Доклад о крымско-готских находках прозвучал в декабре на Литавринских чтениях".
"В Крыму найдена надпись на готском языке, относящаяся к средневизантийскому времени. Это молитва. Мы знаем, что у крымских готов была своя епархия, подчинявшаяся Константинополю, но можно было предполагать, что в эту эпоху они служили там уже по-гречески. А вот, оказывается, по-своему, по-готски!"
Статья на сайте журнала Nature
"Геркуланские папирусы были найдены на богатой вилле в римском городе Геркулануме. Они были частью библиотеки, которую собрал, скорее всего, философ-эпикуреец Филодем из Гадары (среди свитков около сорока содержат его сочинения). Но до нас они дошли в карбонизированном виде  --  свитки обуглились во время извержения Везувия в 79 году. Свитки в очень плохом состоянии и при разворачивании чаще всего ломаются или рассыпаются в черную пыль. Развернуть их и прочитать пытаются с XVIII века, так как в них могут быть неизвестные нам литературные и философские тексты. В 2015 году появились первые результаты новой технологии чтения геркуланских папирусов с помощью рентгеновской фазоконтрастной томографии, которая позволяет отличить чернила от папирусного листа. Это настоящая революция в этой области  --  теперь папирусы можно будет изучать без разворачивания и, следовательно, без опасности механического повреждения. Пока, правда, не очень понятно, когда мы сможем что-то прочесть, учитывая, что за год ученые собрали по одной букве греческого алфавита в одном свитке".
Подробнее на сайте Polit.ru
"Мои коллеги в Переяславле только что нашли сенсационную древнерусскую надпись на стене собора, принадлежащую домонгольскому времени. Надпись связана с убийством князя Андрея Боголюбского, и обстоятельства ее появления в храме, судя по всему, чрезвычайно интересны".
"Эта надпись нашлась на южной апсиде собора, построенного в середине XII века. Раньше она была замазана побелкой  --  вероятно, в XIX веке, а может быть, и раньше. В этом году церковь стали реставрировать и расчистили внешние фасады. Таким образом, часть надписей оказалась раскрыта полностью, а часть  --  фрагментами. Нам позвонили знакомые, более или менее случайно, из любви к древностям, приехавшие в Переяславль-Залесский и увидевшие это, и мы поняли, что необходимо приехать. В первый приезд, в октябре, мы увидели только клочки этой большой надписи и несколько других, не выделяющихся на фоне другой древнерусской эпиграфики. Мы вызвали новгородского реставратора Татьяну Федоренко, благодаря которой надпись удалось в значительной степени прочистить. К сожалению, прочитать удалось только половину текста  --  видимо, он долгие века был открыт любой непогоде.
Текст начинается со списка из примерно 20 имен  --  они сохранились не все, три из них были известны ранее. После этого говорится: „Это убийцы великого князя Андрея, да будут прокляты“. Дальше утрата, и текст продолжается со второй колонки: „Месяца июня 29 убит князь Андрей своими паробками“ (паробки  --  это слуги). Это действительно известно по летописи: 29 июня 1174 года холопы Андрея Боголюбского собрались на именины одного из них, а именно Петра, именем которого начинается наша надпись, и, выпимши, пошли убивать князя в его покои в Боголюбове  --  это недалеко от Владимира.  Текст продолжается такими словами: „Ему вечная память, а им вечная мука“,  --  и дальше, к сожалению, опять утрата.
Эта надпись говорит о церковном проклятии, наложенном на убийц после, возможно, их казни  --  их судьба не вполне известна. Это проклятие предположительно было произведено епископом, распространялось на всю Ростово-Суздальскую землю и уцелело на стене одного из храмов, что было для нас совершенной неожиданностью. Других свидетельств такого церковного проклятия мы до сих пор не знали, тем более высеченных на внешней стене церкви, то есть в публичном пространстве города. Кроме того, это одна из самых пространных и одна из самых древних среди довольно точно датированных надписей Ростово-Суздальской земли --  и, наверное, самая пространная среди древнерусских надписей летописного характера".
Подробнее на Arzamas
"Андрей Зализняк на своей ежегодной лекции рассказал о нескольких поправках к старым прочтениям берестяных грамот, в том числе  --  хрестоматийной „От Микиты к Ульянице“, которая оказалась не Ульяницей, а Маланьей  Грамота XIII века содержит текст "Пойди за меня: я тебя хочу, а ты меня". Имя автора Микита хорошо читается, а имя адресата не видно. Грамота была найдена в 1950-е годы, второе имя тогда прочитали как Ульяница, позднее  --  как Анна. В этом году на ежегодной лекции, посвященной берестяным грамотам, найденным в этом году, Андрей Зализняк рассказал, что, видимо, невесту на самом деле звали Маланьей.".
Подробнее на сайте "Генофонд.рф"
"Олег Алексеевич Мудрак  Олег Мудрак  --  лингвист, доктор филологических наук, профессор, ведущий научный сотрудник Института восточных культур и античности РГГУ, специалист в области сравнительно-исторического языкознания., возможно, дешифровал тексты, записанные восточноевропейской руникой, найденные на территории Аварского Аварский каганат  --  государство, существовавшее в VI–IX веках в Паннонии (на территориях современных Венгрии, Австрии, Швейцарии, Словакии, Хорватии, Румынии, Сербии и других государств). и Хазарского каганатов  Хазарский каганат  --  государство, существовавшее в VII–X веках в степях юго-восточной части Европейской России. и датирующиеся VIII–XII веками. Насколько я понимаю, он сравнил восточноевропейскую рунику с другой, с которой у нее совпадает около половины знаков, и, используя чтения совпадающих рун  Руны  --  тип письма, изначально вырезавшегося на каменной поверхности, кости или керамике, для которого используются угловатые символы, пригодные для вырезания., пришел к выводу, что ими записаны тексты на языке, который был предком осетинского. К сожалению, это пока нигде нормально не опубликовано, поэтому еще нет полных выкладок  --  по крайней мере, это повод для обсуждения, хотя довольно многие серьезные ученые настроены гораздо скептичнее, чем я".
Подробнее на сайте Бирмингемского университета
"В Бирмингеме был обнаружен один из наиболее ранних списков Корана. Это манускрипт из коллекции ассирийского ученого Минганы, которого раньше не замечали из-за ошибки в каталогизации. Его уникальность в том, что, согласно радиоуглеродному анализу, пергамент, на котором написан текст Корана, датируется 568–645 годами. То есть он ровесник самого Мухаммеда. Были даже радикалы, по мнению которых этот манускрипт доказывает, что Коран был написан еще до Мухаммеда. На самом деле он скорее доказывает, что Коран восходит напрямую к Мухаммеду,  --  в противовес тем ученым, которые считали Коран творением позднейших халифов. Впрочем, есть и скептики, которые считают, что это палимпсест  --  вторично использованный пергамент".
"За последние месяцы мне пришлось просмотреть сотни следственных дел второй половины XVIII века, связанных с таким преступлением, как убийство. Поразили выносимые приговоры, которые определялись статусом убийцы, однако не зависели от социального положения жертвы. Подобный вывод может показаться неожиданным для устоявшихся представлений о крепостнической России, но за отнятую жизнь соседа-помещика, священника, канцелярского копииста и беглого крестьянина, умершего даже через три дня после побоев, дворянина ожидали примерно одинаковые наказания: конфискация, покаяние в монастыре, ссылка в Сибирь или действующую армию. Страх перед наказанием заставлял помещиков уничтожать следы своих преступлений: тела убитых крестьян топили в омутах, тайно зарывали в землю, сбрасывали в ледник, пытаясь выдать убийство за несчастный случай. Для детального выяснения обстоятельств гибели крепостных создавались специальные следственные комиссии, а в случае необходимости вызывались лекари, выражаясь современным языком, патологоанатомы, и проводилась эксгумация тел.
Особенно удивили судебное дело и приговор по нему, не вызвавшие никакого резонанса в середине XVIII века, но сейчас представляющиеся опровержением низкой стоимости жизни крепостного в России. В 1762 году имущество вахмистра драгунского полка дворянина Петра Жукова было конфисковано, а сам он был разжалован в солдаты. Вина Жукова состояла в том, что у его человека Андрея Матвеева на груди образовалась „болезнь“, которую вахмистр, привычный к лечению ран в походных условиях, попытался сам удалить ланцетом. Операция доморощенного хирурга оказалась неудачной, и, несмотря на все усилия Жукова, крестьянин умер. В приговоре было сказано: „Хотя то от Жукова без намерения к смертному убийству последовало, однако ж смерть оному крестьянину приключилась“.
Вводя неотвратимость одинаковой меры наказания дворянина за любое убийство, власть сама невольно задавала внесословный стандарт отношения к человеческой жизни. Ни в одном деле не встречалось даже намека на возможность смягчения приговора лишь на том основании, что убитый был крепостным крестьянином".
Подробнее на сайте "РБК"
"Для советских историков, конечно, очень важно, что на Украине в этом году рассекретили архивы КГБ,  --  исследователям стали доступны так называемые агентурные и наблюдательные дела. При том, сколько всего в российских архивах остается засекреченным (даже самые невинные вещи), открытие украинского архива будет, конечно, очень полезным".
Подробнее на сайте Министерства обороны (в том числе электронная публикация некоторых документов)
"Российские архивы понемножку тоже что-то рассекречивают. Например, очень здорово, что в этом году Министерство обороны РФ рассекретило документы об освобождении советской армией Освенцима. Поскольку советские военные документы вообще в большинстве своем засекречены, любое рассекречивание, а тем более выкладывание в интернет  --  это событие".
Статья Вячеслава Кулешова о дирхаме с геральдическим знаком княгини Ольги
"Наверное, одна из самых серьезных вещей, о которых я услышал в этом году,  --  это открытие монетного чекана княгини Ольги (это недавние работы нумизматов Романа Ковалева и Вячеслава Кулешова). Раньше древнейшими нашими монетами всегда считались монеты Владимира Святого, а кроме них для раннего времени были известны только монеты его наследников Ярослава Мудрого и Святополка Окаянного. Совсем недавно были выявлены монеты еще одного Владимировича  --  Мстислава, и монеты посадника Ратибора. Но все это был XI век, и только самый конец X века был возможен как датировка для монет Владимира. Была еще свинцовая печать, предположительно принадлежавшая Святославу или Ольге, но никаких монет. А теперь картина сильно меняется: похоже, мы слишком грубо представляли картину появления этих важных институтов".
Сайт проекта
"Я очень рада, что в этом году запустился проект „Прожито“. Это отличное начинание: Миша Мельниченко с коллегами собрали огромную коллекцию советских дневников и сделали из них электронную базу, в которой можно искать по ключевым словам и по датам. Очень удобно, и, главное, точно знаешь, что, в отличие от обычного поиска в интернете, тут все выверено и достоверно.
Коллекция все время продолжает пополняться, так что база становится все более значимой".
"Мне кажется очень важной не только полевая работа антропологов с современностью (то, что делает группа „Мониторинг актуального фольклора“  "Мониторинг актуального фольклора"  --  исследовательская группа Школы актуальных гуманитарных исследований РАНХиГС.), но и транспонирование в цифровой формат накопившейся, разрозненной и разнородной историко-антропологической информации (проект Миши Мельниченко). При этом оказывается, что такое транспонирование позволяет увидеть материал и его внутреннюю связность по-новому. Честно говоря, мне вообще думается, что основным содержанием работы гуманитариев разных направлений в ближайшее время будет именно это: перенос традиции в новую среду с наименьшими потерями и одновременно нащупывание новых возможностей, которые открываются перед нами в цифровом мире. Тут, конечно, стоит назвать и толстовский проект, только что запустивший, скажем, визуализацию персонажной схемы "Войны и мира".
Ну и чтобы уж два раза не вставать: я считаю, что Arzamas  --  тоже часть этого широкого движения, и желаю ему и его авторам и завсегдатаям всяческого процветания в новом году".
Сайт проекта
"Недавно я познакомился с замечательным проектом The Archaeology of Reading, над которым трудятся ученые-филологи и айтишники. Слушал в Кракове доклад руководителя проекта Эрла Хейвенса, профессора Университета Джона Хопкинса в Балтиморе. Коллектив занимается изучением техник и практик чтения в эпоху Ренессанса. Конкретно  --  они исследуют маргиналии, оставленные читателями на книгах. Пока только несколькими, но зато „профессиональными читателями“. Сложная система компьютерной обработки текстов, которую они создали, позволяет исследовать, сопоставлять отдельные пометки, символы и целые корпусы маргиналий как систему чтения, понимания, герменевтики текста".
Сайт проекта
"Из новых сайтов очень значим „Генофонд.рф“  --  полидисциплинарный портал, посвященный этногенезу. Он объединяет специалистов из разных наук, гуманитарных и естественных (генетики, антропологи, лингвисты, историки, археологи, этнологи) с целью представления широкой аудитории современных научных разработок в области этногенеза и популяционной генетики и противодействия ныне популярным псевдонаучным направлениям, таким, например, как так называемая ДНК-генеалогия".
Статья Н. В. Мотрошиловой "Почему опубликование 94–96 томов собрания сочинений М. Хайдеггера стало сенсацией?" ("Вопросы философии", № 1, 2015) на сайте Института философии РАН

"В этом году произошло одно не открытие, а, скорее, событие. Я имею в виду публикацию „Черных тетрадей“  "Черные тетради"  --  34 тетради в черных переплетах, куда немецкий философ Мартин Хайдеггер с 1931 по 1975 год записывал свои замечания и размышления. Время публикации определил сам Хайдеггер, распорядившийся, чтобы все эти тетради были опубликованы в последних томах его собрания сочинений, а до того хранились в секрете. К настоящему времени вышли четыре тома, в которые вошли тексты 1931–1948 годов. Хайдеггера, начавшуюся в 2014-м и продолжившуюся в 2015 году. В этих тетрадях Хайдеггер достаточно откровенно высказывается по еврейскому вопросу, что вновь актуализирует вопрос о нацистских основаниях его философии. А поскольку на философии Хайдеггера зиждется едва ли не вся интеллектуальная мысль XX века, от экзистенциализма до деконструкции, то вопрос этот можно считать очень актуальным. По совпадению буквально год назад на русском языке был опубликован фундаментальный труд „Два тела короля“ немецкого медиевиста Эрнста Канторовича, которого тоже обвиняли в нацизме".
"Буквально сейчас я читаю готовящуюся к печати монографию Елены Гришиной „Русская жестикуляция с лингвистической точки зрения“. Думаю, эта книга  --  очень большое событие: автор открыл и описал буквально еще один русский язык  --  язык нашего тела. Причем речь идет не просто об одиноких жестах типа большого или среднего пальца, которые несут нагрузку сами по себе, заменяя речь, и тем более не о такой самостоятельной семиотической системе, как язык глухонемых, а о жестах, которыми говорящий сопровождает свои слова, часто бессознательно. Составлен (и статистически проверен на корпусном материале) словарь этих знаков и их сочетаний: в каких случаях люди указывают ладонью, в каких  --  пальцем, когда пожимают плечами, когда отшатываются, когда моргают, и что все это значит. Иногда значения у жеста немного, но его контекст достаточно устойчив. Вот вы знали, что когда люди говорят спонтанно, они моргают на ударных слогах, а когда читают стихи  --  в конце строки? Теперь знаете. Конечно, Елена Гришина не первая занимается русскими жестами, надо упомянуть труды Г. Е. Крейдлина и многих других, и все же результаты ошеломляют: это еще один континент, скрытое течение в Босфоре и вторая подземная река под Нилом".
Книга на сайте Harvard University Press

Книга на сайте issuu.com

"Из книг по древнерусской истории наибольшее впечатление произвела на меня книга А. П. Толочко „Очерки начальной Руси“. Предложенная автором идея не столь уж и нова (в свое время ее поддерживал также Омельян Прицак): речь идет о концепции, согласно которой русь (именно так, с маленькой буквы) изначально представляла собой торговое сообщество (торговую компанию) скандинавов на территории Восточной Европы. А. П. Толочко отказывает в доверии летописному повествованию о начальной древнерусской истории в целом, летописной хронологии и реконструкции этапов древнерусского летописания, предложенной А. А. Шахматовым и принятой в основном в современной науке. И его смелость мысли и неподвластность стереотипам не могут оставить равнодушным".
Книга на сайте Publications de la Sorbonne

"Одно из моих сильных читательско-исследовательских впечатлений самого последнего времени  --  книга французского историка Венсана Робера „Время банкетов. Политика и символика поколения (1818–1848)“ (Robert V. Le temps des banquets. Politique et symbolique d’une génération (1818–1848). Paris: Publications de la Sorbonne, 2010). Мне кажется, что эта книга (правда, она вышла не в 2015 году, но я прочла ее только сейчас и потому надеюсь, что будет не очень неуместно здесь о ней рассказать) демонстрирует очень эффективный и перспективный способ исследования истории. Исследование это нельзя причислить только к истории политической, социальной или культурной, оно находится на стыке всех перечисленных и через призму одного, казалось бы, частного явления  --  политических банкетов  --  показывает и политическую культуру, и формы „общежительности“ (как говорили в XIX веке) всей избранной для анализа эпохи.
Политические банкеты  --  явление или, скорее, установление, которое прежде почти не привлекало внимания ученых; обычно историки упоминали только о кампании банкетов 1847 --  начала 1848 года, которая послужила „спусковым крючком“ для революции 1848 года. Между тем выясняется, что политические банкеты (по преимуществу либеральные) в Париже и во всей Франции проходили почти регулярно начиная с 1818 года. Известно о них не так много, поэтому Роберу пришлось собирать сведения по крупицам  --  из прессы, причем как симпатизирующей организаторам банкетов, так и настроенной по отношению к ним сугубо отрицательно, из переписки и мемуаров. Кроме того, ему пришлось расшифровывать непонятную в наши дни, но очевидную для людей XIX века символику банкетов: не только выбор персон, в честь которых устраивается банкет (как правило, либеральных депутатов), но также сумма, которую собирали по подписке с каждого участника, содержание тостов (непременный элемент церемонии) и их порядок или, напротив, их подчеркнутое, почти скандальное отсутствие, выбор и оформление помещения для трапезы и даже меню (о котором, впрочем, источники сообщают особенно скупо)  --  все это оказывается „говорящим“.

            Но этим дело не ограничивается. Робер связывает традицию устройства политических банкетов и с религиозными представлениями (совместное вкушание пищи как своеобразная форма светского причастия), и с экономическими учениями (инициаторы банкетов яростно оспаривали формулу Мальтуса, согласно которой „на пиру (фр. banquet) природы мест для всех не хватит“), и, разумеется, с тем, что сейчас называют „становлением гражданского общества“, и с единением нации. Важна и еще одна деталь: на банкеты порой допускались зрители, и таким образом либеральная буржуазия ставила себя наравне с королевской властью, ибо именно французские короли начиная с Людовика XIV устраивали „большой стол“  --  торжественную трапезу на глазах у зрителей-подданных. Иначе говоря, банкеты становились формой утверждения суверенитета народа в противовес суверенитету короля.
Даже из перечисленного (а сказанное, разумеется, ничуть не исчерпывает содержания 400-страничной книги) ясно, что исследование политических банкетов естественно переходит в исследование политики, экономики и культуры Франции, причем выполненное исходя не из навязанных исследователем категорий, а из политического языка самой эпохи. И такой подход  --  изучение определенного установления и его жизни во времени  --  кажется мне крайне увлекательным. Разумеется, книга о банкетах  --  не единственное сочинение такого рода, вышедшее во Франции в последние годы. Назову из недавних не менее выразительные монографии Эмманюэля Фюрекса „Франция в слезах. Политический траур в романтическую эпоху (1814–1840)“ (2009) или „Век сенаклей. Литературные и художественные сообщества XIX столетия“ двух авторов, Антони Глиноэра и Венсана Лене (2013), а из вышедших раньше  --  блестящее исследование Жерара де Пюимежа „Шовен, солдат-землепашец“ (1993), вышедшее по-русски в моем переводе в 1999 году (мне до сих пор очень приятно, что удалось выпустить эту книгу на русском языке). Принцип везде один и тот же (хотя авторы никак не объединены институционально): читателю предлагается не история отдельных личностей, или отдельных сословий, или государственных учреждений, а история установлений и/или представлений, которые никак не оформлены законодательно и нуждаются в тщательной реконструкции. А через них мы получаем новое и порой неожиданное видение целой эпохи".
Книга на сайте издательства "НЛО"

"В этом году по-русски вышла книжка „Сталинградская битва: свидетельства участников и очевидцев“ (впервые она была издана по-немецки в конце 2012 года). Это очень крутая история: во время Второй мировой войны советские историки подумали, что ведь им когда-нибудь придется писать историю этой войны и у них будут проблемы с источниками, и решили тогда, что надо приступать к сбору свидетельств самостоятельно и сразу. И отправились на фронт разговаривать с солдатами. Из записей этих разговоров предполагалось потом что-то сделать, но опубликовать им после войны ничего не дали  --  оказалось все слишком крамольно, и эти материалы просто лежали в архиве больше 60 лет. А потом их нашел американский историк Йохен Хелльбек и опубликовал часть из них со своими комментариями. Очень увлекательное чтение и очень необычный и производящий большое впечатление источник".
"Символично, что именно в тот момент, когда любое слово о той войне наполняется избыточным официозом, в России появляется книга, в которой звучат живые голоса людей, участвовавших в самом кровопролитном сражении Великой Отечественной войны. Хелльбек, немец из американского университета, выводит на сцену „простых“ людей: военных и гражданских лиц, генералов и рядовых, крупных руководителей и обычных граждан. Их речь не отполирована редакторами: одни не очень хорошо могут выражать свои мысли, другие говорят советскими штампами, третьи бахвалятся своими достижениями. Однако именно это и является основным достоинством книги  --  она буквально дышит эмоциями, надеждами, переживаниями участников войны".
Книга на сайте издательства "НЛО"

"Наконец опубликована книга Клайва Стейплза Льюиса „Избранные работы по истории культуры“, переведенная и составленная Николаем Эппле. Эппле  --  один из самых тщательных и компетентных современных переводчиков с английского и интерпретаторов, наследник традиции Натальи Леонидовны Трауберг. У нас Льюиса знают как автора детской сказки (или взрослой притчи) „Хроники Нарнии“, друга Толкиена, христианского апологета. А Эппле открыл русскоязычному читателю автора, которого в Англии называют „the other Lewis“ („другой Льюис“)  --  ученого, специалиста по литературе Средних веков и Возрождения. Читая этот сборник, словно слышишь внутренний диалог, который вели между собой три ипостаси Льюиса всю жизнь, открываешь, как академические интересы влияли на его писательскую и апологетическую работу".
Книга на сайте издательства Penguin Random House

"В этом году вышла книжка американского журналиста Дэвида Хоффмана, написанная по недавно рассекреченным документам ЦРУ. Это история про то, как в 1979 году советский инженер Адольф Толкачев, имевший доступ к секретам, понял, что ненавидит советский строй, вышел на американское посольство в Москве и предложил им сотрудничество. Дальше он в течение шести лет сообщал американцам данные о суперсекретных разработках, его собирались в какой-нибудь момент тайно вывезти в США. Но в 1985 году сотрудник ЦРУ, который курировал работу Толкачева, был уволен за какие-то хищения. От обиды он перебежал на сторону СССР и сдал им Толкачева, которого в результате арестовали и в 1986 году расстреляли".
"В этом году мы с большим коллективом исследователей закончили перевод огромной кастильской хроники XIII–XIV веков. Надеюсь, через год она выйдет. Для русского читателя, таким образом, открывается один из важнейших средневековых текстов. К настоящему времени представление о „Первой всеобщей хронике“ в мире полностью переосмыслено: например, привычное понятие „Первая всеобщая хроника“ уже практически вышло из употребления  --  потому что это комплекс из двух разных рукописей, отражающих разные пласты этой рукописной традиции, который был произвольно сформирован испанским историком конца XIX  --  первой половины XX века Рамоном Менендесом Пидалем. Теперь принято говорить об „Истории Испании“  --  проекте, который должен был составить дилогию с завершенной „General Estoria“ („Всеобщей историей“) Альфонсо Х Мудрого. Так что при подготовке перевода и комментария мы впервые в России работали в архиве и учли рукописную традицию, а также собрали всю новую литературу по широкому кругу вопросов  --  от лингвистики до истории оружия. Еще одно важное достижение  --  это редкое для России реальное взаимодействие филологов и историков".
Фрагмент книги на сайте InLiberty

"Под конец года Максим Трудолюбов опубликовал книгу „Люди за забором. Власть, собственность и частное пространство в России“. Обычно, когда журналисты и колумнисты издают книги, ожидаешь, что это будет сборник статей. А Трудолюбов написал полноценное исследование на стыке социальной антропологии, политологии, философии, экономики об одном из „проклятых вопросов“  --  отношениях жителей России с собственностью и пространством, о частном и общественном, власти и правосознании. Здесь новизна не столько в теме, сколько в подходе: Трудолюбов следует традициям западных академических стандартов и при этом смотрит глубоко изнутри, из сердцевины. В этом уникальном балансе объективности и личной боли скрыта какая-то квинтэссенция правды".

"В 2015 году я, так сказать, по семейным обстоятельствам почитал кое-какие книги о том, кто такие грудные младенцы и как себя с ними вести. Одна из них, „Как любовь формирует мозг ребенка“ Сью Герхардт, произвела на меня большое впечатление, несмотря на бросающиеся в глаза недостатки перевода. Она не отделяет психологию от физиологии и считает, что границы между телесным и духовным, с точки зрения классической философии, непреодолимой, просто нет. Та область медицины, которая изучает гормоны и эмоции, рассматривает мозг (или психику, что, с ее точки зрения, одно и то же) как сложно регулируемую систему, находящуюся в постоянном взаимодействии с другими системами и в этом взаимодействии формирующуюся.
На этом месте мой мозг атаковали эндорфины, потому что мне внезапно открылся смысл авангардной архитектуры 1960–70-х годов и отчасти Колхаса. Там все тоже про взаимодействующие системы! Модернистская архитектурная теория рассматривает город (и здание) как механизм или организм: он состоит из определенных частей, у каждой части  --  своя функция, и в нем протекают циклические процессы. Слабость этой теории в том, что жизнь сложнее. В частности, на структуру города сильно влияют поведенческие привычки горожан  --  например, есть ли у них привычка полдня каждый день просиживать в уличных кафе, или они вообще пешком по улице не ходят, а только ездят на машине. От этого, понятное дело, зависит, как устроена улица и даже как устроена сетка улиц. Но и структура города влияет на поведенческие привычки жителей  --  влияние идет в обе стороны. В целом, если описывать город как множество взаимосвязанных систем, меняющих друг друга, его можно понять гораздо глубже, чем если смотреть на него как на работающий механизм.
Конечно, это не круто  --  с детским восторгом открывать для себя парадигмы, которые человечество изобрело за двадцать лет до твоего рождения, но меня немного утешает то, что я не один такой. Наши теоретики архитектуры, противники модернизма, до сих пор воюют с Ле Корбюзье и его наивным утопическим урбанизмом, как будто многократно более тонкой, чем у него, структуралистской градостроительной теории на свете не было".
"Лично для меня этот год стал открытием темы памяти как важнейшего измерения в исторических и социальных исследованиях. Я бы робко предположил, что это не только мое личное ощущение, что-то в этом отношении меняется в мире в целом  --  и в России тоже. Авторы, работающие с памятью, с травматической памятью в первую очередь, на глазах становятся главными авторами. Главными по-разному, и это размазано по времени, но мне чудится, через десятилетия самыми важными сегодня будут считаться именно они. Назову только три имени: Алейда Ассман, Тимоти Снайдер, Светлана Алексиевич. И мне чудится, что наша собственная память, российская травматическая память, начинает как-то просыпаться  --  и все ужасы, свидетелями которых мы оказываемся, как-то хитро с этим связаны".
"В каждой области, наверно, есть свои большие и маленькие открытия. Антропологи из Института этнологии и антропологии РАН, например, недавно закончили реконструкцию по черепу облика Н. Н. Миклухо-Маклая. Эта лаборатория работает по методике, основателем которой был М. М. Герасимов. Реконструкции делаются с той же самой целью, с какой Михаил Михайлович в свое время реконструировал внешний облик Ивана Грозного, Ярослава Мудрого или Улугбека. Реконструкция по черепу обладает высокой степенью достоверности, и в этом отношении реконструкция облика Н. Н. Миклухо-Маклая производит, поверьте на слово, неизгладимое впечатление".