Илыме семын иктыштын ӧрдыж паша нерген шонкалыме шулаш тӱҥале, мутлан Андреевын гай (пашазе рӱдер-влак чӱчкыдынжак вашлиялтын огытыл); весыштын, Лопарьын гай, шарлен; но нине икымше кечыла гычак чылаланат икте койын: вара-вара ушыштышт сар паша веле лие, сар пашаш ушге-ыҥге, капге-шӱмге керылтыч, кеч-могай вестӱрлӧ илышым да вестӱрлӧ пашам пижынак шеҥгек шӱкалаш тыршеныт.
У одних поле наблюдений сузилось, как, например, у Андреева (рабочие центры попадались нечасто), у других, как у Лопаря, расширилось: но с этих же первых дней всем было видно одно: военные дела и интересы захватывали полней и полней, все решительней отодвигали на задний план всякую иную жизнь и иные интересы, пока их не поглотили целиком.