– Солдат… солдат ест, – манаш тӧча Ерофеев. Нимо шот ок лек, иктым-весым ончалеш. – Ом мошто, – марла пелешта. – Сӧсна! Сӧсна улат, Ерофеев! – пудешталт кая йошкар вуй. – Шопке пундыш!
– Солдат… солдат ест, – пытается сказать Ерофеев. Ничего не получается, смотрит то на одного, то на другого. – Не умею, – произносит он по-марийски. – Свинья! Свинья ты, Ерофеев! – взрывается рыжая голова. – Бестолковый!