Тушко йӱштӧ да вӱдыжгӧ юж ок пуро, тымыкыште да шокшышто телеграфист-влак шинчат, порсыным пидше эҥыремыш семын шке воштыр-шӱртыштым рончедылыт; а ты воштыржо уло тӱням тореш-кутынь левед шынден.
Там, в блаженной этой обители, куда не проникали ни сырость, ни ветер, в идиллическом уюте сидели над своими столами телеграфисты, разматывая, наподобие каких-то диковинных шелководов, длинные нити, которыми прочно опутан и связан весь мир.