Шыпак ойгырымо дене пырля Ромашовын чоныштыжо умылаш лийдыме оҥай, вудака шарнымаш, ӧкынымаш ылыжеш: нигунам лийдыме пиалым, ожно эртыше тылечат мотор шошым тудо ӧкынен чамана.
И вместе с тихой, задумчивой грустью в душе Ромашова рождались странные, смутные воспоминания и сожаления о никогда не бывшем счастье и о прошлых, еще более прекрасных веснах,