Нунын кокла гыч кажныже, пасушто кораклан чӱҥгаш кодшыжо, — тугай изи да шкет улшо, фронтыш туге чот койдымын толшо да сарзе радам гыч тыге кышаде кайыше, — нунын кокла гыч кажныже пелен мо улшыжым чыла пуэн, нимом кодыде да йӱк лукде, тӱмыр кырыде, нигӧнат пален налдыме, нигӧнат чапландарыдыме, — тудо шинчалан койдымын лектын возын, пуйто тул дене шӱлышӧ вурс шучко оратан пычырик винтыже..."
Каждый из них, оставшихся в поле на расклев воронью, — такой маленький и одинокий, так незаметно пришедший на фронт и так бесследно ушедший из боевых рядов, — каждый из них отдал все, что имел, и без остатка и молча, без барабанного боя, никем не узнанный, никем не прославленный, — выпал он неприметно, словно крошечный винтик из огнедышащего стального чудовища…»