Толеш да шкенжым шоналта, ватыжым нимат ышташ огеш тӱҥал. «Тек, манеш. Епрем дене эргым ыштен, а мый ончаш тӱҥалам. Вет мыйымат Элексей кугыза еҥыным ончен куштен».
Посмотрит он на сынка Веруш, вспомнит себя маленького, да и скажет: «Пусть, мол, Веруш прижила сына без меня, буду его растить, как собственного сына, как меня, приемыша, вырастил Элексей...»