Садлан тудо мыйым тура онча, вудака шинчаже эркын-эркын волгалтеш, вара пелешта:
Поэтому он уставился в меня своими тусклыми глазами, в которых начинает медленно проблескивать что-то вроде глубокого размышления, и сказал радушно: