Тюлинын пушешыже шынден, Ефим мыйым пароход деке намийыш да шкеже вес серышке каяш тарваныш. Тиде жапыште уреневец-шамыч паром гыч серышке лектыт ыле.
Солдат услужливо подал меня в тюлинской лодочке на борт парохода, и тотчас же сам вынырнул в ней из-за кормы, направляясь к тому берегу, где грузный паром высаживал уреневцев.