Кресаньык ушышт дене кумытынат умылат: ушкалым лӱштыде кодаш нигузе ок лий, но кушко тынар шӧрым чыкаш? А мландышке лӱштен кышкаш гын, тыгай саманыште путырак кугу сулыкым ӱмбакет налат.
Все трое они понимали крестьянским умом, что нельзя оставлять недоеных коров, но куда девать столько молока? Если сдаивать на землю, то в такое время на себя берёшь очень большой грех.