Ала нуно мутланаш тӱҥалыныт да, ала палыдыме еҥын йӱкшӧ тыглай, кечывалымсе семын ойлымо гаяк шоктен — Василиса Михайловна, чыла монден, омсам почо.
И то ли оттого, что она заговорилась, то ли потому, что у человека был обыкновенный, дневной голос, Василиса Михайловна, забывшись, отодвинула засов