Но Юмын чынже мыйын чын огылемлан кӧра Тудлан шукырак чапым конда гын, молан мыйым языкан семын судитлаш?
Ибо, если верность Божия возвышается моею неверностью к славе Божией, за что еще меня же судить, как грешника?