Кое-что по теме от Виктора Шендеровича.                      

********
А эту сценку я наблюдал через год после тех президентских выборов. За соседним столиком тяжело напивались люди, будто вышедшие живьем из анекдота про новых русских: бычьи шеи, золотые цепи… Они приехали в Москву из Вологды — «решать вопросы». Вопросы решались тяжело; опознав, братки призвали меня к ответу за всё и велели сказать, когда в России закончится бардак и прекратится коррупция.
Тут меня одолело любопытство.
— Простите, — спросил я, — а вы за кого голосовали?
Выяснилось: двое из пяти «быков» голосовали за Ельцина, двое за Жириновского, а один — вообще за Зюганова. И, проголосовавши таким образом, они с чистой совестью напивались в ожидании, когда прекратятся бардак и коррупция.
Объект надежды
А мой приятель и коллега Михаил Шевелев, отголосовав тем летом, направился за социологическим прогнозом в родные гаражи. Владельцы «Жигулей» и «Фольксвагенов», хозяева новых БМВ и водилы старых ЗИЛов — вся Россия в одной кубатуре…
В гараже было уже накрыто, нарезано на капоте, «нолито» и даже частично выпито; разговор о минувшем волеизъявлении велся на соответствующих градусах. Над капотами летали обрывки русской социологии: «а ты за кого?», «ну и козел», «а твой не козел?». Михаил включился в процесс обсуждения и стал догонять.
Через какое-то время живых в гараже почти не осталось (праздник есть праздник). Электорат почти в полном составе отдыхал вдоль стен, пережидая победу демократии. Над стаканами, последними из могикан, сидели двое — водитель КамАЗа и мой друг Шевелев, уже почти догнавший.
Судьбы России были теперь в их руках.
— Нет, — мрачно сказал вдруг водила, продолжая разговор, долгое время шедший в нем самом, — надо было вам их вешать, в девяносто первом!
— Кого? — уточнил мой друг Шевелев.
— Коммунистов, — прямо ответил человек.
Михаил немного задумался, связывая местоимения, а потом уточнил снова: мол, вешать не вешать — открытый вопрос, но почему — «вам»? Кому «вам»?
Работяга немного засмущался.
— Миш, — сказал он наконец. — Ты же знаешь: я не по этой части… Но ведь ты же — еврей?
— Ну, — согласился мой друг Шевелев. — Еврей! Но почему — нам их вешать? Почему не вам ?
Водилу этот вопрос озадачил. Он огляделся. Электорат тихой биомассой по-прежнему лежал вдоль стен.
— Посмотри, — сказал водитель КамАЗа. — Ну? Можно иметь дело с этим народом?
И, помолчав, добавил твердо и печально:
— На нас надежды нет!


social/texts/fbtexts.txt:DataBaseItem: 7_57570d2f5dd2dc31a0ec8744