Тудыжо Степан Бояркинын ӱстелтӧрыштыжӧ шинчен да чынжымак шке пашажлан шотлен, куанымыж дене чӱчкыдынак шкенжын поро ончалтышан шинчажым кумалтен, лампе тулым ончен.
Он сидел за столом Степана Бояркина и, веря в то, что выполняет свой служебный долг, от удовольствия часто щурил на огонь лампы свои ласковые глаза.