«¿Y por qué Landau es un Bezzubov?» De repente, Esteban Arkadievich sintió que sus mandíbulas empezaban a abrirse para bostezar.
Вдруг Степан Аркадьич почувствовал, что нижняя челюсть его неудержимо начинает заворачиваться на зевок. Он поправил бакенбарды, скрывая зевок, и встряхнулся.