Ромашов Гайнан дене чӱчкыдынак марий-шамычын юмышт нерген мутлана улмаш, но юмо нергеште саде мариет шкежат пеш сайынжак шинчен огыл; утларакшым нуно Гайнанын престол ден шочмо эл ончылно ӱшанле лияш присягым налмыже нерген мутланылыныт.
Ромашов часто разговаривал с Гайнаном о его богах, о которых, впрочем, сам черемис имел довольно темные и скудные понятия, а также, в особенности, о том, как он принимал присягу на верность престолу и родине.