Pero Levin no hallaba en las palabras del propietario ningún motivo de risa. Le comprendía mejor que a Sviajsky.
Свияжский поглядел улыбающимися глазами на Левина и даже сделал ему чуть заметный насмешливый знак; но Левин не находил слов помещика смешными, -- он понимал их больше, чем он понимал Свияжского.