Levin se calzó las altas botas. Por primera vez no se puso la pelliza, sino una poddevka de paño. Luego salió para inspeccionar su propiedad, pisando ora finas capas de hielo, ora el barro pejagoso, al seguir las márgenes de los arroyos que brillaban bajo los rayos del sol.
Левин надел большие сапоги и в первый раз не шубу, а суконную поддевку, и пошел по хозяйству, шагая через ручьи, режущие глаза своим блеском на солнце, ступая то на ледок, то в липкую грязь.