Но нунын вуйышт, кечшудын кече деке мелын савырнымыла, эре Машан велке пӧрдӧ, а шинчашт ӱдырын серышым лудмыжым кӧранен эскера.
Но головы их, как подсолнухи к солнцу, неудержимо поворачивались в сторону Маши, а глаза с завистью следили за тем, как девочка читает письмо.