Епафродит чынжымак колышаш гай черле лийын, но Юмо тудым чаманен, да тудым веле огыл – мылам ойго ӱмбак ойго ынже ешаралт манын, шкемымат чаманен.
Ибо он был болен при смерти; но Бог помиловал его, и не его только, но и меня, чтобы не прибавилась мне печаль к печали.