— Туге, киндымат мый йӱлалтенам, — Осип Михайлович комендантын шинчашкыже тура ончалаш лийже манын, вуйжым пырдыжыш комдык шуыш.
— Да, и хлеб я поджег, — сказал Осип Михайлович, откидывая голову к стене, чтобы можно было смотреть прямо в глаза коменданту.