Бобетинский стаканым налын да пычкемыш изи пӧлемыш лапка кыдеж гоч сырам шыжыктылеш, а тушечын омо пелан нугыдо йӱк келшыдымын вудымата:
Бобетинский плескал пивом из стакана через перегородку в одну из темных отдельных каморок, а оттуда недовольный, густой заспанный голос говорил ворчливо: