Luego, convencido de que cada uno de ellos consideraba la cuestión de un modo tan distinto que nunca podrían comprenderse, dejó de oponer objeciones y se limitó a escuchar.
Но потом, убедившись, что они до такой степени различно смотрят на дело, что никогда не поймут друг друга, он уже и не противоречил и только слушал.