«¿Es posible que haya que tratarse del ajuar y de todas esas cosas?», se dijo Levin horrorizado. «¿Es posible que el ajuar, y la bendición, y todo lo demás, vaya a estropear mi felicidad?
"Неужели будет приданое и все это? -- подумал Левин с ужасом. -- А впрочем, разве может приданое, и благословение, и все это -- разве это может испортить мое счастье? Ничто не может испортить!"