А мый, умыледа, каютышко пурен шинчым, Гаденбек дене ужмо урым шарналтышым, кагазым, циркульым, линейкым нальым да чертитлаш тӱҥальым.
А я, понимаете, забился в каюту, вспомнил ту белку, что у Гаденбека, взял бумагу, циркуль, линейку и стал чертить.