Тудо вуйжым орава лакыш чыкен, кумык киен. Очыни: «Чеверын, Мальвина, чеверын курымеш!» манмыжат, шкенжым колышылан шотлен, илыш ден чеверласымашыжым ончыкта.
Он лежал головой вниз в колесной борозде и, очевидно, считал себя уже мертвым и пропищал загадочную фразу: «Прощай, Мальвина, прощай навсегда!», расставаясь с жизнью.