Шеҥгекыла савырныде, ончыланже шарен пыштыме книгаш ончен, Ромашовлан тудо ваче гоч кидшым шуялтыш, кӱжгӱ йӱк дене тыматлын мане:
Не оборачиваясь назад, глядя в раскрытую перед ним книгу, Николаев протянул Ромашову руку через плечо и сказал спокойным, густым голосом: