Dígamelo... –repuso Basilio Lukich, sonriendo, lo cual ocurría pocas veces–. En fin, duérmase, más valdrá...
Вы скажите, -- сказал Василий Лукич, улыбаясь, что с ним редко бывало. -- Ну, ложитесь, я тушу свечку.