
Сценарий к "Тираннозавру" написал сам Падди Консидайн, снявшийся в "Круглосуточных тусовщиках", "Нокдауне", "Ультиматуме Борна", "Типа крутых легавых", "Блитце", в общем, без работы он не оставался, но Консидайна потянуло в режиссуру с локальным акцентом, тем самым, который так давно в европейском кино с суровой оглядкой на мировое владычество разрабатывают Майк Ли и Кен Лоуч. И никто никак не осмеливается сказать мастерам, что однотипные "стоунхеджи" британских захолустных городишек, суровые небритые физиономии грубых рычащих уличных бойцов за свою не подлежащую порой никакому пониманию и осмыслению правду, такие же озверелые детские и женские лица, а  также страшные забрызганные пенистой слюной безумные морды их стаффордширских терьеров, патрулирующих улицы всем уже порядком поднадоели. И ничего кроме брезгливости и усталой зевоты эти "картинки" чаще всего не вызывают. 

В "Тираннозавре" весь сюжет прописан по доподлинно известным канонам, сюжетные ответвления принципиальной разницы не имеют. Даже значение названия картины звучит традиционым робким признанием где-то посередь знакомства героев. 

Главный герой шатается по пабам в трениках, растительность на макушке продолжается такой же щетиной на подбородке, колючий взгляд выдает не столько и не то, что Джозеф (Питер Муллан, "Молодой Адам", "Сестры Магдалины", "На игле", "Неглубокая могила") вечно пьян, он скорее вечно зол. Под молчанием предполагается некая осмысленность его разъяренности, но, судя по всему, ее просто нет и быть не может. Его просто все бесит, а пьянка, как водится, -  лишь для поддержания сил. А силы эти ему нужны, чтобы прибить собственного пса, камера на несколько секунд задерживает внимание на тяжеловесном поглаживании собачьей  головы, расколошматить сарай, припугнуть кием молодую гопоту в бильярдной, наконец, разобраться с еще одной псиной. Параллельно, Консидайн хочет, чтобы зритель в это безоглядно поверил,  вот этой вот "неоправданной жестокости" Джозеф еще способен слушать человеческую речь и воспринимать альтернативные сигналы опостылевшей реальности, посылаемые ему уже, кажется, не богами гнева, а вполне себе христианскими нравами английского захолустья. 

В "секонд-хенде", который в английском социальном кинематографе отнюдь не место для раскопок модных и эпатажных новинок, а самый настоящий магазин для бедных, он встречает Ханну (Оливия Колман). Ханна смотрит на него взглядом просветленного бассет-хаунда, за спиной у нее висит Иисус, она заговаривает с Джозефом, а тот все прячется за вешалками и нелепо шутит про Джонни Деппа. В беспросветности и непроглядности окружающей мути эти двое, само собой, просто созданы друг для друга, но сближение их, прописанное в ковыляющем сценарии, вызывает куда больше вопросов, чем нарочитая грубость героя Питера Муллана и "овечья" покладистость героини Оливии Колман, которой "боголюбие", что показательно,  было буквально вколочено в голову "любвеобильным" садистом мужем. 

"Тираннозавр" – выматывающее всю душу кино, фильм-подделка, в котором место для просветления и любви действительно где-то на засиженной мухами стене комиссионки, в том самом трафаретном изображении, которое о божественных делах не ведает и не может знать.  Консидайн призывает нас смотреть на мужчину, смотреть на женщину, в запротоколированный им конфликт буквально просится сюжет про Адама и Еву, с битой в руке и с фингалом под глазом, соответственно. Но библейские мотивы плохо вписываются в упряжь современного общества, а  апокалиптические дикости "Тираннозавра" скорее были позаимствованы из эпохи динозавров. 

Обозреватель Полина Грибовская
Теги: фильм, кино, Падди Консидайн, драма




