— Пышташ кӱлеш ыле, да ӱнар ок шуто... Тенийысе йозакшым кузе-гынат тӱлаш возеш. «Тоимкыжым» ом керт — кушто мый тынар оксам муам? — Мыйын тушто пашам уке. Тӱлыде садак от керт — закон туге кӱшта. — Ӱстелтӧрыштӧ старосто воктен шинчыше Овром Метрий гына йӱкым луктеш: — Кузе-гынат, Каврий изай, пышташет возеш, тыгай неле жап годым кугыжалан полшыман. Эргыже тений оксам ыштен луктын — тудым пышта.
— Надо бы платить, но силенок нету... Нынешнюю подать придется как-нибудь погасить. Недоимки не смогу — где я такие деньги найду? — Мне до этого дела нет. Не заплатить все равно не сможешь — так велит закон. Только Метрий Овром, сидящий рядом со старостой за столом, подает голос: — Как-нибудь, брат Каврий, придется заплатить, в такое трудное время государю надо помочь. Нынче сын его заработал деньги — их отдаст.