Pero, poco después, no pudiendo, a pesar de todo, explicarse aquel grito, se levantó y, de puntillas, entró en el dormitorio, pasó por detrás de Elisabeta Petrovna y la Princesa y se colocó en su sitio de siempre, a la cabecera de la cama. No se oía ya ningún grito, pero comprendió que allí, por más que nada advirtiese ni comprendiese nada, había sucedido algo extraordinario.
Что -- он не видел и не понимал и не хотел видеть и понимать. Но он видел это по лицу Лизаветы Петровны: лицо Лизаветы Петровны было строго и бледно и все так же решительно, хотя челюсти ее немного подрагивали и глаза ее были пристально устремлены на Кити.