— Авдотья, — мане тудо эркынрак, шинчаже йылгыжалтыш, — тый мыйым эре «изи Васлием», южгунамже «изи мариемат» манат.
— Авдотья, — тихо сказал он, глядя на женщину заблестевшими глазами, — ты все называешь меня «мой Василек», а иной раз и «муженек».