— Да кӧ пала, — Пантелеймон Николаевич вашеш йӱкым пуыш, — ала нине йоча-влаклан революций тулым чӱкташ пӱрен.
— И кто знает, — откликнулся Пантелеймон Николаевич, — может быть, всем этим мальчишкам будет суждено зажечь огонь революции.