Y tomando la carta la leyó. –Alexey nor ha jugado una mala partida –dijo en francés–. Me escribe que no puede venir –añadió con un acento tan natural como si no pensara ni remotamente en que el cricket pudiera tener para Vronsky otro significado que el de ver a Ana.
Взяв от него записку, она прочла ее. -- Алексей сделал нам ложный прыжок, -- сказала она по-французски, -- он пишет что не может быть, -- прибавила она таким естественным, простым тоном, как будто ей никогда и не могло приходить в голову, чтобы Вронский имел для Анны какое-нибудь другое значение, как игрока в крокет.