Вара тудо шинельжым ончале, шинель мучашыже лавыраш логалме деч пулвуй марте пӱчмӧ, пӱчмӧ вер гыч шӱртӧ йолва-шамыч кечат. Келгын шӱлалтыш.
Потом он посмотрел на свою шинель, обрезанную, тоже ради грязи, по колени, с висящей внизу бахромой, с засаленными и растянутыми петлями, и вздохнул.