Но пеледыш дене пырляк клагга, кактус да эше сур-ужар тӱсан ала-могай ӱскырт кушкыл лектын да иктаж лу кече гыч Эдвардын садше шуркалышан вондер кушкын шогалше воктенсе вер дене ик гаяк лийын.
Но вместе с цветами вставала опять высокая колючая клагга, кактус, ещё какие-то упрямые серо-зеленые колючки, и через неделю-полторы Эдвардова сада нельзя было отличить от колючей путаницы окружающего пустыря.