Еҥ-шамычын тудлан ӱшанымыштым раш пален, санденак нине кырен шалатыме да мо лийшашым шинчыдыме дене лӱдшӧ еҥ-шамычым тудо шке йырже чумырышашлан, чыла йӧсылыкым сеҥен, нуным шке почешыже умбакыла наҥгайышашлан теве кызыт, теве тиде йӱдым, тудо нигӧ деч ончыч кайышаш.
Он чувствовал, что они подчиняются его воле, и понимал, что, для того чтобы сплотить вокруг себя этих людей, напуганных разгромом, неизвестностью, заставить их идти дальше за ним, преодолевая все преграды, он должен сейчас, вот этой ночью, идти впереди всех.