Ожно мый шӱлышым петырен шинчам ыле, вием ситыме наре эре тыгак шинчем, а шке шонем: теве ом шӱлӧ, кызытат але ом шӱлӧ, тымарте эре ом шӱлӧ, теве тунар марте, тынарышкат... Вара лачак саде оҥай шижмашет толеш.
Я, бывало, затаиваю дыхание, пока хватит сил, и думаю: вот я не дышу, и теперь еще не дышу, и вот до сих пор, и до сих, и до сих… И тогда наступало это странное.