Кас еда пасушто карш-шамыч кычкырат, пунышкышо уржа ложашла ӱпшалтеш, а тылзыже вӱргене таз гае пешак ӱлнӧ кеча, тӧршталтен, тудын ӱмбаке кӱм шуымо шуэш.
По вечерам в поле согласно кричали коростели, пахло отсыревшей ржаной мукой, и луна, похожая на медный таз, висела так низко, что хотелось подпрыгнуть и кинуть в нее камнем.