— Сай, конешне, — умбакыже ойла Иван Васильевич, — да тольык мурыжым йӧратымаш нерген возыжо ыле, ато эртак мыйын нергенем такмакым сера.
— Хорошо, конечно, — продолжал Иван Васильевич, — да только писал бы песни про любовь, а то все про меня частушки сочиняет.