Чынжымак, тиде еҥым мӧҥгеш колташ да йӱдым тышакын эртараш манынат шоналтышым, но тыгай шонымаш ик минутлан гына лийын.
Правду сказать, у меня мелькнуло-таки желание отпустить восвояси этого мрачного богатыря и остаться на ночь в светлой и теплой горнице молокана, но это было только мгновение.