Ромашов шеҥгел пӧртӧнчыкат кӱзен шуын ыле, но кенета чарнен шогале, столовый кӧргыштӧ капитан Сливан койдарен воштылмо йӱкшӧ пылышыжлан солныш.
Ромашов уже взошел на заднее крыльцо, но вдруг остановился, уловив в столовой раздраженный и насмешливый голос капитана Сливы.