
Следственный комитет при прокуратуре РФ проводит проверку информации о применении незаконных методов расследования дела банды так называемых "приморских партизан". Об этом 6 июля сообщается на сайте ведомства.5 июля адвокат одного из обвиняемых Александра Ковтуна Татьяна Уварова сообщила радиостанции "Радио Свобода", что на ее подзащитного оказывается психологическое и физическое давление. "Его не кормят в течение дня и просто опрашивают", - рассказала адвокат.По словам Уваровой, Ковтуна вынуждают признаться в ряде преступлений, в которых его изначально не подозревали. "Какие-то там четыре пропавших человека в районе Кировки. Якобы совершенное убийство в районе Владивостока", - пояснила юрист. Она заявила, что в ответ на отказ от признательных показаний сотрудники правоохранительных органов дают ее подзащитному "подзатыльники и щелбаны".Уварова сказала, что насилие также применяется и к другим фигурантам дела - Роману Савченко, Максиму Кириллову и Владимиру Илютикову. В частности, адвокат заявила, что Илютикова привели на судебный процесс об определении меры пресечения босиком и в одних трусах.Савченко и Ковтун обвиняются в посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительных органов, а Кириллов и Илютиков - в пособничестве этому преступлению. По версии следствия, 27 мая, 29 мая и 8 июня 2010 года молодые люди совершили в Приморском крае нападения на милиционеров. В результате нападений один милиционер погиб и трое получили ранения. Подозреваемые скрывались от милиции в лесу, для их задержания 9-11 июня проводилась спецоперация.11 июня "партизаны" были блокированы в квартире в одном из домов Уссурийска. Двое подозреваемых, Андрей Сухорада и Александр Сладких, в ходе штурма погибли. По одним данным, их ликвидировали сотрудники правоохранительных органов, по другим данным - они покончили жизнь самоубийством. Остальных подозреваемых задержали.Когда "партизан" разыскивали, в интернете появилось обращение от их имени, в котором говорилось, что нападения на милиционеров являются борьбой с "оккупационным режимом". Обращения были подписаны именем ветерана чеченской войны Романа Муромцева. Однако позднее выяснилось, что Муромцев в банду не входил (хотя такой человек действительно существует). Кто был автором обращения, неизвестно.
