Ни Шымавий нерген (Петроп ден Гриша) огыт кутыро, ни Эвлесым огыт шарналте, пуйто чылажат тыгак кӱлеш, пуйто таче суртышто уто мут лектеш гын, колышо еҥ пытартыш йӱдым суртыштыжо ласкан ок мале.
Они (Петров и Гриша) не говорят ни о Шымавий, не вспоминают ни Эвлеса, будто всё так и надо, если сегодня в доме будут лишние разговоры, то будто покойник в последнюю ночь не будет в своём доме спокойно спать.