Шкеже тыге ойлен, а чоныштыжо, эн келгыште, ораде гай, яндар шонымаш тарванылын: чылажымат ужшо-колшо юмо тынар шуко чытен ой колыштмемжым ужешат, кумылжо тодылтеш, чонжо пушкыдемеш, тунам вара чудо лиеш, тиде чудо тачысе кечын осалжым да нелытшым уда омо шотыш гына савыра.
Так он говорил, и в то же время у него в самых тайниках души шевелилась лукаво-невинная мысль, что его терпеливая покорность растрогает и смягчит всевидящего бога, и тогда вдруг случится чудо, от которого все сегодняшнее — тягостное и неприятное — окажется лишь дурным сном.