Вӧдыр сар пашаште шагал умыла. Садлан мут пуыде, иктым-весым ончалын, колыштын гына шинчен.
Федор, тогда еще слабо разбиравшийся в военных вопросах, внимательно вслушивался во все, что на этом военном совете говорилось, но сам в обсуждение и споры не вступал, только посматривал в лицо одному, другому, третьему «спецу» и думал: