— А-а, тудым кочкаш лиеш, пызлыгичке мӱшкырым ок шӱтӧ, — манеш Мамулай кува, лозыр-лозыр шоктыктен, пызлыгичкым кочкын, пӱрым йӱеш.
— А-а, это можно есть, рябина живот не прорвёт, — говорит старуха Мамулай, сама, разминая, глотает рябину вместе с брагой.