— Э-э, те адак шойыштыда, — куаныш Проскуров, — нуно эше колынат огытыл, а титакан еҥже мыйын кидыште манаш лиеш.
— Э, врете вы опять, — просиял Проскуров, — они-то еще и ухом не повели, а уж у моих, знаете ли, и виновный, то есть собственно... правильнее сказать — подозреваемый, в руках.