Чылажымат тидым Бояркин путырак чот шолын, чыташ лийдымын шыдешкен ойлыш, тудын шӱргыжат чевергыш, а кугемше шокшо шинчаштыже шинчавӱд чолгыжаш тӱҥале.
Бояркин говорил это с такой силой и лютой злобой, что на его щеках даже выступил румянец, а в расширенных горячих глазах засверкали слезы.