Тудын вуйжо корштен, тупыштыжат корштымо шижылалтеш, а чонжо нимо уке гай чучеш, пуйто тушто ни ик шонымашат, ни шарнымашет, ни шижын ыштымашат нигунам лийын огыл: сырен когаргыме шотат, йокрокым шижмашат уке, улыжат ала-можо кугу, шем, шӱмдымӧ ора гай кия.
У него болела голова и ломило спину, а в душе была такая пустота, точно там никогда не рождалось ни мыслей, ни воспоминаний, ни чувств; не ощущалось даже ни раздражения, ни скуки, а просто лежало что-то большое, темное и равнодушное.