Лопарь ден Терентей кенета сарзыла кояш тӱҥальыч, пуйто ала-кунам сарыште кучедал кошто веле улыт... Андреев утларак шӱлыкын коеш. Вӧдыр шукыжым шып шинча, йолташ-шамычшын куанен мутланымыштым шыргыжме йӧре колыштеш.
У Лопаря и Терентия вдруг проявилась небывалая воинственность, словно они только и знали до сих пор, что воевали… Андреев был мрачнее обыкновенного, Федор сосредоточенно молчал и с улыбкой слушал нервно-восторженные повествования отъезжающих товарищей.