Осип Михайлович, окшаклен-окшаклен, сравоч орам мурыктылын, эн шеҥгеч ошкылеш да, Макар кува нерген шонкален, шке ораж дене кутыркала:
Осип Михайлович, хромая позади всех, звякал ключами и, думая о Макарихе, про себя шептал: