–Sí, sí, maman quiere que nosotros, les beaux fréres, le dirijamos una reprimenda –dijo Lvov, poniéndose rojo–. ¿Y por qué debo hacerlo yo?
-- Да, да maman хочет, чтобы мы, les beau-freres, напали на него, -- сказал он, краснея и улыбаясь. -- И потом, почему же я?