–¿Por qué lloras, mamá? –preguntó el niño, despertando por completo, ¿Por qué lloras, mamá? –gritó con voz quejumbrosa.
-- О чем же ты плачешь, мама? -- сказал он, совершенно проснувшись. -- Мама, о чем ты плачешь? -- прокричал он плаксивым голосом.