Но тудо чакнен куржшашет огыл, а шке взводшылан — Ончыко! — манын командым пуаш савырнымыж годым сусырген улмаш. Туге гынат, сусыр олмыжо нерген эре воштылкаленыт, эре игылтыныт, садланак войнашке весела кумыл дене кайыше прапорщик война гыч ойган айдеме лийын пӧртыл толын, чылаштланат сыраш тӱҥалын.
Вечные подтрунивания и остроты над его раной (которую он, однако, получил не в бегстве, а в то время, когда, обернувшись к своему взводу, командовал наступление) сделали то, что, отправившись на войну жизнерадостным прапорщиком, он вернулся с нее желчным и раздражительным ипохондриком.