
Смерть усыновленного американцами трехлетнего россиянина Максима Кузьмина не была насильственной. Об этом в интервью радиостанции "Свобода — Свободная Европа" завил адвокат усыновителей Майкл Браун.

По его словам, синяки, обнаруженные на теле мальчика и являющиеся главным доказательством российской версии об убийстве Максима Кузьмина, были результатом "собственных активных действий" ребенка. "С синяками очень длинная история, которая не вписывается в российскую версию событий. Когда они видят синяки на теле ребенка, они немедленно говорят: "Это сделали родители", — добавил адвокат.

Браун назвал обвинения, выдвинутые российским омбудсменом Павлом Астаховым в адрес усыновителей — Алана и Лауры Шатто — беспочвенными. "Астахов не имеет доступа к фактам. Он выступил с обвинением только по политическим причинам", — подчеркнул защитник.

Он также добавил, что обвинения приемным родителям Максима Кузьмина, скорее всего, предъявлены не будут. "Я не думаю, что мать ребенка вообще причастна к его смерти", — отметил Браун.

Ранее не торопиться с выводами о причинах смерти мальчика призвал Госдепартамент США. "Никто из нас ни здесь, ни где-либо в мире не должен делать поспешные выводы об обстоятельствах (смерти ребенка - ИФ) до тех пор, пока полиция не проведет расследование. Москва предъявила нам очень серьезные претензии. Мы будем ждать результатов расследования. Это действительно трагично, что ребенок скончался", — заявила в середине февраля представитель ведомства Виктория Нуланд.

Заявление Нуланд совпало с сообщениями о том, что американские эксперты не смогут установить причину смерти Макса Шатто до получения результатов вскрытия. Старший судебный эксперт техасского округа Эктор Ширли Стэндефер рассказала журналистам, что на теле ребенка действительно имеются кровоподтеки, но не смогла сообщить, откуда они появились.

Об обстоятельствах смерти пока известно немного — ребенок потерял сознание на детской площадке. По словам Лауры Шатто, она в этот момент была дома. Максима доставили в больницу, где, несмотря на усилия медиков, он скончался.

21 февраля уполномоченный МИД РФ по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константин Долгов со ссылкой на "управление шерифа" заявил, что ребенок погиб в результате "мягко говоря, жестокого, бесчеловечного обращения со стороны, очевидно, приемной матери". Официального подтверждения этих слов со стороны правоохранительных органов Техаса пока не было. По данным радиостанции "Свобода — Свободная Европа", результаты аутопсии Шатто-младшего могут опубликовать уже сегодня.

Напомним, что о смерти очередного усыновленного американцами мальчика в России узнали 18 февраля. Уполномоченный по правам ребенка при президенте РФ Павел Астахов назвал произошедшее убийством и призвал Следственный комитет возбудить уголовное дело против усыновителей. Дело по статье "убийство" завели на следующий день.

20 февраля Совет Федерации, одобривший в конце прошлого года запрет усыновления российских сирот американцами, сформировал парламентскую группу для расследования смертей детей из России в США.

Одновременно с этим российские власти начали активную деятельность по по возвращению на родину старшего брата Максима Кузьмина Кирилла, также усыновленного семьей Шатто. В частности, Госдума подготовила заявление о необходимости отправить Кирилла Кузьмина обратно в Псковскую область. 21 февраля о намерении начать переговоры о возвращении Кузьмина-старшего заявили и в Минобрнауки РФ. В тот же день псковская облпрокуратура подала в суд ходатайство об отмене усыновления.

Детский омбудсмен Павел Астахов, в свою очередь, сообщил, что Кирилла может забрать к себе его биологическая мать Юлия Кузьмина, которая даже успела приехать в столицу и сняться в телепрограмме, посвященной смерти ее сына. На обратном пути в Псков женщину и ее гражданского мужа сняли с поезда за пьяный дебош.

Комментируя это событие, Павел Астахов призвал общественность не осуждать "несчастную, падшую женщину". На критику в свой адрес детский омбудсмен отреагировал крайне резко, назвав призывающих отправить его в отставку педофилами.

"Если кто-то хочет занять мое место - пожалуйста. Но я не могу уйти в отставку. Я ответственный человек, я отвечаю за доверие, которое мне высказал при назначении сначала Дмитрий Анатольевич Медведев, а потом Владимир Владимирович Путин, человек, с которым я сегодня работаю, я его искренне уважаю и поддерживаю, а он поддерживает меня", — подчеркнул уполномоченный по правам детей.


