Ромашов тудын поро волгыдо шинчаштыже, ӱлык кержалтме тӱрвӧ лукыштыжат, поезд йымалан пызырналтше пий ӱмбак айдеме-шамычын ончымышт семын йырнен да чаманен ончалмым ужо.
В его светлых, добрых глазах и в углах опустившихся губ Ромашов прочел то брезгливое и жалостное выражение, с каким люди смотрят на раздавленную поездом собаку.