— Колышо мариемын, — шинчавӱдшӧ толмым ончыкташ огыл манын, ӱдырамаш, писын савырнышат, гармонь деке кайыш, тыгодым вишыште кечыше чарша дене шинчалукшым ӱштыл шуктыш.
— Мужа моего покойного, — сдержав подступившие к горлу слёзы, женщина быстро направилась за гармонью, успев высушить глаза занавеской, висевшей в проёме.