— Эх-ма-а-а! — трук шканже кычкырал колта Вею, шинчаже модылдалын кугемеш, рвезештын йылгыжалтеш, капше йоргаланен тарваналтеш.
— Эх, ма-а-а, — вдруг сам себя встряхивает Вею, глаза у него заиграли, искрятся молодостью, тело задвигалось с кокетством.