Рушыжо, татарже, марийже, вич ял дене погынен, кутырыш лекше-влак ӱмбач судыш пуэныт мангыч шокта. Айда чыла яллан налышт. Мландыже чыла ялын.
Из пяти деревень, слышь, собрались мужики — там и русские, и татары, и марийцы — и подали в суд на тех, кто вышел на хутора: пусть, мол, они вернут землю обществу.