Но Хенцилан памятник да нарынче-шем тисте чыташ лийдыме улмо нерген мурымо годым туркен ыш керт, верже гыч тӧрштенак кынеле.
Вскочил он — мгновенно, как автомат, — лишь когда и памятник Хенци, и черно-желтое знамя тоже были объявлены «ужасными».