En su lugar había una criatura atormentada, con el rostro descompuesto y terrible, de cuya boca brotaban sin cesar estremecedores gritos, y a la que era imposible reconocer.
Лица Кити не было. На том месте, где оно было прежде, было что-то страшное и по виду напряжения и по звуку, выходившему оттуда.