Тройкын тайылым кӱзымыжӧ жапыште Василий Иванович уш кайыше гае воштыл шинчен. Но кунам оҥгыр капка ончылнак йоҥгыртатымыжым чарнен, смотритель, пуйто нимат лийын огыл гай, кушеткыште сигарым шупшын шинча.
Василий Иванович все время, пока тройка неслась в гору, хохотал, как сумасшедший; но когда колокольчик, забившись отчаянно перед самым крыльцом, вдруг смолк, смотритель сидел уже на кушетке и, как ни в чем не бывало, курил свою сигару.