Un joven imberbe –sin duda uno de los galancetes a quienes el viejo Scherbazky llamaba pisaverdes–, que llevaba un chaleco muy abierto y se arreglaba, andando, la corbata blanca, las saludo y, después de haber dado algunos pasos, retrocedió a invitó a Kitty a danzar.
Безбородый юноша, один из тех светских юношей, которых старый князь Щербацкий называл тютьками, в чрезвычайно открытом жилете, оправляя на ходу белый галстук, поклонился им и, пробежав мимо, вернулся, приглашая Кити на кадриль.