А становой пристав, тудын кужу шем пондашыжым да йылгыжше шем шинчажым ончен, тиде чоярак еҥ, шоналтыш.
«Этот будет похитрее», — понял Комелин, глядя на черную гладкую бороду, на блестящие, светящиеся лукавством глаза деда Емелы.