Теве ний тазыла дене йылгыжше пулвуян, тумыштыл пытарыме тувыран марий, калыпан йыдалым лӱшкыктен, чара йолын корем йымачла шӱлешт-шӱлешт кӱза.
А один, босой, в залатанных штанах с лоснящимися коленями — след постоянного соприкосновения с лыком, — прибежал, размахивая недоплетенным, с мотающимися концами лаптем на колодке. И вот уже возле караулки шумит толпа.