— Палашат ок лий, ынде тыгайым кочкаш логалеш гын, уке гын, — тӱҥдаш лийдыме пурла йол воктенже куэ тояжым пыштышыжла Осип Михайлович мане.
— Теперь не знаю, поешь ли такого, — сказал Осип Михайлович, укладывая березовую палку вдоль вытянутой несгибающейся правой ноги.