Вара ик жаплан чыла шыплана, но тиде годым эше шучкын чучеш, вара адак тошто гаяк тарвана, пуйто тошто пӱнчӧ-шамыч шке верышт гыч тарванен, мардеж почеш чоҥештен кайынешт.
Потом на время порывы бури смолкали, роковая тишина томила робеющее сердце, пока опять подымался гул, как будто старые сосны сговаривались сняться вдруг с своих мест и улететь в неведомое пространство вместе с размахами ночного урагана.