Ромашов пелен Лещенко шинча да картла модмым онча, тӱсыжӧ шӱлыкан, умылашат ок лий: тыгай ойган чурий дене тынар шагат почела можо тудым тыште шинчыкта?
Рядом с Ромашовым уныло глядел на игру Лещенко, и трудно было понять, какая сила заставляет его сидеть здесь часами с таким тоскливым выражением лица.