Cuando, por fin, Bolgarinov le recibió, lo hizo con extrema amabilidad, visiblemente satisfecho de poder humillarle y no dejándole ninguna esperanza sobre el éxito de su gestión. Esteban Arkadievich se apresuró a olvidar aquel incidente.
Когда же, наконец, Болгаринов с чрезвычайною учтивостью принял его, очевидно торжествуя его унижением, и почти отказал ему, Степан Аркадьич поторопился как можно скорее забыть это.