
Ученые и верующие придерживаются разных мнений о происхождении Корана  --  священной книги ислама. Для первых это гениальное человеческое творение, для миллионов мусульман  --  слова Бога, услышанные пророком Мухаммадом и записанные его последователями. По словам одного мусульманского богослова, "христиане верят, что Бог стал человеком, а мусульмане верят, что Бог стал книгой".
Коран написан на арабском языке, и во всех мечетях мира его читают только на арабском. Существует множество переводов на разные языки, в том числе несколько переводов на русский, но ни один из них, по мнению мусульманских богословов, не может передать содержание Корана во всей полноте. Неподготовленному читателю даже в переводе Коран вряд ли будет по силам. Книга Михаила Пиотровского, востоковеда, исламоведа и по совместительству директора Эрмитажа, не перевод, а своего рода путеводитель по Корану. С нее стоит начать, чтобы познакомиться со священным писанием мусульман, его повествовательными сюжетами и персонажами, обнаружить удивительные совпадения коранических и библейских историй, а также понять причины возникновения и распространения ислама.

Книга исламоведа Алексея Журавского предназначена тем, кто заинтересовался не столько историей, сколько вероучением и культовой практикой мусульман. Автор останавливается лишь на этих собственно религиозных аспектах ислама, хотя определяет его как "единство религии, культуры, социально-политического устройства и образа жизни". Ислам  --  одна из трех авраамических религий (вместе с христианством и иудаизмом). Все они возводят себя к Аврааму (он же Ибрагим в исламской традиции). Иудеи считают его "отцом всех евреев", христиане  --  своим "отцом по вере", мусульмане  --  пророком и "другом Бога". Подчеркивая общность авраамической традиции, автор переводит слово "Аллах" как "Бог" и показывает тем самым, что Бог  --  один, единственный и у иудеев, и у христиан, и у мусульман, а следовательно  --  общий. Книга построена по проблемно-аналитическому принципу  --  каждая глава посвящена одной из составляющих исламского религиозного комплекса: Корану, основателю ислама Мухаммаду, священному преданию о его жизни Сунне, мусульманскому праву, культу и догматике.

Книгу британского религиоведа Карен Армстронг можно рассматривать как дополнение к книге Алексея Журавского. Вероучительным проблемам в ней уделяется не так много места, зато история, как следует из названия, освещена хоть и кратко, зато в максимально широких хронологических рамках  --  от истоков до начала 2000-х годов. История для мусульман  --  сфера проявления Бога, поэтому призывы отделять религию от политики для них не релевантны. Справедливое общественное устройство  --  это не только политический, но и религиозный идеал. Политическая история равна истории религиозной  --  собственно, об этом книга. Современный ученый, пишущий об исламе, помимо просветительской цели, преследует этическую  --  разоблачение стереотипа "ислам  --  религия террористов". Армстронг предлагает посмотреть на проблему в комплексе, в том числе призывает Запад взять на себя часть ответственности за возникновение экстремистских форм ислама.

Мы живем в эпоху расцвета религиозного туризма: любой желающий, независимо от религиозной принадлежности, может отправиться в паломнический тур к Стене Плача и другим святыням Иерусалима; пройти сотни километров по пути святого Иакова в Сантьяго-де-Компостела; обойти или, как часто практикуют современные паломники, объехать на такси 88 буддийских храмов на японском острове Сикоку. Но остаются и неприступные бастионы: женщинам, независимо от вероисповедания, заказан путь на Афон, а в Мекку, символический центр исламского мира, нет доступа никому, кроме мусульман. Из книги Зегидура, однако, мы узнаем, что кому-то это все же удавалось. В XVI веке в Мекку под видом мусульманина проник итальянский авантюрист Лодовико ди Вартема, в XIX веке его подвиг повторили немец Буркхардт, англичанин Бертон и голландец Снук-Хюргронье. Одни были движимы любопытством, другие, как исламовед Снук-Хюргронье,  --  научным интересом, и все они серьезно рисковали. Неэкстремалам, а также тем, кто не готов ради посещения Мекки принять ислам (такие среди ученых-исламоведов тоже были), остается довольствоваться описанием паломничества  --  хаджа. Книга французского журналиста и политолога алжирского происхождения Слимана Зегидура интересна прежде всего как свидетельство очевидца. Экскурсы в историю главного мусульманского паломничества и одного из пяти столпов ислама  Пять столпов ислама  --  предписания, образующие основу ислама и обязательные для всех мусульман. К пяти столпам ислама относятся шахада (декларация веры), намаз (ежедневная пятикратная молитва), ураза (пост во время месяца Рамадан), закят (налог в пользу бедных) и хадж (паломничество в Мекку). автору удались меньше. Но этот недостаток восполняет подробное предисловие российского исламоведа Владимира Бобровникова с описанием истории хаджа и его ритуалов.

Эта книга, как и предыдущая, посвящена пути  --  но не перемещению в пространстве, а пути как мистическому символу устремленности к Богу. Аннемари Шиммель  --  крупнейший специалист по исламской мистике, суфизму  Вероятнее всего, термин "суфизм" происходит от арабского слова "суф"  --  "шерсть". Шерстяная одежда была атрибутом мусульманских мистиков  --  суфиев.. В основе книги  --  лекции о суфизме, прочитанные Шиммель в Гарвардском университете (текст при этом не перегружен научными терминами).
Писать о суфизме  --  задача не из легких. Суфии объясняют это и многогранностью феномена суфизма, и невыразимостью духовного опыта вербальными средствами: "Когда ты видишь суфия, беседующего с людьми, знай, что внутри он пуст". Тем не менее интерес к суфизму на Западе и история его изучения насчитывают не одну сотню лет. Шиммель описывает историю становления суфизма и его орденов в период их расцвета и упадка, а также анализирует основные проблемы и символы исламского мистицизма.


