«Йӧратымем, чонет ок шиж мо, мыняр мыланем йӧсӧ, мыняр чот тыйым йӧратем!» — Эркын ойлалтыш Ромашов, тӱсшӧ шинчавӱд лекшашла коеш, оҥжо пелен кидшым чоткыдын ишен шогалын.
«Милая, неужели ты не чувствуешь, как мне грустно, как я страдаю, как я люблю тебя!» — прошептал Ромашов, делая плачущее лицо и крепко прижимая обе руки к груди.