Чатката пинчакше ондак лопкала, вара аҥысырла чучмылан мӧҥгеш коля тӱсанжым чийынеже ыле.
Черный сюртук, показавшийся было свободным, немилосердно жал, так что Акошу с сожалением подумалось о старом, мышастом.