Но Шарсегыштат Будапештыште, Парижыште але Нью-Йоркышто ма рушарня эр еда шнуй Иштван лӱмеш собор ӱмбалсе канде каваште уждымо да пеҥгыде, аралыше да саклыше, чылам ужшо да колшо юмын шӱлышыжӧ озаланен.
Но и здесь воскресным утром в голубых небесах над собором святого Иштвана парит сам господь бог, незримый и неумолимый, справедливый и милосердный, вездесущий и единосущий в Шарсеге ли, Будапеште, Париже или Нью-Йорке.