Уныка коважын шке семынже мо верч тургыжланымым огешат тогдае. А шоҥго шоныде нигузе ок керт: «Эрла кастене да варажымат теве тиде пӱкеныште, тыгак койкыштат нигӧ ок лий. Шкетын мый мом ыштылам, шкемым кузе кучаш тӱҥалам?»
Она даже не догадывалась о том, что испытывает сама бабушка, говорившая себе: «Что я буду делать завтра вечером и все последующие вечера, когда стульчик у моих ног будет пуст и в той постели в углу никто не будет спать?»