
"Мерзлую землю" снял режиссер-дебютант с не по-голливудски обычным и незапоминающимся именем Скотт Уокер, он же сам и написал сценарий к фильму, взяв за основу реальные события -  череду казней девушек на Аляске в конце 70-х и в 80-е. 

Настоящая  история в очередной раз не поддалась переводу на киноязык, хотя Уокер и доверившиеся ему актеры очень старались. Николас Кейдж старательно изображает сердобольного сержанта, в последний перед увольнением момент брошенного на расследование исчезновения девушек в Анкоридже; Джон Кьюсак, пускай и заметно "остывший" после умопомрачительно-удушливого "Газетчика", тоже, в общем-то, пытается соответствовать завышенной немногим ранее планке изображения убедительных психопатов; даже малышка Ванесса Хадженс, задействованная в роли единственной выжившей жертвы маньяка, по материалам дела ее зовут Синди Полсон, в дурацком прикиде и гриме брошенной на произвол судьбы девчонки все равно почти убедительна. Таким образом, в "Мерзлой земле" работает все, кроме самой истории. 

Маньяк Роберт Хансен в "пантеоне" серийных убийц личность довольно известная. В свои 74 года он продолжает отбывать заключение сроком в 461 год. А история его деяний, продолжительное время остававшихся безнаказанными более чем подробно описана во всевозможных источниках. Доступную информацию автор "Мерзлой земли"  как будто через плохую блеклую копирку перевел в сценарий, оставив за полями чуть ли не самое интересное, хоть и очевидное, волнительное и нервное.  Что Хансен был прыщавым, заикающимся подростком из строгой лютеранской семьи, что кондитерское дело свое отца ненавидел, что мать все время была подавлена. Режиссер-сценарист Скотт Уокер практически отвергает историко-социальную картину жизни на Аляске, которая круто поменялась в конце 60-х после того, как там обнаружили нефть. Ему абсолютно неинтересно, почему в крохотном, по сравнению с остальными американскими городами, Анкоридже такое количество стрип-пип-шоу-баров, кишащих проститутками всех возрастов и экстерьеров, которые из-за трескучих морозов, если и появляются на улице, то уже не возвращаются никогда, и никто этого не замечает. 

Все свое безразличие Уокер вкладывает в изящность формы, и "Мерзлая земля" складывается у него в красивое и беспросветно глупое и нудное кино, навевающее скуку вместе с панорамными видами Аляски. Занятый в расследовании сержант (Николас Кейдж) еще по инерции иногда где-нибудь в морге оживляющийся уже через пару мгновений продолжает свой монотонный ход старой цирковой лошади по кругу. Джон Кьюсак из криминальной гениальности своего персонажа Роберта Хансена высекает лишь редкий проблеск глаз на допросе, все остальное экранное время как будто оставляя на пересчитывание погибших девушек. 

А ведь настоящий Хансен был, что называется, "коллекционером", что в "Мерзлой земле" получило отражение лишь в наличии трофейных голов убитых на охоте животных. Но Хансену, как впоследствии указали психологи, работавшие с маньяком, без "трофеев"не охотился и на девушек, их украшения и бижутерия нужны были ему как доказательство собственной мужской силы и победы над губительным женским началом. В случае с Хансеном был также создан прецедент в уголовной практике с выдачей ордера лишь при наличии психологического портрета преступника,  а режиссер Уокер на своей  "Мерзлой земле" все время топчется на месте, как бы передразнивая неповоротливость полиции, но "зеркальность" эта скорее случайность, а не профессиональная находка автора, потому что работать с фактами и реальными событиями – это тоже своего рода искусства, "Хладнокровное убийство" Трумана Капоте яркое тому подтверждение.

Обозреватель Полина Грибовская
Теги: фильм, кино, реальные события, Аляска, маньяк, Джон Кьюсак, Николас Кейдж, Ванесса Хадженс, Скотт Уокер




