15 июля 1099 года произошло одно из ключевых событий мероприятия, которое позже станет известно как Первый крестовый поход: войска крестоносцев после успешной осады взяли Иерусалим и принялись истреблять его обитателей. Большинство выживших в этом сражении крестоносцев вернулись домой. Те, кто остался, образовали на Ближнем Востоке четыре государства  --  графство Эдесское, княжество Антиохии, графство Триполи и Иерусалимское королевство. Впоследствии против мусульман Ближнего Востока и Северной Африки были отправлены еще восемь экспедиций. Следующие два столетия поток крестоносцев в Святую землю был более или менее регулярным. Впрочем, многие из них на Ближнем Востоке не задерживались, и государства крестоносцев испытывали постоянную нехватку в защитниках.
В 1144 году пало графство Эдесское, и целью Второго крестового похода стало возвращение Эдессы. Но в ходе экспедиции планы поменялись  --  крестоносцы решили напасть на Дамаск. Осада города провалилась, поход ничем не окончился. В 1187 году Саладин, султан Египта и Сирии, взял Иерусалим и многие другие города Иерусалимского королевства, включая самый богатый из них  --  Акру (современный Акко в Израиле). Во время Tретьего крестового похода (1189–1192), который возглавил король Англии Ричард Львиное Сердце, Акра была возвращена. Оставалось вернуть Иерусалим. В то время считалось, что ключи от Иерусалима находятся в Египте и поэтому начать завоевание следует с него. Эту цель преследовали участники Четвертого, Пятого и Седьмого походов. Во время Четвертого крестового похода был завоеван христианский Константинополь, во время Шестого вернули Иерусалим  --  но ненадолго. Поход за походом оканчивался неудачно, а желание европейцев в них участвовать слабело. В 1268 году пало княжество Антиохии, в 1289-м  --  графство Триполи, в 1291-м  --  столица Иерусалимского королевства Акра.
До Первого крестового похода ведение многих войн могло одобряться церковью, но ни одна из них не называлась священной: даже если война считалась справедливой, участие в ней вредило спасению души. Так, когда в 1066 году в битве при Гастингсе норманны разбили армию последнего англосаксонского короля Гарольда II, норманнские же епископы наложили на них епитимью. Теперь же участие в войне не только не считалось грехом, но позволяло искупить прошлые прегрешения, а смерть в бою практически гарантировала спасение души и обеспечивала место в раю.
Это новое отношение к войне демонстрирует история монашеского ордена, возникшего вскоре после окончания Первого крестового похода. Сначала главной обязанностью тамплиеров  --  не просто монахов, но монахов-рыцарей  --  была защита христианских паломников, отправившихся в Святую землю, от разбойников. Однако очень быстро их функции расширились: они стали защищать не только паломников, но и само Иерусалимское королевство. Тамплиерам перешло множество замков в Святой земле; благодаря щедрым дарам сторонников Крестовых походов из Западной Европы, им хватало средств, чтобы поддерживать их в хорошем состоянии. Как и другие монахи, тамплиеры приняли обет целомудрия, бедности и послушания, но, в отличие от членов других монашеских орденов, служили Богу, убивая врагов.
Долгое время считалось, что главной причиной участия в Крестовых походах была жажда наживы: якобы так младшие братья, обделенные наследством, поправляли свое положение за счет сказочных богатств Востока. Современные историки отвергают эту теорию. Во-первых, среди крестоносцев было немало богатых людей, которые покидали свои владения на долгие годы. Во-вторых, участие в Крестовых походах стоило довольно дорого, а прибыли почти никогда не приносило. Затраты соответствовали статусу участника. Так, рыцарь должен был полностью экипировать и себя, и своих спутников и слуг, а также кормить их во время всего пути туда и обратно. Бедняки надеялись на возможность подработать в походе, а также на подаяния более обеспеченных крестоносцев и, конечно, на добычу. Награбленное в крупном сражении или после успешной осады быстро тратилось на провизию и другие необходимые вещи.
Историки подсчитали, что рыцарь, собравшийся в Первый крестовый поход, должен был собрать сумму, равную своим доходам за четыре года, и в сборе этих средств часто принимала участие вся семья. Приходилось закладывать, а иногда даже продавать свои владения. Например, Готфрид Бульонский, один из лидеров Первого крестового похода, был вынужден заложить родовое гнездо  --  Бульонский замок.
Большинство выживших крестоносцев возвращались домой с пустыми руками, если, конечно, не считать реликвий из Святой земли, которые они потом дарили местным церквям. Однако участие в Крестовых походах сильно поднимало престиж всей семьи и даже ее следующих поколений. Вернувшийся домой крестоносец-холостяк мог рассчитывать на выгодную партию, и в некоторых случаях это позволяло подправить расшатавшееся финансовое положение.
Подсчитать, сколько всего крестоносцев погибло в походах, сложно: известны судьбы совсем немногих участников. Например, из спутников Конрада III, короля Германии и предводителя Второго крестового похода, больше трети не вернулись домой. Умирали не только в бою или впоследствии от полученных ран, но и от болезней и голода. Во время Первого крестового похода нехватка провизии была столь серьезной, что дело дошло до каннибализма. Королям тоже приходилось нелегко. Например, император Священной Римской империи Фридрих Барбаросса утонул в реке, Ричард Львиное Сердце и король Франции Филипп II Август еле пережили тяжелую болезнь (судя по всему, разновидность цинги), от которой выпадали волосы и ногти. У другого французского короля, Людовика IX Святого, во время Седьмого крестового похода была такая сильная дизентерия, что ему пришлось вырезать сиденье штанов. А во время Восьмого похода сам Людовик и один из его сыновей умерли.
Настольные игры, в которые почти всегда играли на деньги, в Средние века были одним из главных развлечений как аристократов, так и простолюдинов. Крестоносцы и поселенцы государств крестоносцев не были исключением: играли в кости, шахматы, нарды и мельницу (логическую игру для двух игроков). Как сообщает автор одной из хроник Вильгельм Тирский, король Балдуин III Иерусалимский любил играть в кости больше, чем приличествует королевской чести. Тот же Вильгельм обвинял Раймунда, князя Антиохии, и Жослена II, графа Эдессы, в том, что во время осады замка Шайзар в 1138 году они только и делали, что играли в кости, оставив своего союзника, византийского императора Иоанна II, воевать одного,  --  и в итоге Шайзар взять не удалось. Последствия игр могли быть и куда более серьезными. Во время осады Антиохии в 1097–1098 годах двое крестоносцев, мужчина и женщина, заигрались в кости. Воспользовавшись этим, турки совершили неожиданную вылазку из города и забрали обоих в плен. Отрубленные головы несчастных игроков потом перебросили через стену в лагерь крестоносцев.
Но игры считались небогоугодным делом  --  особенно когда речь шла о священной войне. Король Англии Генрих II, собравшись в Крестовый поход (в результате он в нем так и не принял участия), запретил крестоносцам ругаться, носить дорогую одежду, предаваться чревоугодию и играть в кости (кроме того, он запретил женщинам участвовать в походах, за исключением прачек). Его сын, Ричард Львиное Сердце, также считал, что игры могут помешать успешному исходу экспедиции, поэтому установил строгие правила: никто не имел права проиграть больше 20 шиллингов за день. Правда, королей это не касалось, а простолюдины должны были получить специальное разрешение на право играть. Правила, ограничивавшие игры, были и у членов монашеских орденов  --  тамплиеров и госпитальеров. Тамплиеры могли играть только в мельницу и только ради удовольствия, а не на деньги. Госпитальерам было строго запрещено играть в кости  --  "даже на Рождество" (видимо, некоторые использовали этот праздник как предлог, чтобы расслабиться).
Уже с самого начала своих военных экспедиций крестоносцы нападали не только на мусульман и вели сражения не только на Ближнем Востоке. Первый поход начался с массовых избиений евреев на севере Франции и в Германии: одних просто убивали, другим предлагали на выбор смерть или обращение в христианство (многие предпочли самоубийство, чем гибель от рук крестоносцев). Это не противоречило идее Крестовых походов  --  большинство крестоносцев не понимали, почему они должны сражаться против одних неверных (мусульман), а других неверных щадить. Насилие против евреев сопровождало и другие Крестовые походы. Например, во время подготовки к третьему погромы произошли в нескольких городах Англии  --  только в Йорке погибло более 150 евреев.
С середины XII века папы начали объявлять Крестовые походы не только против мусульман, но и против язычников, еретиков, православных и даже католиков. Например, так называемые Альбигойские крестовые походы на юго-западе современной Франции были направлены против катаров  --  секты, не признававшей Католическую церковь. За катаров вступились их соседи-католики  --  они в основном и воевали с крестоносцами. Так, в 1213 году в битве с крестоносцами погиб король Арагона Педро II, получивший прозвище Католик за успехи в борьбе против мусульман. А в "политических" Крестовых походах на Сицилии и юге Италии врагами крестоносцев с самого начала были католики: папа обвинил их в том, что они ведут себя "хуже неверных", потому что не подчиняются его приказам.
Император Священной Римской империи Фридрих II дал обет принять участие в Крестовом походе, но исполнять его не торопился. В 1227 году он наконец-то отплыл в Святую землю, но серьезно заболел и повернул обратно. За нарушение обета папа римский Григорий IX тут же отлучил его от церкви. И даже через год, когда Фридрих снова сел на корабль, папа не отменил наказание. В это время на Ближнем Востоке шли междоусобные войны, начавшиеся после смерти Саладина. Его племянник аль-Камиль вступил в переговоры с Фридрихом, надеясь, что тот поможет ему в борьбе с братом аль-Муаззамом. Но когда Фридрих наконец поправился и снова отплыл в Святую землю, аль-Муаззам умер  --  и помощь аль-Камилю была больше не нужна. Тем не менее Фридриху удалось убедить аль-Камиля вернуть христианам Иерусалим. У мусульман оставалась Храмовая гора с исламскими святынями  --  "Куполом скалы" и мечетью аль-Акса. Этот договор был достигнут отчасти благодаря тому, что Фридрих и аль-Камиль говорили на одном языке  --  как в буквальном, так и в переносном смысле слова. Фридрих вырос на Сицилии, большая часть населения которой была арабоговорящей, говорил по-арабски сам и интересовался арабской наукой. В переписке с аль-Камилем Фридрих задавал ему вопросы по философии, геометрии и математике. Возвращение Иерусалима христианам путем тайных переговоров с "неверными", а не открытого боя, да и еще отлученным от церкви крестоносцем, многим казалось подозрительным. Когда Фридрих из Иерусалима приехал в Акру, его закидали потрохами.