Тӱсшӧ серьёзный. Ӧрдыж гыч Чапаевын келшыше йолташыжлан шотлет... Чын, Вӧдыр шкежат Чапаев дене лишыл кылым кучаш шонен пышта, кушечын тӱҥалшашыжым гына ок шинче. Сар паша гыч тӱҥалаш гын, тыште нимат ок умыло: Чапаев ик мут денак калошыш шынден кертеш. Политике гыч тӱҥалаш утларак йӧнлӧ: ты шотышто Вӧдыр Чапаев деч виянрак. Чапаевым ойлыкташак кӱлеш. Тудлан шанче, тунеммаш нерген мутым лукшаш. Тунам Чапаев ойлымо огыл, утларак колышташ тӱҥалеш.
Вид у него серьезный, спокойный, со стороны можно было подумать, что и он тут всем равноценный собеседник… Федор порешил давно, до встречи с Чапаевым, установить с ним особую, осторожную, тонкую систему отношений: избегать вначале разговоров чисто военных, чтоб не показаться окончательным профаном; повести с ним политические беседы, где Федор будет, бесспорно, сильнее; вызвать его на откровенность, заставить высказаться по всем пунктам, включительно до интимных, личных особенностей и подробностей; больше говорить о науке, образовании, общем развитии, — и тут Чапаев будет больше слушать, чем говорить.