Точно неизвестно, кто первым начал сочетать темный грим со специфической лексикой, жестикуляцией и манерой пения, отсылая зрителей к образу "просто так прохожего, парня темнокожего". Джордж Диксон  --  первый артист, построивший карьеру на этом амплуа. Его успех в 1830–40-х как у простого народа, так и у светской публики  --  явление удивительное: уже через несколько десятилетий, когда блэкфейс станет самостоятельным низким жанром, разыгрываемым в салунах и кабаках, в это будет сложно поверить.

С момента зарождения и до самого конца основой менестрель-шоу были игра слов, абсурд, танцевальные номера, грубый "физический" юмор и песни. Однако Диксон  --  в первую очередь выдающийся певец, чье имя связано с песней "Zip Coon"  Coon (от англ. raccoon  --  "енот")  --  презрительное сленговое название темнокожих. Значение слова zip с точностью установить нельзя. и одноименным номером, высмеивающими "свободных негров" американского Севера  --  денди и бонвиванов. Их желание и одновременно неспособность войти в высшее общество стали для Диксона и его последователей источником бесчисленных шуток. Особый комический эффект достигался описанием того, что случится со страной, когда президентом станет тот самый Zip Coon. Слово coon впоследствии стало синонимом расовой карикатуры в принципе. В иллюстрированной американской прессе XIX века недалекие "куны" становились жертвой прогресса (их убивал ток, крушили поезда, травил газ из ламп) и природы (они становились наживкой для крокодилов). Впрочем, одна из теорий гласит, что сам Джордж Диксон, будучи мулатом, только маскировался жженой пробкой и не раз страдал от расистских нападок.

Джим Кроу, сценическое альтер эго Томаса Райса,  --  важнейший персонаж в истории блэкфейса, представляющий большинство темнокожих рабов Юга (Arzamas уже писал о нем в материале "Предыстория попсы"). Райс придумал Кроу, наделив его чертами случайного встречного, бродяги. Джим  --  слуга, не поддающийся обучению, растрепанный, полунищий, но не теряющий врожденного оптимизма. Значение этого образа огромно: даже принятые спустя 30 лет после смерти Райса законы о расовой сегрегации получили неофициальное название "законов Джима Кроу".
Успех Райса и его героя был настолько велик, что он оказался в числе первых менестрелей, посетивших с представлениями Лондон, а также сыграл в нескольких постановках местных театров: навык изображения темнокожих людей пригодился в "Отелло". Газета Boston Post назвала Джима Кроу одним из двух самых известных людей в мире (на первом месте оказалась королева Виктория). Карьеру Райса испортил прогрессирующий паралич, впервые проявившийся в начале 1840-х и уже к концу десятилетия сильно сказывавшийся на движениях и речи артиста. Солидные накопления (в лучшие времена Райс щеголял в пальто с золотыми гинеями вместо пуговиц) были постепенно пропиты, и деньги на похороны "Джима Кроу" собирали с неравнодушной общественности.

Еще одна иллюстрация того, как менестрели связывали черную и белую культуры в США  --  карьера Джоэла Суини. Суини стал первым белым банджоистом, научившись играть на банджо у темнокожих рабов с отцовской фермы. По легенде, он усовершенствовал этот инструмент, заменив тыкву на коробку из-под сыра для лучшей резонации. В 1830-х никому не известный музыкант стал ездить с собственным менестрельским шоу по Вирджинии и окрестным штатам, а уже спустя двенадцать лет предстал со своим банджо перед королевой Викторией. О мастерстве Суини ходили фантастические истории: например, ему приписывали умение играть на банджо ногами, одновременно с этим выводя партии на скрипке и губной гармонике.

Джордж  --  приемный сын легендарного Эдварда Пирса Кристи, исполнителя сентиментальных баллад и крупнейшего воротилы в истории менестрелей. Уже в детстве Джордж проявлял недюжинные способности по части танцев и игры на костях  Кости  --  музыкальный инструмент, сделанный из пары костей или деревяшек; нечто вроде кастанетов или ложек.. Позже он оказался в команде гигантов рынка развлечений Christy Minstrelts, с выступлениями которых связывают формирование четкого канона шоу  В начале первого акта актеры выходят под популярный шлягер, затем рассаживаются на сцене полукругом. В центре оказывается ведущий, или "посредник", и два комических персонажа c музыкальными инструментами  --  братец Тамбо (от слова "тамбурин") и братец Кости. Вторая часть представляет собой попурри из юмористических и песен-ных номеров. Третья  --  сценки из негритянской жизни на плантации, рассказывающие о забавных случаях, происходящих из-за лени и необразованности рабов.. Размах их деятельности позволяет оценить следующая сделка: певец Стивен Фостер продал компании права на эксклюзивное исполнение песни "Old Folks at Home" за 15 тысяч долларов (сегодня эта сумма приблизительно равна 500 тысячам долларов). Довольно быстро Джордж стал самым высокооплачиваемым артистом своего времени, покинул труппу и занялся шоу-бизнесом самостоятельно. 


Уильям Лейн, также известный как Джуба, был первым темнокожим менестрелем и очень талантливым танцором. В одном из самых известных своих номеров Джуба копировал знаменитых артистов того времени, перетанцовывая конкурентов на их же поле. И само его прозвище Джуба произошло от названия его энергичного танца  --  предшественника чечетки. Слава Джубы была яркой, но недолгой: после серии сверхуспешных гастролей по США и Англии критики отвернулись от "варварских плясок" Лейна. По свидетельствам очевидцев, Лейн был вынужден танцевать ради пропитания и в итоге умер от недоедания и усталости. Чарльз Диккенс увековечил его в "Американских записках": "…он танцует, словно у него две левых ноги, две правых ноги, две деревянных ноги, две проволочных ноги, две пружинных ноги  --  всякие ноги и никаких ног,  --  и всё ему нипочем".


В 1860–70-е представления менестрелей уже больше походили на цирковые номера или театр-варьете и все меньше отсылали к реальной жизни на плантации и низовому фольклору. Шоу и билеты стали дороже, количество номеров увеличилось, в труппе стали появляться силачи, карлики, акробаты, гиганты и прочие экстравагантные типажи.
Рост Томаса Дилварда не достигал 90 сантиметров. После Уильяма Лейна он второй темнокожий исполнитель, выступающий с белыми менестрелями. Он обогатил и язык представлений того времени, включив в свои номера элементы африканских танцев, и язык как таковой: ему, например, приписывают авторство выражения hunky-dory ("всё путем"). Несмотря на популярность номеров, Дилвард долгое время скрывал свое происхождение от зрителей. Публике он был известен как "японский Томми": его лицо, как лица белых актеров, скрывала маска, нарисованная жженой пробкой. Даже после победы свободных штатов Севера в Гражданской войне и принятия 13-й поправки к Конституции, запрещающей рабство, многие поклонники менестрелей не были готовы принимать темнокожего актера в его настоящем виде. 


Помимо выдающихся для своего времени роста и веса (192 сантиметра и около ста килограммов), Билли Керсандс выделялся среди других темнокожих менестрелей умением изящно танцевать, не выпуская изо рта несколько бильярдных шаров, а иногда и чашку вместе с блюдцем. Такое шоу идеально попадало под расхожие американские представления о "большеротых"  В широком значении "большеротый" (big-mouthed)  --  это еще и "сплетничающий, разговаривающий без умолку". эфиопах. Билли это следование стереотипам не смущало. "Все деньги я заработал благодаря людям с Юга, белым и цветным, выступая для них. Что бы они ни имели в виду, они всегда принимали и принимают меня так, что я чувствую себя дома",  --  говорил он. 

Лью Докстадер, урожденный Джордж Клэпп, был одним из последних заметных менестрелей Америки: его смерть совпала с упадком жанра как такового. Докстадер успешно сочетал должности солиста и импресарио большой труппы из 40 человек. В начале XX века блэкфейс использовался скорее как дань традиции менестрель-шоу, и сценки, которые разыгрывал Докстадер, не имели ничего общего с имитацией речи и поведения афроамериканцев. Компания Primrose & Dockstader стала своего рода фабрикой звезд блэкфейса: в подчиненных были такие будущие звезды, как крестный отец американской эстрады певец Эл Джонсон (см. ниже) и мастер чечетки, любимец бродвейской публики Харланд Диксон. Однако по-настоящему их карьера сложилась за пределами труппы Лью: в 1910-х менестрели окончательно уступили место водевилям, а сам Докстадер забросил гуталин и алую помаду, переквалифицировавшись в киноактера и комика.


Грузного и обаятельного Пигмита Маркхэма справедливо называют последним черным комиком, носившим блэкфейс: по словам самого артиста, он настолько привык к этой маске, что порой ловил себя на мысли о том, что ему страшно неудобно без нее. В понимании Маркхэма блэкфейс был своего рода клоунским гримом, который делал его не "чернее" или "белее", а смешнее. В 1943 году Маркхэм в последний раз вышел на сцену в макияже, после чего темнокожие поклонники убедительно попросили его завершить эту практику. Отказ от блэкфейса негативно сказался на выступлениях: Маркхэм тушевался на сцене, быстро растерял контакты и с трудом сводил концы с концами. Один из немногих выходцев из погибающей индустрии менестрелей, Маркхэм все же смог пробить дорогу к экрану. С конца 1930-х годов он участвовал в малобюджетных фильмах, снятых афроамериканцами для афроамериканцев, а в 1960-е неожиданно снова стал популярен. В образе судьи он стал появляться в "Шоу Эда Салливана" и других телешоу, а его анахроничные шутки выпустили на двух десятках пластинок.
Из всех артистов, когда-либо носивших темный грим, Эл Джолсон достиг наибольшего успеха, воплотив идеал американской мечты. Эмигрант из глухого литовского местечка, сын раввина, не знающий даты своего рождения, на протяжении нескольких десятилетий он был самым известным артистом США. "Эрнест, вам не кажется, что Христу далеко до Эла Джолсона?"  --  приводит Хэмингуэй слова Зельды Фицджеральд, жены Фрэнсиса Скотта Фицджеральда. И так думали многие. Самая известная роль Джолсона  --  Яша Рабинович из фильма "Певец джаза", первой ласточки эры звукового кино. Скрывающий свое еврейское происхождение, Рабинович мажет лицо гуталином, чтобы исполнять джазовые песни. Другая знаменитая роль Джолсона  --  Эл Фуллер из "Мэмми" (1930), эта роль отчасти автобиографична и отражает доголливудскую карьеру менестреля. Фильм исполнен ностальгии по американскому Югу и показывает настроения поздних менестрель-шоу, оплакивающих утраченный статус-кво.
