Шурно когаргымек, Евгения Фёдоровна библиотекышке шылын да шортын шинчен, а тый кумло индешымше ийыште шочынат гынат, нимом от умыло.
Евгения Федоровна, когда хлеба погорели, в библиотеку спряталась да плакала, а ты с тридцать девятого года, а ничего не понимаешь.