Кочажым австрий салтак-влак нылле индешымше ийыште сакеныт. Ладани ораторланыме дене шелышталтше йӱкшӧ дене сайлышыже-влак ончылно тидын нерген чӱчкыдын кычкыркален. Нунышт тудын илыме особнякше деке йӱлышӧ факел да национальный тисте дене толеденыт.
Деда его австрийские солдаты в сорок девятом повесили на груше, и Ладани часто в полный голос, надтреснутый от патриотических скорбей, поминал об этом перед избирателями, когда они являлись к его особняку с факелами и национальными знаменами.