«Parecía necesario conocerla y amarla como yo para encontrar lo más querido a íntimo de su expresión espiritual», pensaba Vronsky, aunque en realidad sólo a través de aquel retrato había conocido lo querido a ínfimo de tal expresión.
"Надо было знать и любить ее, как я любил, чтобы найти это самое милое ее душевное выражение", -- думал Вронский, хотя он по этому портрету только узнал это самое милое ее душевное выражение.