Тальман эре ойлаш йӧратыме мутшым кызытат каласа манын, Ромашов ондакак пален ыле, чынак, чыган гай шинчажым модыктен, шодо логаран йӱк дене Тальман пелештыш:
Ромашов уже заранее знал, что сейчас Тальман скажет свою обычную фразу, и он, действительно, бегая цыганскими глазами, просипел: