— манеш Ромашов, шкенжым ӧкымлен, пагалыше кавалер гай кояш тӧча, йол таганже дене чыла велкат пӧрдын, кок велышкыла нуным саламла.
— говорил Ромашов, изображая собою против воли любезного кавалера и расшаркиваясь во все стороны.