Ромашов тыгай пашаште шагал палыше айдеме, но тудат умылен: суд шке пашажым кӱлеш семын ок эртаре, чытыдымын аламан ышта, тептерлыкше уке, ятыр вере йоҥылышыштат логалын.
Даже такой неопытный в практическом отношении человек, как Ромашов, понимал, что суд ведет дело халатно, неумело и донельзя небрежно, допуская множество ошибок и бестактностей.