Ричард III оказался на английском троне в результате одного из многочисленных государственных переворотов и военных конфликтов, которые продолжались в Англии с середины XV века. По большей части они были связаны с претензиями на престол представителей двух ветвей династии Плантагенетов  --  Ланкастеров и Йорков (в XIX веке этот неспокойный период стали называть Войной Роз). В 1483 году скончался Эдуард IV, король из Йорков, и трон перешел к его двенадцатилетнему сыну Эдуарду V. Регентом стал младший брат Эдуарда IV Ричард, герцог Глостер. После чего случилась удивительная вещь: брак покойного Эдуарда IV признали недействительным, а его детей, включая Эдуарда V,  --  незаконнорожденными, то есть не имеющими прав на трон. Герцог Глостер был коронован под именем Ричарда III, а два его юных племянника, в том числе бывший Эдуард V, исчезли.
К тому времени никаких Ланкастеров, которые могли претендовать на престол, уже не оставалось, и, казалось бы, Ричард III должен был остаться на троне. Но война продолжилась: противники Ричарда объединились вокруг Генриха Тюдора, дальнего родственника Ланкастеров, который тогда находился во Франции. Серьезных прав на престол у Генриха не было, но в случае своей победы он пообещал жениться на дочери Эдуарда IV и таким образом объединить дома Йорков и Ланкастеров. Многим это показалось достаточно убедительным.
Хроники рассказывают, что в 1485 году (то есть через два года после воцарения Ричарда III) Генрих Тюдор с армией высадился в Уэльсе и отправился в сторону Лондона; Ричард выступил из Ноттингема и пошел ему наперерез. Их пути пересеклись недалеко от города Лестер, на Босвортском поле. 22 августа состоялось сражение, в котором Ричард попытался собственными руками справиться с противником, но сам был убит его людьми. Так он оказался последним английским королем из династии Плантагенетов.
Покойника раздели, бросили на круп лошади и привезли обратно в Лестер. Там его положили на всеобщее обозрение в городском соборе  --  чтобы все убедились, что король действительно мертв,  --  а 25 августа там же, в Лестере, и похоронили, в алтарной части церкви францисканского монастыря.
В исторических сочинениях Ричард III описывался как страшный злодей и убийца. Апофеоза этот образ достиг в одноименной трагедии Шекспира: там король предстает уродом (хромым и сухоруким горбуном и карликом) и убийцей двух своих племянников, собственной жены, короля Генриха VI, его сына и многих других, в том числе ни в чем неповинных, людей.
1 / 5Эдвин Бут в роли Ричарда III. Гравюра Генри Линтона. Англия, 1872 годFolger Shakespeare Library2 / 5Томас Кобэм в роли Ричарда III. Англия, 1827 годFolger Shakespeare Library3 / 5Эдмунд Кин в роли Ричарда III. Гравюра Джорджа Крукшенка. Первая треть XIX векаFolger Shakespeare Library4 / 5Джеймс Холлоуэй в роли Ричарда III. Англия, середина XIX векаFolger Shakespeare Library5 / 5Ричард Мэнсфилд в роли Ричарда III. Англия, 1889 годFolger Shakespeare Library
Именно таким Ричард и остался в памяти потомков  --  не в последнюю очередь благодаря убедительности шекспировского образа. Но сравнительно недавно историки стали задумываться о его достоверности. Выяснилось, что злодейства короля не подтверждаются источниками, зато истории о них были очень выгодны новой династии Тюдоров: после того как Ричард был убит, Генрих Тюдор стал королем Генрихом VII, основателем династии, которая продержалась на троне еще 118 лет; между тем права Генриха на власть (а значит, и права его потомков) были не вполне очевидны, и рассказы о злодействах Ричарда легитимировали свержение тирана.
Видимо, все это вместе сделало Ричарда знаковой фигурой для английской культуры: он и воплощение злодейства, и вероятная жертва клеветы, и монарх, чья смерть ознаменовала завершение одного периода британской истории и начало другого.
В 1924 году несколько историков-любителей основали Общество Ричарда III, целью которого было восстановление репутации короля. В 1984 году британский телеканал ITV организовал судебный процесс, чтобы установить, мог ли Ричард III быть убийцей своих племянников. Выслушав историков, экспертов, защитников и обвинителей, коллегия присяжных вынесла вердикт "не виновен".
Интерес к фигуре Ричарда подогревали и окружавшие ее тайны, в том числе тайна его захоронения. Дело в том, что в 1530-е годы король Генрих VIII конфисковал земли монастырей Англии, Уэльса и Ирландии, включая земли францисканского монастыря Лестера. Монастырские земли перешли в частные руки, а постройки, в том числе церковь с могилой Ричарда, снесли. В 1611 году картограф и историк Джон Спид пересказал в своей книге "История Великобритании" слух о том, что во время конфискации могилу разрушили, а тело выбросили в реку. Правда, уже в 1612 году будущий декан Виндзора Кристофер Рен записал в дневнике, что видел колонну с надписью "Здесь покоится тело Ричарда III, некогда короля Англии". И это опровергало слух, записанный Спидом.
В XX веке вышло несколько книг и статей, авторы которых утверждали, что история об эксгумации тела короля  --  миф. Мысль о том, что могилу можно найти, увлекла секретаря шотландского отделения Общества Ричарда III, сценариста Филиппу Лэнгли. Именно она уговорила городской совет Лестера разрешить раскопки, а Лестерский университет  --  их провести. Она же попросила Тури Кинг провести анализ ДНК короля  --  если в конце концов его останки будут найдены. Все понимали, что найти Ричарда вряд ли удастся, но францисканский монастырь сам по себе представлял для археологов большой интерес, а другая возможность покопать в центре Лестера вряд ли представилась бы.
Тогда Ричард Бакли собрал команду специалистов из самых разных областей  --  помимо археологов и генетика в ней были остеоархеолог, судмедэксперт, генеалог и другие ученые. Археологи выделили пять задач и оценили их реалистичность. Получилась такая картина: 
1. Найти монастырь  --  реалистичная задача.

2. Определить, в какой части монастыря ведутся раскопки  --  вполне реалистичная задача.

3. Найти церковь  --  реалистичная задача.

4. Найти алтарную часть церкви  --  шансы ничтожно малы.

5. Найти останки Ричарда III  --  нереалистично.
Поскольку денег было немного, а копать в городе  --  дело сложное и дорогое, для начала решили попробовать за две-три недели найти монастырь, а в случае удачи уже на следующий год взяться за поиски церкви. Но где начинать раскопки? На рубеже XVI–XVII веков земли, конфискованные у францисканцев, купил мэр Лестера Роберт Геррик и разбил на них сады. Сопоставив карту 1741 года, на которой были отмечены дом и сады Роберта Геррика, с современной картой, ученые выяснили, что монастырь был там, где сейчас находятся административные здания совета графства Лестершир с двумя парковками. Копать, разумеется, можно было только под парковками,  --  а это всего 17% от всей территории монастыря. Разглядеть контуры стен с помощью георадара не удалось, но зато это позволило определить, где проложены коммуникации,  --  и там начинать точно не стоило. Оставалось надеяться на удачу: было понятно, что, если церковь окажется под одним из современных строений, снести его ради продолжения раскопок вряд ли удастся. Но у археологов была подсказка. Большинство средневековых францисканских монастырей устроены схожим образом: это базилики, вытянутые с запада на восток. Поэтому больше всего шансов наткнуться на церковную стену будет, если копать траншеи с севера на юг.
25 августа 2012 года археологи начали прокапывать первую траншею на парковке в Лестере. Через 6 часов 34 минуты примерно в пяти метрах от северного конца траншеи в земле показалась кость правой ноги человека. В монастырях часто хоронили людей, и всем было очевидно, что скелетов будет много  Чтобы эксгумировать человеческие останки, требуется разрешение Министерства юстиции. Получить такое разрешение на бесконечное число скелетов было невозможно, и участники экспедиции решили попросить разрешение на эксгумацию останков шести человек. Однако захоронений на территории монастыря могло быть гораздо больше. Ученые решили сначала зачистить все найденные кости и осмотреть их, не извлекая из земли, а затем выбрать шесть скелетов, у которых были максимальные шансы оказаться останками Ричарда III (мужчин около 30 лет со следами смертельных ранений и, если уж совсем повезет, с искривлением позвоночника).. Прощупав землю вокруг кости, археолог Мэтью Морис убедился, что, скорее всего, это целый скелет, а не отдельно лежащая кость. Установить, в какой части монастыря находится найденный скелет, было невозможно, и его решили оставить в земле, чтобы раньше времени не подвергать воздействию дождя, солнца и ветра.
Через несколько дней археологи нашли две скамьи, стоящие в паре метров друг напротив друга. Такие скамьи могли находиться там, где люди собирались, чтобы что-то обсудить,  --  то есть в помещении для собраний капитула. Обычно оно прилегало к восточной стороне монастырского двора, а церковь  --  к западной. После этого нашли церковную стену, и тогда стало ясно, что обнаруженные в первый день останки лежат в восточной (а значит, алтарной) половине храма. Все остальные скелеты, найденные к тому моменту, оказались женскими.
Остеоархеолог Джо Эпплби взялась за останки, найденные в первый день раскопок. Через некоторое время она сказала, что, похоже, это молодой мужчина и на его скелете есть следы ран, но радоваться рано  --  мало ли, может, это монах, с которым произошел какой-то несчастный случай. Эпплби медленно продвигалась от ног к голове, постепенно расчищая позвоночник  --  и вдруг поняла, что он изгибается. В этот момент, по ее словам, волосы у нее встали дыбом.
На скелете были следы 11 ран. Захоронение было очень необычным: во-первых, могила была в форме ванны, а не параллелепипеда, как обычно; во-вторых, руки скелета были сложены на правом боку, а голова наклонена. Впрочем, это было достаточно легко объяснить, предположив, что скелет принадлежал Ричарду. Первые два дня его тело пролежало в Лестерском соборе и только затем было захоронено в монастыре. За это время оно должно было обмякнуть  --  то есть люди, которые его переносили, вполне могли связать руки и ноги, просто чтобы им было легче его нести,  --  и начать разлагаться,  --  а значит, вполне возможно, что могилу рыли наспех, не выравнивая углы, и сделали слишком маленькой, так что голову пришлось немного склонить к груди. 
Доктор Тури Кинг говорит, что в 90 миллиметрах от ног и в двух сантиметрах от головы скелета заканчивался фундамент здания, построенного в викторианскую эпоху, в XIX веке. Если бы строители копали чуть энергичнее, скорее всего, кости в глинистой почве они приняли бы за камни. И тогда скелет никогда бы не нашли.
В первую очередь необходимо было как можно точнее датировать смерть найденного человека  --  и сравнить дату с датой смерти Ричарда III. Это делается с помощью радиоуглеродного анализа. В атмосфере один атом углерода из триллиона содержит два лишних нейтрона  --  такие атомы нестабильны и называются углерод-14 или радиоуглерод. В живых организмах концентрация радиоуглерода такая же, как в атмосфере, но когда организм умирает, углеродный обмен в нем прекращается. Углерод-14 постепенно распадается, и его концентрация уменьшается. Таким образом, если взять фрагмент кости человека, выделить углерод и определить соотношение стабильных и нестабильных атомов, можно примерно определить, когда этот человек скончался. Фрагменты костей, найденных в церкви аббатства, отправили в две независимые лаборатории, которые занимаются радиоуглеродным анализом. Обе они показали примерно вторую четверть XV века. Но Ричард III умер позднее  --  в 1485 году.
Разобраться помогло еще одно исследование  --  анализ стабильных изотопов. Дело в том, что соотношение изотопов разных химических веществ в костях и зубах человека может рассказать о том, как он питался. Человек, останки которого археологи нашли в монастыре, ел много рыбы и морепродуктов. В океане и в морских организмах концентрация углерода-14 иная, чем в атмосфере, и это может повлиять на датировку смерти: период, когда мог скончаться обладатель такого скелета, шире, чем кажется при обычном радиоуглеродном анализе. Приняв во внимание это обстоятельство, ученые получили время между 1450 и 1540 годом. Как раз в этот промежуток король и погиб.
Еще один способ идентификации останков  --  с помощью анализа ДНК, и именно на этом специализируется доктор Кинг. Основная часть нашей ДНК  --  сложнейшая и случайным образом формирующаяся смесь ДНК всех наших предков. Но два фрагмента переходят от поколения к поколению целиком, сохраняя последовательность нуклеотидов: это митохондриальная ДНК и Y-хромосома. Митохондриальная ДНК передается детям только от матери (хотя есть и у мужчин, в том числе у Ричарда III). Y-хромосома  --  это хромосома, в которой находится ген, определяющий мужской пол. Она есть только у мужчин и передается по мужской линии, практически не меняясь от поколения к поколению. У Ричарда III митохондриальная ДНК должна была совпадать с митохондриальной ДНК его матери и всех людей, связанных с ней по женской линии, а Y-хромосома  --  с Y-хромосомой всех мужчин, которые связаны с ним по мужской линии. Значит, нужно было сравнить эти фрагменты его ДНК с ДНК его подходящих потомков.
Прямых потомков (по крайней мере, известных) у Ричарда III не осталось: его единственный сын Эдуард умер в возрасте десяти лет. Зато людей, происходящих от ближайших родственников Ричарда III, по разным расчетам, сегодня живет от 1 до 17 миллионов. Впрочем, далеко не все они подходят: если нарисовать генеалогическое древо Ричарда, брать ДНК можно у людей, которых с ним соединяют только мужчины или только женщины,  --  зато двигаться по древу можно в любых направлениях, в том числе вверх.
Митохондриальную ДНК Ричард III получил от своей матери Сесилии Невилл. Женская линия от нее шла через старшую сестру Ричарда III Анну Йоркскую, и еще в 2003 году историк Джон Эшдаун-Хилл нашел канадскую журналистку Джой Ибсен, связанную с ней по женской линии. Миссис Ибсен умерла в 2008 году, но у нее остались трое детей, и один из них, Майкл Ибсен, согласился дать образец своей ДНК.
Профессор Лестерского университета Кевин Шюрер проследил еще одну женскую линию, идущую от Сесилии Невилл, и нашел женщину по имени Вэнди Далдиг, четырнадцатиюродную сестру Майкла Ибсена. Она понятия не имела о своей связи с королевской семьей и приняла звонок Тури Кинг за розыгрыш. 
Y-хромосому Ричард III получил от своего прадеда Эдмунда Лэнгли. У Эдмунда Лэнгли была та же Y-хромосома, что и у его брата Джона Гонта. Таким образом, у всех потомков Джона Гонта по мужской линии должна быть та же Y-хромосома, что и у Ричарда III. Шюрер нашел пятерых живущих потомков Джона Гонта, связанных с ним только через мужчин. Все они происходили от Генри Сомерсета  --  потомка Джона Гонта, жившего во второй половине XVIII века,  --  но не приходились друг другу близкими родственниками. С ними тоже связались и взяли пробы ДНК.
Наконец были получены результаты. Ни у одного из пяти родственников Ричарда по мужской линии Y-хромосома не совпала с Y-хромосомой скелета. При этом у четверых она была одинаковой (то есть друг другу родственниками по мужской линии они все-таки приходились), а у пятого  --  другой. Впрочем, этому довольно легко найти объяснение: Y-хромосому каждый человек получает от своего биологического отца, а не от законного мужа своей матери  --  а о том, что какой-то ребенок родился вне брака, часто не сохраняется никаких свидетельств. Зато митохондриальная ДНК Майкла Ибсена и Вэнди Далдиг полностью совпала с митохондриальной ДНК скелета, найденного в Лестере.
1 / 3Скелет Ричарда III© University of Leicester / Getty Images2 / 3Череп Ричарда III© University of Leicester / Getty Images3 / 3Фрагмент кости со следами ранения© University of Leicester
Итак, археологи нашли скелет в соборе францисканского монастыря, где, согласно письменным свидетельствам, был похоронен Ричард III. Как выяснилось, скелет этот принадлежал мужчине, скончавшемуся примерно в том же возрасте и примерно в то же время, что и Ричард III. Это был человек высокого социального статуса (он был похоронен в алтарной части монастырского храма). Перед смертью он получил множество ранений, в том числе смертельных. Как и Ричард, он страдал сколиозом. Наконец, генетический код в его митохондриальной ДНК совпал с генетическим кодом в митохондриальной ДНК двух людей, связанных с Ричардом III по женской линии. Но могло ли все это быть чудесным совпадением? Конечно. Исследователи даже рассчитали его вероятность  --  она равна 0,00000015.

Тури Кинг  --  PhD, генетик, археолог и антрополог, преподаватель Лестерского университета. В 2016 году стала почетным членом Британской научной ассоциации. Занимаясь в Кембридже физической антропологией, узнала о генетической идентификации останков Николая II и заинтересовалась генетикой. После этого переехала в Лестер, поскольку именно там работал генетик Алек Джефферис, придумавший так называемую технику генетической дактилоскопии, то есть идентификации организмов с помощью уникальной последовательности нуклеотидов в их ДНК. В 2008 году ее диссертация получила приз Школы биологических наук Кембриджского университета.