Но чыла тиде шонымыжым чараш луктын каласаш Епрем деч аптырана. Весе лиеш гын, вурсен пытара ыле.
Однако произнести вслух эти слова он все же не решается: был бы кто другой, он бы сказал, а Сопрому Епрему высказать как-то боязно.