
На Тарантино, как стало известно, нахохлился главный киноборец за свободу афроамериканского населения режиссер Спайк Ли. Рабство, мол, не повод для смеха, сказал один творец другому. Но "Джанго освобожденный", как принято говорить, не совсем про это.
 
Доктор Кинг Шульц (Кристоф Вальц) трясется в фургоне с присобаченным на крыше рекламным зубом и разыскивает неких злонамеренных братьев, помощь в поисках может оказать проданный с одной плантации на другую раб, которого вместе с остальными несчастными конвоируют безымянные нелюди американского Юга. Своего осведомителя доктор Шульц виртуозно освобождает, разрешает ему надеть пальто и усаживает на лошадь. Попав в городок "странные странники" первым делом наведываются в салун попить пивка, в то время как местные жители, застывшие от невиданного зрелища на главной улице растерянно подбирают упавшие в придорожную пыль челюсти. Негра на лошади в те злопамятные времена отродясь не видывали. 

Так Тарантино в своей традиционной манере через шаловливую экспозицию знакомит нас с главными героями: немецким доктором, подвизавшимся на щедро вознаграждаемом отстреле отбившихся от рук негодяев в розыске, и гордый раб Джанго, буднично, по меркам рабовладельческого строя, разлученный с любимой женушкой Брумгильдой. 

Поджанр спагетти-вестерна, давно интересовавший киноэнциклопедиста Тарантино, наконец принял осязаемую и современную форму. Кинематографическая притча про героя Джанго сохраняет практически  все исторически закрепленные условности, на которые, в свою очередь, голографически наслаивается  фирменный стиль режиссера. Сочная и звучная стрельба, багровые брызги на белоснежных кустах хлопчатника, феерически идиотические диалоги, граничащие по силе высказывания с гениальными цитатами, и минутные сюжетные помутнения, разделяющие общий хронометраж "Джанго" на логические составляющие. 

"Джанго освобожденный" - триумф удовольствия, в бурном потоке которого, как всегда, кувалдой (ну или динамитной шашкой) дирижирует сам Квентин. Ругать его сейчас за "Джанго" все равно, что злиться на ветер, растрепавший вычурную прическу нетерпимой капризной дамы, коей история, по сути, и является. Ну как не посмеяться над толпой куклуксклановцев, спорящих в разгар нападения над симметричностью прорезей для глаз на колпаках? Не обижаться же на это в самом деле. Гораздо более обидным и опасным в свете оценки черно-белого американского вопроса выглядят беспросветные картины типа "Сокровища" Ли Дэниэлса. Ну, а тарантиновский кураж уж точно никак не может повлиять на усмотренную расистскую проблематику картины.

В "Джанго" к тому же задействован высококлассный кастинг и вшит, как всегда, впрочем, у Тарантино, восхитительный саундтрек, состоящий, в том числе, и из записей личной музыкальной коллекции режиссера. Правда, все участники процесса, включая умницу Леонардо ДиКаприо, наперебой повторяют, как им тяжело давалось по двадцать раз на дубль произносить запретное слово на букву "н", но, скорее всего,  лукавят,  в картинах Квентина Тарантино нарушать все известные запреты, наверняка, одно сплошное удовольствие.

Обозреватель Полина Грибовская
Теги: фильм, кино, вестерн, спагетти-вестерн, Квентин Тарантино, Оскар




