Февральысе революций огеш лий гын, Эчанмытын шылын коштмышт да хуторым йӱлатымышт нунын шояк фамилиян улмышт гыч ала чараш лектынат кертеш ыле, но февральский революций нуным утарыш, мӧҥгӧ толмекышт, Эчанмыт деч иктат документым йодын огыл, тыге уэш шке фамилийышт дене илаш тӱҥалыныт.
Если бы не Февральская революция, возможно, выплыло бы наружу, что Эчан с друзьями служили в армии под чужими фамилиями, тогда бы раскрылось и их дезертирство, и поджог хутора. Но теперь, когда они вернулись домой, никто не спросил у них документов, и они снова жили под своими настоящими фамилиями.