Нуным чылаштымат ик семынак лӱдын аптыраныше да жалын койшо айдемыш луктын.
Как будто гнев такой недосягаемо высокой особы, как корпусный командир, вдруг придавил общей тяжестью офицера и солдата, обезличил и уравнял их и сделал в одинаковой степени испуганными, растерянными и жалкими.