— О-о, Россий! — йыҥысен пелештымеке, Митман, пӱкеныш йӧрлын, капшым шупшыштеш, товаҥше вуйжым окна янакеш кыра.
— О-о, Россия! — застонал Митман, падая на лавку, дергаясь, стуча о подоконник взлохмаченной головой.