
Прошлогодняя картина Альмодовара "Кожа, в которой я живу", кажется, даже стойких поклонников творчества режиссера оставила в стойком недоумении. Свой новый фильм "Я очень возбужден"  или "Los amantes pasajeros" он не стал придерживать для  Каннского фестиваля, а запросто отдал в прокат.  Прокат так же запросто принял, традиционно переиначив оригинальное название про пассажиров и любовь в пользу строчки из припева одной из композиций легендарных чаровниц The Pointer Sisters.  Под них стюарды потерянного в облаках рейса отплясывают для обреченных свой коронный танец-утешение.

Телеспектакль имени Альмодовара и мадридского раскрепощения образца 80-х начинается с камео любимой актерской парочки Антонио Бандерас – Пенелопа Крус, которые, к слову сказать, в одном кадре тут появляются впервые. Сам режиссер неоднократно протестовал против ярлыка "гейское кино", который  тот тут, то там неизбежно лепят на его продукцию, поэтому в качестве очередного утверждения универсальности эмоций и чувств своих первых героев он забрасывает на взлетную полосу, где она рулит багажным транспортером, а он убирает колодки из под шасси самолета. Семейную парочку камера застает в момент, когда героиня Пенелопы Крус сообщает возлюбленному, что у них будет ребенок. Переволновавшийся герой Бандераса собственными руками определяет судьбу рейса Мадрид-Мехико. Но после рекламного ролика с покрытыми розовой глазурью говорящими пончиками ему уже нечего бояться.

В традиционном для Альмодовара ключе собраны на борту самолета авиакомпании Peninsula и все персонажи: геи-бортпроводники, связанные запутанными отношениями с пилотом и капитаном, бойкая сорокалетняя девственница-кассандра, запутавшийся в женщинах и себе ловелас, проворовавшийся банкир, бальзаковского возраста порнозвезда, за годы каторжного труда, собравшая компрометирующий архив на всех первых лиц страны, отвязные молодожены и наемный убийца в шкуре жгучего красавца. Список Альмодовара  - это практически RSVP на  Ноев ковчег, только в отличие от библейских безгрешных  сидельцев, ожидающих спасения, пассажиры Peninsula ждут неминуемой кончины. Так что самое время разорять бортовой минибар, обнародовать ректальные запасы мескалина, признаваться в тщательно скрываемых даже от самих себя безумствах и на прощание предаться самозабвенному свальному греху.

"Я очень возбужден" смотрится буквально на бровях, которые в темноте кинозала поднимаются и опускаются на манер рычажных весов, достается и фанатам и равнодушным. И ровно в тот момент, когда одному что-то из происходящего на экране начинается нравиться, другой – скептически вздыхает. Альмодовар в очередной раз всех дурачит, но делает это, конечно же, не от ума, как принято у высоколобых и не менее маститых коллег по цеху, а  от сердца, потому что такой беспробудный идиотизм мозгами очень сложно воспринять.  

Обозреватель Полина Грибовская
Теги: фильм, кино, Педро Альмодовар, геи




