Садлан кызытат йӧсланен. Турийжым чаманен да тиде чаманымашыжым лыпландарен кертдымыжланак шкенжым веле орландарен.
И сейчас он тоже страдал, жалея своего Жаворонка и мучая себя самого, чтобы утишить жалость.