— Осечке лие, — мане да локтылалтше патроным лукташ манын, Глегола пычал затворжым почо, но тулын пычалже йӧршынат шӱшмӧ огыл улмаш.
— Осечка, — сказал Глегола и открыл затвор, чтобы вынуть испорченный патрон, но оказалось, что ружье его вовсе не было заряжено.