Ынде ӱмыр мучко шканет ӧпкелен иле — мый весын лийынам, — сӱан калык ончылнак пелештен Елук, яндар йӱкшӧ дене кӱдырчыла рашкалтен, шем шинчаж дене волгенчыла йымыктен перен.
Теперь всю жизнь сам пеняй на себя — я другому принадлежу, — перед всем народом свадьбы сказала Елук, словно гром гремел ее звонкий голос, словно молнией сверкали ее черные глаза.