Саде изи отросо пальме-влак мардеж дене тайныштыныт да островшат я йомын, я, илышыш пыкше лекташ тӧчышӧ семын, уэш койын.
Пальмы клонились под ветром на островке, и весь он то скрывался под прибоем, то снова показывался, словно с трудом выплывая к жизни.