Ермилын шӱмжылан шуй чучын колта: мо тугай, шона, еҥ шинчашке тага тыге туран ончыман огылыс? Туге гынат лыплана, тагам тупшо гыч ниялткалаш тӱҥалеш: «Таги, таги», — манеш.
Жутко ему стало, Ермилу-то псарю: что мол, не помню я, чтобы этак бараны кому в глаза смотрели; однако ничего; стал он его этак по шерсти гладить, — говорит: «Бяша, бяша!»