Пырдыж пелен эҥертен шогальымат, йӱкын шортын колтышым: «Тыйым неле пагытыште ончен-куштен толашем, йӱд омемат ятыр кошкен, пайрем кумылемат шуко кодын, ачатат мыняр тыршен — тамак киркам ончен кушташ чонна тынар когарген мо?» — ойлем, шортам, ойлем, шортам...
Прислонилась к стене, и громко заплакала: «В такое трудное время ращу тебя, стараюсь, ночей недосыпаю, не знаю праздников, и отец, мол, сколько для тебя сделал, — для того ли сердца надрывали, чтоб вырастить табачную кирку?» — говорю, плачу, говорю, плачу...