Шӧлдыра гыч хромка гармоньжым кажне гана икшывыла налын, капка ончык лектын шинчеш ыле. Вара виян да куштылго парнялаж дене оксала йыгалт пытыше полдыш-влак ӱмбачын ӱлыкӧ да кӱшкӧ ласкан куржтал савырна. Вуйжым гармоньын кудыр мехше ӱмбаке шӧрынрак ыштен, ныжыл марий мурым шокташ тӱҥалеш. Тунам чыланат шыпланат, ачамын шоктымыжым колыштыт.
Каждый раз он бережно, словно ребенка, доставал с полки гармонь-хромку, выходил за ворота, садился на завалинку. Затем сильные и легкие его пальцы ласково пробегали вверх и вниз по стертым, как монеты, кнопкам. Склонив голову низко над кудрявыми мехами, начинает играть нежную марийскую песню. Тогда все замолкают, слушают, как играет отец.