Тиде креслыш иктат ок шич, чылан палат: тудо иктымат, даже мыйымат вер гычше нигунамат поктен ок колто, керек кунар шинчаш йодыт гынат, омса воктенак шоген эртара.
Никто в это кресло не садится, потому что Харитон Иванович никогда никого, даже меня, с места не сгонит, а так, и простоит у дверей сколько бы его ни упрашивали сесть.